WWW.DOC.KNIGI-X.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Различные документы
 

Pages:   || 2 |

«Трансформация семейно-брачных практик в обществе риска ...»

-- [ Страница 1 ] --

На правах рукописи

Каменева Татьяна Николаевна

Трансформация семейно-брачных практик в обществе риска

22.00.04 - социальная структура,

социальные институты и процессы

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора социологических наук

Белгород 2016

Диссертация выполнена на кафедре социологии и политологии ФГБОУ ВО

«Курский государственный университет»

Научный консультант: доктор социологических наук, профессор Зотов Виталий Владимирович

Официальные оппоненты: Ростовская Тамара Керимовна доктор социологических наук, профессор ФГБОУ ВО «Российский государственный социальный университет», профессор кафедры организации работы с молодежью Карцева Лидия Валерьевна доктор социологических наук, профессор ФГБОУ ВО «Казанский государственный институт культуры», профессор кафедры истории и музеологии Синельников Александр Борисович доктор социологических наук, доцент ФГБОУ ВО «Московский государственный университет имени М.В.

Ломоносова», доцент кафедры социологии семьи и демографии

Ведущая организация: ФГАОУ ВО «Московский государственный институт международных отношений (университет) Министерства иностранных дел Российской Федерации», кафедра социологии

Защита состоится 3 ноября 2016 года в 11.00 часов на заседании совета по защите докторских и кандидатских диссертаций Д 212.015.02 в Белгородском государственном национальном исследовательском университете по адресу:



308015, г. Белгород, ул. Победы, 85.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Белгородско­ го государственного национального исследовательского университета по адре­ су: 308015, г. Белгород, ул. Победы, 85.

Автореферат разослан 5 июля 2016 года и размещен на официальном сай­ те ВАК Минобрнауки РФ (http://vak.ed.gov.ru/ru/announcements_l /sociologis_sciences/), на официальном сайте Белгородского государственного национального исследовательского университета (http://www.bsu.edu.ru) 5 июля 2016 года.

Ученый секретарь совета по защите докторских и кандидатских диссертаций Д 212.015.02 И.Э. Надуткина

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. На протяжении последних десятиле­ тий в научной литературе ссылаются на одни и те же факты, характеризующие состояние семейно-брачной сферы: растёт количество разводов, неполных се­ мей и повторных браков, увеличивается число одиноко проживающих мужчин и женщин, снижается уровень рождаемости, интенсифицируются сексуальные отношения вне института брака. Социально-демографическая статистика и ре­ зультаты социологических опросов не позволяют поставить под сомнение ре­ альность этих тенденций. Несмотря на внушительность накопленных данных о трансформационных процессах в семейно-брачной сфере, на теоретическом уровне нет социологических концепций, объясняющих сущность социальных изменений семьи как института. В этих условиях задачи социальной теории за­ ключаются не только в интерпретации фактов, но и в понимании и объяснении сущности процессов семейно-брачной сферы с целью выделения трендов, ха­ рактерных для современной социокультурной реальности.

К основным социокультурным детерминантам трансформации семьи в первую очередь следует отнести риски современного общества, интенсивность проявления которых в начале XXI в.





нарастает. Последствия стихийных бед­ ствий и техногенных катастроф, экономических спадов и политических кризи­ сов, бесконтрольного применения современной техники и технологий, террори­ стических актов и ошибочных решений в управлении не обходят стороной ни одну семью. Именно риски, выражающиеся в социальных экспектациях опреде­ лённых событий, и необходимость прогнозировать возможность их проявления, просчитывать последствия обусловливают изменения в социальных практиках индивидов, в том числе и в семейно-брачной сфере. Поэтому появилась потреб­ ность осмыслить содержание процесса трансформации современной семьи в условиях рисков. Новизна и своеобразие этого явления требуют адекватного его отражения на теоретическом уровне, что предполагает перестройку понятийно­ категориальной системы анализа семьи, разработку системы согласованных принципов, выявление закономерностей и тенденций. При этом крайне необхо­ димым является выход на новый методологический уровень, учитывающий до­ стижения современной социологической науки в области институционального анализа и построения концепций общества риска.

Следовательно, актуальность данного исследования обусловливается от­ сутствием концептуального подхода к анализу семьи в условиях рисков, кото­ рый, с одной стороны, достаточно полно отразит суть её трансформационных изменений, а с другой - органически впишется в сложившиеся концепты со­ циологической науки. Таким образом, актуальность исследования определяет­ ся: 1) становлением общества риска как нового социокультурного простран­ ства жизнедеятельности семьи; 2) реинституционализацией семьи в условиях российского общества риска; 3) отсутствием социологической концепции, адекватно описывающей процессы трансформации семейно-брачных практик в условиях общества риска; 4) недостаточно эффективным социальным регу­ лированием процесса реализации семейно-брачных практик, воспроизводящих семью в новой социокультурной реальности.

Степень разработанности проблемы. В середине XIX в. были предпри­ няты первые попытки изучения влияния социально-экономических факторов на формы семьи, ее структуру, специфику экономических отношений в ней. Нача­ ло осмыслению изменения жизнедеятельности семьи в условиях смены способа производства положили Л.Г. Морган, Ф. Энгельс, О. Конт. В работах Э. Дюркгейма, Г. Спенсера можно обнаружить основы функционального и ин­ ституционального подходов к исследованию семьи. Для институционального подхода к осмыслению семьи характерно то, что он развивался как сравнитель­ но-исторический. Значимые фигуры этого направления: У. Самнер, рассматри­ вавший влияние религии и этнокультуры на своеобразие семейных нравов;

Э. Вестермарк, исследовавший эволюцию института брака; К. Циммерман, про­ анализировавший исторические циклы процесса развития семьи; У. Огборн и М. Нимкофф, рассматривавшие воздействие технологических изменений на ин­ ститут семьи. Функциональный подход изначально был ориентирован на ис­ следование того общего, что присуще семье в различные периоды её историче­ ского развития, однако внимание акцентировалось как на универсальности се­ мьи, так и на исторических формах воплощения «идеи» семьи. Данный подход сконцентрирован в большей степени именно на самой семейно-домашней жиз­ ни, её социокультурных функциях, социальном феномене семьи и на взаимо­ связях социокультурных ролей, обусловленных браком, родством и родитель­ ством (Б. Малиновский).

Подход к семье как малой группе развивался в рамках символического интеракционизма (Э. Берджесс, У. и Д. Томас, М. Комаровски), теории обмена (А. Най, Дж. Коулман, Дж. Хомане), теории экономического обмена Г. Бекке­ ра. Микроанализ семьи способствовал появлению семейной терапии (С. Минухин, Ч. Фишман, Э.Г. Эйдемиллер, В.В. Юстицкис). Представители так называемого группового направления учитывали влияние макросреды на внутрисемейные отношения, следовательно, разделение подходов к изучению семьи на институциональный и групповой во многом условно.

В структурно-функциональном подходе (Р. Бейле, У. Гуд, М. Зельдич, Р. Мертон, Т. Парсонс, Р. Уинч) семья исследовалась с позиций целостной со­ циальной системы, стабильность которой зависит от внешних воздействий и от характера внутрисемейных отношений. С точки зрения структурно­ функционального подхода семья как институт выступает стабильным элемен­ том общества, тесно связанным своим функционалом с обществом как целым.

Понятие «гендер» было введено в научный обиход Р. Столлером и полу­ чило развитие в работах С. де Бовуар. Это положило начало становлению ген­ дерной теории в социологии. Данный подход демонстрирует возможность со­ циального конструирования гендерных ролей женщин и мужчин в публичной и приватной сфере семьи (Дж. Батлер, Е. Здравомыслова, А. Темкина, Е. Кософски-Седжвик, С.Л. Риджвей, М. Ферри).

Начало изучения вопросов происхождения семьи, её сущности, измене­ ния ее форм и характера связей в семейной организации положено в работах М.М. Ковалевского и П.А. Сорокина. В отечественной постреволюционной науке долгое время единственным подходом к изучению семейно-брачных от­ ношений был марксистский (А.М. Коллонтай). Классические работы А.И. Антонова, А.Г. Вишневского, А.Г. Волкова, С.И. Голода, М.С. Мацковского, В.М. Медкова, А.Г. Харчева заложили основы современ­ ных научных подходов к исследованию проблем семьи.

Российские социологи И.Ф. Дементьева, С.Д. Лаптенок, В.П. Чухно, Л.А. Хачатрян внесли свои уточнения в представления о сущности семьи, за­ кономерностях её функционирования и развития. Им свойственно ее понима­ ние, с определёнными вариациями, как общественно-бытовой, социальной ячейки общества. К учёным, анализирующим семью в качестве малой соци­ альной группы, можно отнести М.В. Вдовина, Т.А. Гурко, В.Б. Голофаста, а также И.О. Шевченко, П.В. Шевченко.

В начале 90-х гг. XX в. В.Н. Архангельский предложил рассматривать семью как природно-социальное образование, выполняющее посредническую роль между интересами человека как биологического существа и интересами общества. Его идеи применительно к исследованию причин и динамики изме­ нений семьи развивались А.В. Барановым, Р.В. Рабжаевой, Н.Д. Шиминым, З.А. Янковой. Семья как культурный конструкт изучается Ю.О. Баикиной, О.И. Волжиной, Б.Б. Хубиевым.

Проблеме брачности и разводимости в России на современном этапе по­ священы работы Т.Д. Воронина, С.С. Павлова, Е.И. Пахомова, А.Б. Синельникова, А.Ю. Смирнова, Т.Г. Софронова, Е.Б. Тереза, Е.В. Терелецкова, Л.А. Хачатряна. Результаты исследования нового для рос­ сийской действительности движения чайлдфри представлены в работах М.В. Казачихиной, Е.В. Кожиной, Ю. Саханской, Л.Л. Тихомировой, Н.А. Касимовской.

Сегодня изучением проблем семьи продолжают заниматься ученые во многих странах мира, но уже с учетом социокультурных и социальноэкономических условий постиндустриального общества (Н. Смелзер, Дж. Стейки, Д. Поппеноэ, И. Най, А. А. Митрикас). Становление современных взглядов на семейно-брачные отношения происходит под влиянием концепции общества риска, изложенной в работах У. Бека, Э. Гидденса, Н. Лумана. Ос­ новной идеей концепции У. Бека было «признание того, что современное об­ щество само продуцирует риски». Впоследствии эта теория разрабатывалась Э. Гидденсом, создавшим концепцию риска на основе интегральной теории структурации и отмечавшим увеличивающуюся степень рисков в современном обществе, и Н. Луманом, представившим риск как фактор, формирующий по­ веденческое пространство индивида. В российской социологии проблематика риска освещена в работах А.П. Альгина, В.И. Зубкова, Ю.А. Зубок, Ю.И. Матвеенко, В.И. Чупрова, В.П. Шарина, И.Г. Яковенко, О.Н. Яницкого.

В то же время, независимо от накопленной в социологическом знании основательной теоретико-методологической базы для анализа различных сто­ рон жизнедеятельности и форм функционирования семьи, недостаточно про­ работан целостный подход, способный адекватно описать жизнедеятельность семьи в меняющихся условиях современного российского общества. Таким образом, научная проблема исследования состоит в отсутствии концепции, способной выявить наметившиеся тенденции реинституционализации семьи как процесса институционального закрепления результата адаптации семейно­ брачных практик к условиям общества риска, реализовать прогнозно­ проектную функцию относительно проявляющихся трендов в семейно­ брачной сфере в условиях социокультурных рисков.

Объектом исследования являются семейно-брачные практики в обще­ стве риска. Предметом исследования - особенности трансформации семейно­ брачных практик в условиях общества риска.

Цель данного диссертационного исследования заключается в социо­ логической концептуализации трансформации семейно-брачных практик в условиях общества риска.

Реализация поставленной цели требует решения следующих задач:

- раскрыть теоретико-методологические возможности социального реа­ лизма в исследовании трансформации семьи;

- рассмотреть концептуальные подходы к социальному конструирова­ нию семьи в индивидуальном и общественном сознании;

- определить методологические принципы исследования трансформации семейно-брачных практик;

- проанализировать структуру и функции семьи с позиций системно­ институциональной концепции трансформации семейно-брачных практик;

- рассмотреть семейно-брачные практики в качестве социодинамической основы воспроизводства семьи;

- показать взаимообусловленность вариативности семейный форм, функционала и трансформации семейно-брачных практик;

- раскрыть содержание понятия «социокультурный риск» и выявить особенности его влияния на семейно-брачные практики;

- определить роль социотехнических и коммуникационных рисков в из­ менении субстанциональных основ семейно-брачных практик;

- выявить влияние социальных и культурных рисков на семейно­ брачные практики;

- определить модальные матримониальные практики в воспроизводстве современных семейно-брачных форм;

- показать особенности модальных репродуктивных практик в совре­ менном российском обществе;

- раскрыть противоречия становления модальности современных хозяй­ ственно-бытовых практик;

- выявить основные тренды процесса трансформации родительских практик;

- определить модальную форму реализации родственных практик.

Гипотеза диссертационного исследования. Осуществить социологиче­ скую концептуализацию трансформации семейно-брачных практик в условиях общества риска возможно при учете четырех взаимосвязанных предположе­ ний. Во-первых, основным процессом трансформации семьи выступает реин­ ституционализация, то есть легитимация результата адаптации структуры и функций семьи к современной социокультурной реальности. Во-вторых, выяв­ ление тенденций трансформационных процессов в семейно-брачной сфере возможно при анализе семьи как: 1) феномена, образованного на пересечении трёх составляющих - культуры, социума и личности; 2) системы институцио­ нального типа, воспроизводимой семейно-брачными практиками. В-третьих, основными факторами трансформации семейно-брачных практик являются социокультурные риски как ожидания последствий наступления событий, ко­ торые дестабилизируют сложившиеся ценностные ориентации и нормы пове­ дения в семейно-брачной сфере. В-четвертых, различия в уровнях адаптированности семейно-брачных практик к социокультурным рискам могут высту­ пать препятствием для реинституционализации семьи.

Теоретико-методологической основой для построения авторской си­ стемно-институциональной концепции трансформации семейно-брачных практик послужили антропосоциокультурный подход П.А. Сорокина и струк­ турно-функциональный анализ Т. Парсонса. Но очевидно, что теоретико­ методологические исследования в области социологии семьи не могут осу­ ществляться изолированно от решения общеметодологических проблем в со­ циологии. Поэтому авторская концепция опирается также на положения кон­ цепций структурации Э. Гидденса и двойного структурирования П. Бурдье, в которых посредством понятия «социальные практики» раскрываются особен­ ности становления и функционирования социальных институтов. Существен­ ное значение при разработке системно-институциональной концепции транс­ формации семейно-брачных практик имеют работы П. Бергера, Г. Гарфинкеля, Т. Лукмана, А. Шюца, З.Баумана, Г. Блумера, К. Манхейма, Р. Мертона, Дж. Мида. Это позволило проанализировать семью как антропосоциокультурную систему, определить необходимый и достаточный набор компонентов и функций семьи для её оптимальной жизнедеятельности, обосновать семейно­ брачные практики в качестве основы воспроизводства семьи. Концепции об­ щества риска У. Бека, Э. Г идденса, Н. Лумана и концепции социокультурных рисков А. Вилдавски, М. Дуглас и К. Дейка позволили рассмотреть семейно­ брачные практики в контексте личностных (жизненных) ситуаций, возникаю­ щих в современном обществе, продуцирующем социокультурные риски, что и определяет бифуркационную фазу развития семейно-брачных отношений.

Основными теоретико-методологическими принципами, которыми обо­ значаются ключевые утверждения относительно природы, свойств и особенно­ стей исследуемой семейно-брачной сферы, являются антропосоциокультурный, социодинамический и коэволюционный. Антропосоциокультурный принцип предполагает анализ семейных структур как объективации результата взаимо­ действия личности, культуры и социума. Социодинамический принцип пред­ ставляет процесс воспроизводства семьи как формирование типичных институ­ циональных форм социальной деятельности в результате деятельности индиви­ дов. Применение коэволюционного принципа позволяет рассматривать семью как открытую систему, развивающуюся на основе сопряженного, взаимообу­ словленного изменения групповых и общественных структур.

В работе использованы общенаучные методы исследования, такие как анализ, синтез, аналогия, сравнение, конкретизация и классификация. Это расширило возможности интерпретации изучаемого материала по проблеме трансформации семейно-брачных практик, создало основу для комплексного подхода к её рассмотрению. Для подтверждения основных положений диссер­ тационной работы автором применялись методы сравнительного и статистиче­ ского анализа данных различных социологических исследований и статисти­ ческих служб, в частности методы классификации и аналитического обобще­ ния. В диссертации использованы социологические методы исследования: ан­ кетирование, глубинное интервью в формате фокус-групп, опрос экспертов. В процессе эмпирического социологического исследования применялись много­ мерная группировка первичных данных и эмпирическое обобщение.

Эмпирическая база исследования Во-первых, результаты исследования «Трансформация семейно-брачных отношений в условиях социокультурных рисков» под руководством автора, в рамках которого были проведены:

- анкетирование жителей медианного региона - Курской области, среди населения в возрасте от 16 до 80 лет, проведённое в 2013-2014 гг. (N=560);

- анкетирование молодёжи в возрасте от 16 до 29 лет, проведённое гг. Курск, Санкт-Петербург, Москва в 2014 г., (N=1020);

- фокус-группы среди населения Курской области, 2013 г.: 1 группа чис­ ленностью 12 человек в возрасте от 16 до 28 лет; 1 группа численностью 15 че­ ловек в возрасте от 29 до 65 лет, с целью изучения мнения относительно основ­ ных рисков института семьи и брака в новых социокультурных условиях, а также приоритетных мер социальной политики по их минимизации;

- экспертный опрос представителей государственной власти, обществен­ ных и религиозных организаций, работников научных и образовательных учреждений Курской области, проведённый в 2015 г. (N= 50).

Во-вторых, результаты исследования «Формирование идеологемы семьи в информационно-коммуникационной среде региона» с личным участием автора, в рамках которого были проведены:

- анкетирование жителей медианного региона - Курской области, среди населения в возрасте от 16 до 80 лет, 2012 г. (N=555);

- экспертный опрос специалистов Департамента по опеке и попечитель­ ству, семейной и демографической политике Курской области, 2012 г. (N=50).

В-третьих, результаты проведённых ранее социологических исследований:

- социологического мониторинга «Российский мониторинг экономического положения и здоровья населения» (RLMS - HSE), организатор - НИУ ВШЭ, 2002гг., в 157 населённых пунктах Российской Федерации по специально разра­ ботанной вероятностной, стратифицированной, многоступенчатой территориаль­ ной выборке домохозяйств (N=7000);

- социологического опроса «Родительские практики в восприятии под­ ростков в контексте прав детей в семье», выполненного под руководством Н.А. Орловой; Москва, Брянск, Владимир и Тамбов; 2010-2011 гг.; опрос про­ водился среди подростков-девятиклассников, проживающих в крупных городах Центрального Федерального округа РФ (N=1050);

- российского обследования «Родители и дети, мужчины и женщины в семье и обществе» в рамках международной программы Европейской экономи­ ческой комиссии ООН «Generations and Gender Programme» (Программа «Поко­ ления и Тендер»); Российская Федерация; 2004 г., 2007 г., 2011 г.; опрос прово­ дился среди лиц в возрасте 18-79 лет (N=11000);

- социологического опроса «Социально-экономическое положение и ре­ продуктивные намерения молодых семей», выполненного под руководством И.А. Батаниной, Тульская область; 2012 г.; опрос проводился среди жителей в возрасте от 18 до 34 лет, имеющих опыт семейно-брачных отношений (N=500).

- социологических опросов, проведённых ВЦИОМ по тематике семьи и брака в 2011-2015 гг.

В-четвертых, статистические данные, характеризующие демографиче­ скую ситуацию, состояние брачности и брачное поведение в России и Курской области как медианного региона в период с начала 1980 г. до настоящего вре­ мени. Выбор данного промежутка времени связан со становлением общества риска, которое и выступает основным фактором трансформации семейно­ брачных практик.

Соответствие темы диссертации требованиям Паспорта специально­ сти ВАК. Исследование выполнено в рамках паспорта специальности научных работников Минобрнауки РФ (социологические науки) специальности 22.00.04 «Социальная структура, социальные институты и процессы». Тема диссертации соответствует и. 11 «Социальная динамика и адаптация отдельных групп и сло­ ёв в трансформирующемся обществе»; и. 21 «Роль социальных институтов в трансформации социальной структуры общества»; и. 32. «Институт семьи как фактор стратификации общества».

Научная новизна диссертации определяется тем, что впервые в россий­ ской социологии разработана системно-институциональная концепция транс­ формации семейно-брачных практик, рассматривающая их в качестве основы воспроизводства семьи, реализации её функционала, а также раскрывающая за­ кономерности и факторы изменения семейно-брачных практик в условиях об­ щества риска. В рамках данной концепции семья представлена как антропосоциокультурная система процессуально-институционального типа; для отобра­ жения динамического аспекта функционирования семьи предложен кластер по­ нятий «семейно-брачные практики»; в качестве факторов, дестабилизирующих семейно-брачные практики, определены социокультурные риски; даны реко­ мендации по содействию процессу институционального закрепления модально­ го типа семьи, отвечающего требованиям общества риска.

Это позволило получить следующие конкретные научные результаты.

1. Установлено, что в соответствии с теориями макро- и микрореализма, макро- и микроконструкционизма трансформация семьи предполагает на мак­ роуровне изменение её состава и функций, представлений о гендерных моделях поведения; на микроуровне - трансформацию взаимоотношений между члена­ ми семьи и конвенций о распределении семейных ролей.

2. Показано, что в рамках подхода к семье как антропосоциокультурной системе процессуально-институционального типа её воспроизводство обеспе­ чивается семейно-брачными практиками - устойчивой системой взаимосвязан­ ного и взаимно ориентированного ролевого поведения акторов в семейно­ брачной сфере.

3. Обосновано, что для семьи необходимый и достаточный набор базо­ вых функций и структур представлен четырьмя холонами с соответствующим функционалом: брак/супружество (репродуктивная функция), родительство (социализирующая функция), домохозяйство (хозяйственно-бытовая функция), родство (стабилизирующая функция).

4. Для описания процессов создания и функционирования семьи введен кластер понятий «семейно-брачные практики», включающий матримониальные практики, лежащие в основании процесса образования семьи как элемента структуры общества, и семейные практики (в составе репродуктивных, хозяй­ ственно-бытовых, родительских и родственных), реализующие её функционал.

5. Выявлено, что характеристики семьи как социального института определяются модальными семейно-брачными практиками, которые представ­ ляют собой совокупность трех нормативных образцов поведения: идеального, требуемого и реального.

6. Установлено, что наличие семейных форм, в которых семейно-брачные практики реализуют базовые функции в неполном объёме, затрудняет процесс ре­ институционализации семьи в современных социокультурных условиях.

7. Определено, что социокультурный риск в семейно-брачной сфере это ожидание наступления жизненных событий, способное изменить субстан­ циональные основы семейно-брачных практик, тезаурус и габитус индивида и поставить его перед необходимостью корректировать сложившиеся процессы реализации семейно-брачных практик.

8. Выявлено, что в континууме социокультурных рисков выделяются социальные, культурные и экзистенциальные риски. Социальный - это риск, связанный с осознанием неустойчивости статусных позиций и проявляющийся в неопределённости габитусов индивида; культурный представляет собой риск, порождаемый осмыслением диспозиционных изменений в системе культуры и выражающийся в дезорганизации тезауруса; экзистенциальный - это риск, вы­ званный ожиданием влияния изменений среды обитания на субстанциональные основы семейно-брачных практик.

9. Доказано, что в условиях рисков для модальных матримониальных прак­ тик характерны: увеличение возраста супругов, вступающих в первый брак; рост количества случаев откладывания регистрации брака или отказа от неё вообще;

распространение нерегистрируемых союзов; возрастание серийности брака.

10. Определено, что в условиях социокультурных рисков особенностью модальности репродуктивных практик является ориентация на двухдетную се­ мью при фактическом воспроизводстве однодетной семьи с отсроченным дето­ рождением.

11. Установлено, что хозяйственно-бытовые практики воспроизводят в публичной сфере двухдоходную модель семьи, а в приватной сфере выравни­ вают гендерное распределение власти и обязанностей; переход к новому типу модальных хозяйственно-бытовых практик связан с преодолением противоре­ чия тезауруса и габитуса членов семьи, обусловленного дилеммой патернализ­ ма и эгалитаризма, возникающей при распределении ролей в приватной и пуб­ личной сферах семьи.

12. Выявлено, что основными трендами трансформации родительских практик выступают изменения их содержания в сфере воспитания и образова­ ния, а также переход от материнской к двухродительской модели, реализуемой независимо от брачного состояния матери и отца.

13. Установлено, что модальной формой родственных практик становятся близкородственные сети поддержки и взаимопомощи, которые в расширяю­ щемся коммуникационном пространстве поддерживают статусные позиции членов семьи в обществе и их диспозиции в культуре.

Положения, выносимые на защиту

1. Основные методологические подходы к изучению семьи классифици­ руются по двум основаниям: по уровню анализа - микроуровень, на котором семья предстаёт как малая группа, и макроуровень, на котором она рассматри­ вается как социальный институт; по способу онтологизации - конструкционистский подход, предполагающий анализ семьи как социального конструкта, и реалистический, рассматривающий её как реально существующий феномен.

2. Согласно микрореализму, семейную жизнь образуют внутригрупповые отношения, которые имеют объективное, независимое от индивида существо­ вание и обладают способностью оказывать на индивида давление. Трансформа­ ция семьи в этом случае есть изменение численного состава, способов взаимо­ действия между членами семьи - малой группы с целью адаптации к социо­ культурным условиям. Макрореализм рассматривает семью в виде системыпосредника между индивидом и обществом с конкретными общественно­ значимыми функциями и связывает трансформацию семьи с изменением соци­ ально-экономических, социально-политических или социокультурных условий.

В этом случае трансформация семьи - это адаптация структуры и функций се­ мьи как социального института к новым условиям.

3. В рамках социального конструкционизма семья рассматривается как социальный конструкт, создаваемый и воспроизводимый индивидуальным и общественным сознанием для регулирования семейно-брачных отношений.

Доминирующий в индивидуальном и общественном сознании социальный кон­ структ семейно-брачных отношений определяет направления трансформации семьи. В микроконструкционизме семейно-брачные отношения, статусы и роли индивидов интерпретируются и конструируются в зависимости от их социаль­ ной и культурной идентификации, а семья создаётся как результат взаимной договоренности (конвенции) непосредственно между ее членами или акторами на брачном рынке. Трансформация семьи понимается как изменение конвенций между членами семьи при смене их социальной и культурной идентификации.

Макроконструкционизм обосновывает воздействие на семейно-брачные про­ цессы, помимо социально-экономических условий, гендерных стереотипов.

Понятие «семья» является идеологическим и культурно-конструируемым.

4. В предлагаемой системно-институциональной концепции трансформа­ ции семейно-брачных практик в условиях общества риска семья рассматрива­ ется в качестве реального феномена и социального конструкта, существующего одновременно как социальная группа и социальный институт. В наибольшей мере этому соответствует подход к семье как антропосоциокультурной системе процессуально-институционального типа, основными компонентами которой являются семейно-брачные отношения, ценностно-нормативная система её членов, а также индивид и система коммуникаций.

Семья - это институцио­ нально-нормированная статусно-ролевая система отношений между её члена­ ми, воспроизводимая посредством семейно-брачных практик. Семейно-брачные практики - совокупность действий и взаимодействий между социальными ак­ торами в семье и на брачном рынке, то есть устойчивая система взаимосвязан­ ного и взаимно ориентированного ролевого поведения, которая обеспечивает воспроизводство семьи как ячейки общества и её функционала.

5. Системно-институциональная концепция трансформации семейно­ брачных практик, рассматривающая семью как антропосоциокультурную си­ стему процессуально-институционального типа, позволяет разграничить целе­ вую (институциональную) и базовые функции. Целевой функцией семьи явля­ ется детовоспроизводство - рождение, воспитание, поддержание ребенка до момента включения в процесс социокультурного воспроизводства. Обращение к концепции AGIL позволило определить необходимый и достаточный набор базовых функций и структур семьи. Структурно семья состоит из четырех холонов: домохозяйство, брак/супружество, родительство и родство, выполняю­ щих, соответственно, хозяйственно-бытовую, репродуктивную, социализиру­ ющую и стабилизирующую функции.

6. Воспроизводство семьи как антропосоциокультурной системы осу­ ществляется всей совокупностью семейно-брачных практик, но только типич­ ные (модальные) образцы этих практик воспроизводят семью как социальный институт. Модальные семейно-брачные практики есть совокупность трех нор­ мативных образцов поведения: идеального (соответствующего индивидуально­ му представлению о должном и правильном), требуемого (отвечающего усло­ виям современного общества) и реального (наиболее распространенного в об­ ществе). С позиций предлагаемой системно-институциональной концепции се­ мейно-брачные практики реализуются в соответствии с тезаурусом индивида, согласующим идеальные и требуемые нормы в зависимости от его диспозиции в культуре, и габитусом, определяющим типичность практик в зависимости от социального положения индивида. Социальная трансформация семьи происхо­ дит в результате изменения модальности семейно-брачных практик.

7. Воспроизводство семьи представляет собой двухстадийный процесс, на первом этапе которого происходит образование семьи, а на втором - её функ­ ционирование. Поэтому следует выделять два вида практик: воспроизводящих семью в качестве новой ячейки общества и поддерживающих функционал се­ мьи как сложившейся структуры. Практики, воспроизводящие семью, - это брачные/матримониальные практики. А исполнение базовых функций семьи осуществляется посредством репродуктивных, родительских, хозяйственно­ бытовых и родственных практик, в совокупности образующих кластер «семей­ ные практики». Нарастание дисфункциональное™ в процессе изменения мо­ дальности семейно-брачных практик ведет к снижению детовоспроизводства как целевой функции семьи.

8. Современное общество отличается вариативностью семейных форм в зависимости от полноты реализации базового функционала семьи в семейно­ брачных практиках. Полный функционал и спектр семейно-брачных практик присущ патриархальной и нуклеарной семье. В зависимости от убывания вы­ полняемых функций и качества их исполнения при реализации семейно­ брачных практик возникают такие семейные формы, как консенсуальная, не­ полная, фиктивная семья, гомосексуальные союзы, а также осознанное одино­ чество. Наличие семейных форм, в которых совокупность семейно-брачных практик реализует базовые функции в неполном объёме, затрудняет процесс реинституционализации семьи как институционального закрепления результата адаптации структуры и функций семьи к условиям общества риска.

9. Основным риском в семейно-брачной сфере выступает социокультур­ ный риск, заключающийся в ожидании последствий наступления жизненных событий, противоречащих сложившейся традиции и подразумевающих важные перемены или переходные периоды в жизни членов семьи и акторов брачного рынка. Социальные экспектации способны изменить субстанциональные осно­ вы семейно-брачных практик, тезаурус и габитус индивида и заставить его воз­ держиваться от принятия ответственных решений в семейно-брачной сфере и корректировать сложившиеся семейно-брачные практики. В условиях социо­ культурных рисков семейно-брачные практики осуществляют воспроизводство семьи и её функционала с учётом оценки последствий изменения положения индивидов в социокультурной системе под воздействием факторов риска. Со­ циокультурные риски, воздействуя на субстанциональные основы семейно­ брачных практик, тезаурус и габитус индивида, выступают детерминантами дисфункциональное™ семейно-брачных практик. Среди значимых социокуль­ турных рисков, в зависимости от объекта воздействия, выделены социальные, влияющие на габитус индивида, и культурные риски, обусловливающие изме­ нения его тезауруса, а также экзистенциальные риски, воздействующие на чле­ нов семьи и систему их коммуникаций - субстанциональные основы семейно­ брачных практик.

10. Экзистенциальные риски - это ожидания последствий изменения сре­ ды обитания, которые порождают нестабильность субстанциональных основ семейно-брачных практик. Они представлены социотехническими и коммуни­ кационными рисками. Социотехнический риск - это ожидание последствий нарушения физиологического состояния под воздействием опасностей техно­ сферы, ведущих к ограничению возможности индивида по реализации семейно­ брачных практик. Социотехнические риски (потеря репродуктивного здоровья и инвалидизация) изменяют практики, процесс реализации которых становится зависимым от оценок состояния соматического здоровья. Коммуникационный риск - это ожидание последствий нарушения отношений между членами семьи и акторами брачного рынка при реализации семейно-брачных практик вслед­ ствие изменения коммуникативного пространства. Под воздействием коммуни­ кационных рисков (риск глобализации пространства коммуникаций и риск вир­ туализации социальных коммуникаций) происходит изменение способов меж­ личностного взаимодействия членов семьи и акторов брачного рынка в процес­ се реализации семейно-брачных практик.

11. Социальные риски - ожидания последствий изменения статусных по­ зиций, влияющие на габитус членов семьи или акторов брачного рынка. Нарас­ тание социальных рисков (рисков политической и экономической нестабильно­ сти, упущения возможности профессиональной самореализации и потери рабо­ ты, обеднения при создании семьи и рождении ребенка, гендерных противоре­ чий) способствует неустойчивости статусных позиций индивида, что порождает страх за будущее свое и своей семьи, ведет к откладыванию реализации планов в семейно-брачной сфере. Культурные риски - это ожидания изменений диспози­ ций в культуре, которые могут привести к изменению тезаурусов членов семьи и акторов на брачном рынке, важных для сохранения ценностно-нормативной ос­ новы семейно-брачных практик современной семьи.

Усиление воздействия куль­ турных рисков (рисков культурной вестернизации, нарастания аномии, реализа­ ции норм семейного и ювенального права) индивидуализирует тезаурусы инди­ видов. В этих условиях индивидуализм, постепенно переходящий в гедонизм и нарциссизм, ориентирует человека на удовлетворение индивидуальных потреб­ ностей, обеспечение собственного материального благополучия, сохранение сво­ его здоровья, даже в ущерб другим членам семьи; ведет к усилению противоре­ чия между личными потребностями индивидов и потребностями общества в соб­ ственном воспроизводстве посредством семьи.

12. В условиях общества риска модальным типом семейно-брачных форм остаётся официально зарегистрированный брак, на что указывают реальная, идеальная и требуемая норма реализации матримониальных практик. Рост со­ циокультурных рисков изменяет данные практики в сторону увеличения воз­ раста супругов, вступающих в первый брак, количества случаев откладывания регистрации брака или отказа от неё вообще, распространения нерегистрируемых союзов, возрастания серийности брака. Такие матримониальные практики, с одной стороны, позволяют минимизировать социокультурные риски, но с другой - способствуют размыванию модального типа семьи, затрудняют про­ цесс её реинституционализации.

13. В современном обществе наблюдается рассогласование между реаль­ ной, идеальной и требуемой нормами репродукции, в результате чего распро­ страняются репродуктивные практики, воспроизводящие однодетную семью, но ориентированные на двухдетную. Особенностями модальности репродук­ тивных практик являются увеличение среднего возраста матери при рождении ребенка, среднего протогенетического интервала при рождении первого ребен­ ка, откладывание рождений. Увеличение бездетного периода существования семьи способствует неустойчивости брака в результате длительного исключе­ ния репродуктивной функции из функционала семьи.

14. Нарастание социокультурных рисков ориентирует хозяйственно­ бытовые практики в публичной сфере на воспроизводство двухдоходной моде­ ли семьи, а в приватной сглаживает явно выраженное гендерное распределение власти и обязанностей. Такая модель семьи позволяет снизить степень влияния социокультурных рисков на процесс удовлетворения потребностей её членов в создании бытовых условий жизни и обеспечении своих родных средствами к существованию. Реализация современных хозяйственно-бытовых практик ха­ рактеризуется противоречием между тезаурусом и габитусом индивидов, кото­ рое может быть названо дилеммой патернализма и эгалитаризма, проявляю­ щимся при распределении ролей в приватной и публичной сферах семьи.

15. Трендами трансформации родительских практик являются изменения в содержании воспитания и образования детей и переход от материнской к двух­ родительской модели воспитания. Содержанием родительских практик стано­ вятся подготовка ребёнка к новому циклу воспроизводства семьи и формирова­ ние личностного потенциала ребёнка, необходимого для осуществления нор­ мальной жизнедеятельности в современном обществе. Родительские практики удлиняются во времени, теряют авторитарность, демократизируются, в большей мере ориентируются на образование, чем на воспитание. Наблюдается тенденция вовлечения отца в процесс реализации родительских практик как самостоятель­ ного актора в воспитании ребёнка и партнёра в двухродительской модели, в ко­ торой в процесс воспитания, ухода за ребёнком и его содержания вовлечены оба родителя. Материнство и отцовство как составляющие родительских практик ре­ ализуются вне зависимости от брачного состояния родителей.

16. В условиях социокультурных рисков наблюдается разрушение раз­ ветвленных родственных сетей. Модальной формой родственных практик ста­ новятся близкородственные сети поддержки и взаимопомощи, о чем свидетель­ ствуют интенсивность контактов близких родственников, частота и объем се­ мейно-родственной помощи. Содержанием родственных практик являются эмоциональная поддержка, оказание взаимных услуг и материальные трансфер­ ты, что в условиях расширяющегося коммуникационного пространства способ­ ствует сохранению стабильности обретенного членами семьи статуса в соци­ альной структуре общества, обеспечивает преемственность ценностей семьи и брака. Основу близкородственных сетей поддержки и взаимопомощи состав­ ляют регулярные трансферы от родителей к детям.

Теоретическая и практическая значимость диссертационного иссле­ дования. Положения и выводы диссертационного исследования расширяют представления о специфике существования семьи в условиях общества риска, позволяют определить перспективы социально-институциональной трансфор­ мации семейно-брачных практик и могут быть использованы для решения тео­ ретических и практических проблем семьи и брака. Отдельные выводы и поло­ жения, содержащиеся в работе, найдут применение в разработках региональных и муниципальных концепций семейной политики, в учебных курсах таких дис­ циплин, как «Социология», «Социология семьи», «Социология молодёжи», в курсах специальных дисциплин, преподаваемых в высших учебных заведениях.

Апробация работы. Диссертация обсуждалась и была рекомендована к защите на кафедре социологии и политологии Курского государственного уни­ верситета. Результаты исследования были изложены на региональных, между­ народных и всероссийских научных и научно-практических конференциях и семинарах в 2010-2015 гг.: II Орловских социологических чтениях «“Социоло­ гический альманах”. Социологическая культура в современной России» (Орел, 17 декабря 2010 г.); XII Международной научно-практической конференции по философским, филологическим, юридическим, педагогическим, экономиче­ ским, психологическим, социологическим и политическим наукам (Горловка, 25-26 августа 2011 г.); VII Всероссийских научно-образовательных Знаменских чтениях «История и перспективы церковно-общественного соработничества в России» (Курск, 22-25 марта 2011 г.); Всероссийской научно-практической конференции «Христианство. Философия. Культура: Образование и воспитание гражданина в контексте церковно-общественного сотрудничества», VIII науч­ но-образовательных Знаменских чтениях (Курск, 12-15 марта 2012 г.); IV Оче­ редном Всероссийском социологическом конгрессе (Уфа, 23-25 октября 2012 г. ); VI Российском философском конгрессе (Нижний Новгород, 27июня 2012 г. ); Международной научно-практической конференции «Ин­ новационное развитие и кадровый потенциал молодёжной и социальной сфе­ ры» (Санкт-Петербург, 21-23 ноября 2013 г.); XI Международной конференции «Государственной управление: Российская Федерация в современном мире»

(Москва, 30 мая - 1 июня 2013 г.); Всероссийской научно-практической конфе­ ренции «Регионализация молодёжной политики в России: история, опыт, прак­ тика» (Санкт-Петербург, 16-17 апреля 2013 г.); Всероссийской научнопрактической конференции «Теория и практика политического участия и граж­ данской активности молодёжи в современной России» (Санкт-Петербург, 17— 18 апреля 2014 г.); Восьмой региональной научной конференции «Власть и общество: механизмы взаимодействия и противоречия» (Воронеж, 3— 4 февраля 2014 г.); научно-практической конференции «Ковалевские чтения»

(Санкт-Петербург, 14-15 ноября 2014 г.); XIII Международной конференции «Государственной управление: Российская Федерация в современном мире»

(Москва, 28-30 мая 2015 г.); Девятой региональной научной конференции «Власть и общество: практики взаимодействия и конфликты» (Воронеж, 2 фев­ раля 2015 г.); XIV Международной конференции «Государственной управление Российской Федерации: вызовы и перспективы» (Москва, 26 мая - 28мая 2016 г. ).

Результаты диссертационного исследования внедрены в деятельность Ко­ митета по социальной защите Курской области.

Отдельные положения разрабатывались в рамках исследовательских проек­ тов РГНФ «Социокультурные риски семейно-брачных отношений провинциаль­ ного региона в условиях глобализации системы коммуникаций» №13-13-46001 (рук., 2013-2014 гг.); ФЦП «Научные и научно-педагогические кадры инноваци­ онной России» на 2009-2013 годы». Проект «Гражданская экспертиза практики регионального управления: технология, социокультурные и организационные ба­ рьеры» (исп., 2011 г.); ФЦП «Научные и научно-педагогические кадры инноваци­ онной России на 2009-2013 годы». Проект «Управление развитием приграничных регионов в хронотопе постсоветского пространства» № 4.А18.21.0090 (исп., 2012 г.); грант РГНФ «Формирование идеологемы семьи в информационно­ коммуникационной среде региона» №12-13-46002 (исп., 2012 г.).

Основное содержание диссертационного исследования отражено в 57 научных публикациях, в том числе 18 - в изданиях, которые входят в список ВАК Минобрнауки РФ, и составляет объем более 40 п.л.

Структура диссертации подчинена ее целям и задачам и включает четыре главы, введение, заключение и список используемых источников.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ

Во введении обосновывается актуальность темы, степень ее научной разработанности, определены объект и предмет исследования, сформулированы цель, задачи, представлены теоретико-методологическая, эмпирическая база и научная новизна, изложены основные положения, выносимые на защиту, раскрыта научно-практическая значимость работы и формы ее апробации.

В первой главе «Теоретико-методологические основания изучения трансформации семьи в обществе риска» раскрыты теоретико­ методологические возможности социального реализма и конструкционизма в исследовании трансформации семьи в обществе риска, определены методоло­ гические принципы трансформации семейно-брачных практик.

В § 1.1 «Социальный реализм в исследовании процесса трансформации семьи в обществе риска» раскрыто содержание макро- и микроконцепций социального реализма, интерпретирующих семью как объективную реальность.

Построение современной социологической концепции трансформации семейно-брачных практик не может осуществляться как изолированно от реше­ ния общеметодологических проблем социологии, так и без учёта опыта исследо­ ваний в данной области. С целью систематизации социологических концепций семьи можно их классифицировать посредством совместного применения двух оснований. Первое основание предполагает выделение групп методологических подходов в зависимости от понимания семьи как социального института или как социальной группы (макро/микро). Второе основание - в зависимости от норм, являющихся продуктом рационального конструирования или унаследован­ ных обществом в виде традиций (номинализм/реализм). Это позволяет определить четыре методологических подхода: микро- и макрореализм, микро- и макрономи­ нализм (конструкционизм).

Согласно микрореализму, семейную жизнь образуют внутригрупповые отношения, существующие объективно и независимо от индивида и обладаю­ щие способностью оказывать на него давление. В рамках микрореализма при рассмотрении семьи как первичной группы акцент делается на реальности су­ ществования социальной общности, члены которой связаны единством быта, взаимной моральной ответственностью и помощью. Важнейшими источниками групповой динамики семьи являются способы разрешения проблемных ситуа­ ций. Трансформация семьи в данном случае - изменение численного состава, способов взаимодействия между членами семьи с целью её адаптации к социо­ культурным условиям общества на определенном этапе его исторического раз­ вития. Концепции микрореализма делают возможным анализ трансформации семейно-брачных практик сквозь призму личностных, семейных и конкретно­ исторических ситуаций. Использование положений микрореалистических тео­ рий в разрабатываемой системно-институциональной концепции трансформа­ ции семейно-брачных практик позволяет рассматвивать опривычивание семей­ ного поведения и форм взаимоотношений в контексте социокультурной транс­ формации.

В рамках социального реализма на макроуровне семья чаще всего анали­ зируется в качестве системы-посредника между индивидом и обществом. В ка­ честве системы-посредника семья выполняет общественно-значимые функции.

Макрореализм пытается раскрыть суть изменений семейно-брачных отношений под воздействием факторов макроуровня, то есть связывает изменение данных отношений с преобразованием социально-экономических, социальнополитических или социокультурных условий. Трансформация семьи понимает­ ся как адаптация структуры и функций семьи - социального института к изме­ няющимся условиям.

В § 1.2 «Концепции социального конструирования семьи» показано, что теоретико-методологические положения социального конструкционизма позволяют выделить регулятивную и конструирующую роль индивидуального и общественного сознания в трансформации семьи.

Понятие социального конструирования вошло в научный оборот после выхода книги П. Бергера и Т. Лукмана, в которой предлагалось рассматривать человеческую реальность не как «объективно существующую», а как конструи­ руемую людьми в ходе повседневных взаимодействий. Поэтому в социальном конструкционизме семья является результатом социального конструирования, феноменом коллективного определения и соглашения.

На микроуровне семья конструируется индивидуальным сознанием в ходе повседневных взаимодействий человека. Человек является главным действую­ щим агентом в этом процессе. В микроконстукционизме семейные отношения, статусы и роли - это результат интерпретации и конструирования, зависящий от особенностей социальной и культурной идентификации акторов семейно-брачной сферы, а семья - результат взаимной договоренности (конвенции) непосредствен­ но между ее членами. Конвенциональность конструкта семьи является продук­ том сознательной деятельности индивида. Трансформация семьи понимается как изменение конвенций между членами семьи при модификации их социальной и культурной идентификации.

Важная заслуга макроконструкционистских концепций семьи заключает­ ся в осознании того, что на семейно-брачные процессы, помимо социальноэкономических условий, действуют и стереотипы общественного сознания гендерные стереотипы. Гендерные стереотипы поддерживают распределение социальных, в том числе и семейных, ролей и статусов среди мужчин и женщин и формируют систему ценностей и норм, регулирующую отношения в семейно­ брачной сфере. Культура в определённые исторические периоды по-разному конструирует гендер. Поэтому именно культура направляет процесс реинсти­ туционализации семьи путём создания и распространения определённого соци­ ального конструкта семейно-брачных отношений, формируя наиболее прием­ лемый их тип в сложившихся социокультурных условиях.

Теоретические положения социального конструкционизма позволяют определить регулятивную и конструирующую роль индивидуального и обще­ ственного сознания для современной семьи.

В § 1.3 «Методологические принципы исследования трансформации семейно-брачных практик» показано, что применение антропосоциокультурного, социо динамического и коэволюционноного принципов в рамках автор­ ской системно-институциональной концепции трансформации семейно­ брачных практик позволяет рассмотреть семью в организационном, функцио­ нальном и эволюционном аспекте.

Исследование семейно-брачных практик, их трансформации в современ­ ных социокультурных условиях, предполагает анализ семьи как социальной ре­ альности «объективно существующей» и создаваемой, конструируемой людьми в процессе ежедневных взаимодействий. Одновременно семья представляет со­ бой систему, функционирование которой определяется складывающимися межличностными и институциональными взаимоотношениями как между её членами, так и между акторами брачного рынка. Синтетическое объединение социального реализма и конструкционизма позволяет рассматривать семью в качестве реально существующей формы взаимоотношений полов, сложившейся в процессе антропосоциогенеза, которая затем прошла легитимацию - процесс признания обществом в целом и в отдельных формах проявления.

Для исследования семьи такого рода диссертантом введены антропосоциокультурный, социодинамический и коэволюционноный принципы, которые задают ключевые утверждения относительно особенностей структурирования, функционирования и развития современной семьи.

Антропосоциокультурный принцип позволяет к основным компонентами семьи отнести ее культуру (как системный код), социальную структуру (как сеть отношений или связей) и личность (как субстанцию). Коэволюционный принцип способствует пониманию семьи как институции, то есть конвенционально при­ нятым правилам и нормам, которые структурируют социальные взаимодействия супругов - членов малой группы и акторов социальных институтов. Семья - это институционально-нормированная статусно-ролевая система отношений между её членами, воспроизводимая посредством семейно-брачных практик. Социоди­ намический принцип позволяет признать, что воспроизводство семьи как антропосоциокультурной системы осуществляется благодаря реализации семейно­ брачных практик, представляющих разновидности социальных практик. Семей­ но-брачные практики понимаются как совокупности опривыченных образцов поведения в семейно-брачной сфере. Они представляют собой континуум дей­ ствий и взаимодействий между социальными акторами в сфере семьи и брака, обеспечивающих стабильное воспроизводство семьи как социального института.

Они дают возможность индивиду реализоваться в каком-либо социальном каче­ стве, приобретать статусно-ролевую позицию, исполнять социальные функции в пределах семьи. Семейно-брачные практики обладают двойным структурирова­ нием: во-первых, они определяются социокультурной средой, а во-вторых, зада­ ют параметры воспроизводства семьи в качестве объекта этой среды. Таким об­ разом, данные методологические принципы исследования семейно-брачных прак­ тик способствуют синтетическому объединению социального конструкционизма и социального реализма, формируют понимание семьи как антропосоциокультурной системы процессуально-институционального типа.

Во второй главе «Системно-институциональная концепция трансформации семейно-брачных практик» проведён структурно-функци­ ональный анализ семьи, рассмотрен кластер понятий «семейно-брачные практики»

для отображения динамического аспекта её функционирования, показана вариативность семейных форм в зависимости от реализуемых функций и практик.

В § 2.1 «Структура и функции семьи в системно-институциональной концепции трансформации семейно-брачных практик» определён необхо­ димый и достаточный набор базовых функций и структур семьи, изменения в котором выступают основанием трансформации семьи как социального института.

Социальная трансформация семьи - это вид социального развития, в рам­ ках которого идёт отбор и адаптация структуры и функций семьи, семейно­ брачных практик к изменившемуся экзистенциальному пространству бытия.

Заключительным этапом данного отбора является реинституционализация се­ мьи, то есть институциональное закрепление результата адаптации семейно­ брачных практик к новым социокультурным условиям. Ключевые стадии про­ цесса реинституционализации семьи заключаются: 1) в проявлении социальных противоречий; 2) формировании трендов изменения структуры и функций;

3) воспроизводстве новых структур и функций в семейно-брачных практиках.

При изучении трансформации семейно-брачных практик целесообразно исходить из следующего положения структурно-функционального анализа: се­ мья - это социальная система, описываемая двумя основными параметрами:

структура и функции. Системно-институциональная концепция трансформации семейно-брачных практик позволяет разграничить целевую функцию, прису­ щую семье как общественному институту, и базовые функции семьи, позволя­ ющие ей сохраняться как системной целостности. Под целевой функцией семьи понимается детовоспроизводство как процесс рождения, воспитания, поддер­ жания ребенка до момента включения в процесс социокультурного воспроиз­ водства.

Обращение к концепции AGIL Т. Парсонса позволило определить необхо­ димый и достаточный набор базовых подсистем и функций семьи. Структурно семья состоит из холонов: супружества (супружеская пара), домохозяйства (ин­ дивиды, живущие вместе и ведущие совместное хозяйство), родительства (су­ пруги и их дети в разных поколениях) и, наконец, родства (множество людей, объединённое происхождением от одного предка или возникшее как последствие брака).

Каждый холон - брак/супружество, домохозяйство, родительство и род­ ство - выполняет соответствующую базовую функцию: 1) ориентацию на до­ стижение социально-значимой цели (репродуктивная); 2) адаптацию к широкому набору условий окружающей среды (хозяйственно-бытовая), 3) внутреннюю ин­ теграцию системы (социализирующая) и 4) поддержание образца поведения си­ стемы (стабилизирующая). Функции исполняются в индивидуальной и обще­ ственной перспективе, удовлетворяя соответствующие потребности. Реализа­ ция семейных практик может приводить как к функциональному, так и дис­ функциональному развитию событий в семейной жизни. Дисфункциональность семейно-брачных практик есть рассогласование общественной и индивидуаль­ ной перспективы при исполнении базовых функций.

В § 2.2 «Семейно-брачные практики как социодинамическая основа воспроизводства семьи» обосновывается, что воспроизводство семьи и исполне­ ние ею своих функций осуществляется посредством семейно-брачных практик.

Определённые формы социального поведения в семейно-брачной сфере ти­ пизируются и габитуализируются, тем самым превращаются в устойчивые инсти­ туциональные практики. Семейно-брачные практики - это специфические проявле­ ния семейно-брачного поведения, обеспечивающие функционирование семьи как антропосоциокультурной системы процессуально-институционального типа.

Наиболее типичные (модальные) образцы семейно-брачных практик, обладающие максимальной пространственно-временной протяжённостью (глубоко укоренённые в пространстве и времени), образуют основу современной семьи как институцио­ нальной системы. Социальная трансформация семьи происходит в результате из­ менения модальности семейно-брачных практик.

Модальные семейно-брачные практики есть совокупность трёх норматив­ ных образцов поведения: идеального (соответствующего индивидуальному представлению о должном и правильном), требуемого (отвечающего условиям современного общества) и реального (наиболее распространённого в обществе).

Идеальная нормативная модель - это характеристики семьи, указываемые опрашиваемыми в ответах на вопросы об эталоне современной семье, её соста­ ве и структуре. Этот идеал также называется желаемой нормой. Требуемая нормативная модель - это характеристики семьи, указываемые опрашиваемыми в ответах на вопросы о том, какой должна быть современная семья, каковы её состав и структура с учетом складывающихся условий жизнедеятельности в со­ временном мире.

Данный вид нормы связывается с ожидаемым образцом се­ мьи. Реальная норма семьи представляет собой действительное поведение в се­ мейно-брачной сфере, которое необязательно соответствует желаниям индиви­ да и отвечает требованиям современной реальности. Формируется среднестати­ стическая, приближающаяся к средней норме семья, которая и представляет ре­ альную нормативную модель семьи. Она может быть определена на основе наиболее распространённых ответов на вопросы относительно реальных харак­ теристик семьи, её структуры и функционала.

Для понимания семейно-брачных практик как социодинамической основы процесса воспроизводства семьи был рассмотрен ряд взаимообусловленных понятий, которые связаны с личностью, социокультурными регуляторами её поведения, механизмами реинституционализации.

Среди трёх составляющих семьи как антропосоциокультурной системы процессуально­ институционального типа - личность, культура и социальная структура - имен­ но личность обеспечивает соотнесённость человека с повседневным миром:

«социальная» соотнесённость выражается в системе социальных статусов (как объективного положения человека в обществе) и моделей ролевого поведения (как динамической стороны статусов); «культурная» соотнесённость представ­ лена совокупностью диспозиций (как субъективно осмысленных позиций) и ролевых ожиданий (как динамической стороны диспозиций). При этом статусы выражают «социальные» позиции личности в социальной структуре, диспози­ ции - «культурные» позиции. Связующим звеном между ними выступают со­ циальные роли, характеризующие динамическую сторону жизнедеятельности личности.

С позиций предлагаемой системно-институциональной концепции семья

- это система устойчивых социальных действий и взаимодействий её членов, существующая благодаря их взаимосвязанному и взаимно ориентированному ролевому поведению. Такая система ролевого поведения воспроизводится со­ вокупностью семейно-брачных практик. Семейно-брачные практики обеспечи­ вают воспроизводство статусно-ролевой структуры семьи, а последняя, в свою очередь, является условием реализации семейно-брачных практик. Благодаря им «раскрываются» важнейшие способы деятельности и общения как в рамках семьи, так и на брачном рынке, характерные именно для данной конкретной культуры и данного момента времени. Семейно-брачные практики способству­ ют тому, чтобы человек социально состоялся, занял свою статусно-ролевую по­ зицию в каком-либо холоне семьи.

В основе семейно-брачных практик лежит тезаурус как типичное воспри­ ятие окружающего мира и габитус как предрасположенность поступать опреде­ лённым образом. Тезаурус является производным от диспозиции индивида в сфере культуры, а габитус - от социального статуса. Тезаурус отражает осново­ полагающие убеждения в сфере идеального и требуемого, объясняющие окру­ жающую действительность в терминах, принятых членами данной культуры.

Понятие «габитус» означает систему приобретённых предрасположенностей поступать определённым образом в типичных жизненных ситуациях в соответ­ ствии с положением в системе социальных отношений. Наиболее распростра­ нённые тезаурусы и габитусы определяют модальный тип семейно-брачных практик, лежащий в основе семьи как социального института.

Поскольку воспроизводство семьи - это процесс, состоящий из двух эта­ пов: на первом происходит собственно образование семьи, а на втором - её функционирование, то можно выделить два вида практик: брачные/матримониальные, воспроизводящие семью как новую ячейку общества, и семейные, которые обеспечивают её функционирование в рамках сложившейся структуры. Кластер «семейных практик» образуют репродуктивные, родитель­ ские, хозяйственно-бытовые и родственные практики, реализация которых обеспечивает исполнение соответствующих базовых функций - репродуктив­ ных, социализирующих, хозяйственно-бытовых и стабилизирующих (табл. 1).

Таблица 1 Компоненты и функции семьи, семейные практики__________________

Холон семьи Ф ункции Практики Дефиниция практики Хозяйствен­ Хозяйствен­ Опривыченная система действий, направ­ Дом охозяй­ ленная на удовлетворение материальных и но-бытовые но-бытовые ство бытовых потребностей членов семьи Репродуктив­ Репродуктив­ Опривыченная система действий, направ­ Супружество ная ные ленная на рождение ребенка Социализи­ Опривыченная система действий, направ­ Родительские Родитель­ рующая ленная на воспитание, обучение и образо­ ство вание ребенка, обеспечивающая приобще­ ние его к культурным и духовно­ нравственным ценностям Стабилизи­ Родственные Опривыченная система действий, направ­ Родство рующая ленная на поддержку и помощь членов се­ мьи, обеспечение устойчивой жизнедея­ тельности В § 2.3 «Взаимообусловленность вариативности семейный форм, функционала и трансформации семейно-брачных практик» показано, что во всех холонах семьи идут необратимые трансформационные сдвиги, сопровождающиеся расширением вариативности семейных форм, изменением функционала и трансформацией семейно-брачных практик.

Под формой семьи понимается внутренняя организация, устойчивая вза­ имосвязь между членами семьи, существующая благодаря реализации семей­ ных практик. В данном случае форма семьи определяется её структурой. Ядром структуры семьи является супружеская пара - мужчина и женщина, и все типо­ логии форм семьи строятся в зависимости от добавления к «ядру» детей, род­ ственников, родителей супругов и других близких (свойственников). В качестве базового типа выступает патриархальная семья (большая семья), на смену ко­ торой в индустриальном обществе приходит нуклеарная семья.

В современном обществе нуклеарная и патриархальная семьи теряют свою монополию на организацию совместного проживания граждан и воспита­ ние детей, все большее распространение получают такие «семейные формы», как сожительство, неполная семья, бездетная семья, сводная семья, открытый брак, коммуна, гомосексуальные пары, гостевой брак, брак без объединения домашних хозяйств, сознательное одиночество (С.И. Голод, О.А. Белоусов, Т.Н. Константинова). Данные семейные формы могут быть типологизированы относительно патриархальной семьи как базового типа в зависимости от коли­ чества выполняемых базовых функций и качества их исполнения.

В патриархальной семье функционал и семейно-брачные практики реали­ зуются в полном объёме. Сохранение функционала характерно и для традици­ онной нуклеарной семьи. Однако хозяйственно-бытовая функция заменяется на экономико-бытовую. Процесс реализации хозяйственно-бытовых практик трансформируется: муж-работник занят в сфере производства, женадомохозяйка - в сфере услуг, что делает супругов зависимыми друг от друга.

При вовлечении женщины в процесс реализации экономико-бытовой функции происходит формирование партнерской нуклеарной семьи, члены которой де­ монстрируют переход от коллективного хозяйствования в семье к индивиду­ ально-личностному равноправному партнерству. Трансформация основного функционала ведет к появлению консенсуальных семей и сожительств, в кото­ рых экономическая функция реализуется каждым супругом самостоятельно, а реализация репродуктивной функции замораживается - происходит откладыва­ ние рождения из-за изменения приоритетов в пользу себя, а не детей. В непол­ ных семьях имеем дело уже с нарушением структуры семьи, что затрудняет выполнение семьёй основных её функций или препятствует ему: экономико­ бытовая и социализирующая функции реализуются только одним супругом, ре­ продуктивная функция не реализуется из-за отсутствия супруги/супруга, а функция стабилизации реализуется только родственниками одного из бывших супругов. В гомосексуальной семейной форме предпринимается попытка вос­ становить функционал, по крайней мере, в части экономико-бытовой функции, а в ситуации сознательного одиночества, напротив, происходит отказ от выпол­ нения семейного функционала. Такое многообразие семейных форм препят­ ствует процессу реинституционализации семьи в условиях общества риска.

Таким образом, построенная типология семейных форм на основе сход­ ства или отличия от базового типа семьи, в котором не нарушена целостность холонов и функционал выполняется в полном объёме, показывает, что рост ва­ риативности семейных форм обусловлен изменением семейно-брачных практик и базового функционала семьи.

В третьей главе «Социокультурные риски как детерминанты трансформации семейно-брачных практик» раскрыто содержание понятия «социокультурный риск», дана классификация рисков в зависимости от объекта воздействия, определена роль социотехнических и коммуникационных рисков в изменении субстанциональных основ семейно-брачных практик, а также влияние социальных и культурных рисков на реализацию семейно-брачных практик.

В § 3.1 «Социокультурные риски современного общества:

понятие и специфика воздействия на семейно-брачные практики» показано, что социокультурные риски выступают детерминантами трансформации семейно-брачных практик.

Риск есть имманентное свойство современного общества. Поколение лю­ дей, выросших в условиях риска, включает их в свои социальные практики. Ре­ зультаты проведённого социологического исследования показали, что 3 опро­ А шенных респондентов высказывают опасение за будущее семьи и считают, что семейно-брачные отношения в современном обществе подвержены постоянным рискам и находятся в опасности1. Безопасность своей собственной семьи ре­ спонденты оценили в большинстве случаев негативно, при этом брачное состо­ яние респондентов выступает фактором, определяющим их обеспокоенность за безопасность своей семьи. Это подтверждает вывод о том, что реализация се­ мейно-брачных практик происходит в условиях нарастающих рисков.

Риск относится к субъекту, активно принимающему решения и преобра­ зующему мир, при этом в своих социальных практиках, в том числе и семейно­ брачных, индивид учитывает лишь те вероятности, которые представляет, а не те, которые существуют в действительности. Отсюда основным риском для се­ мейно-брачной сферы будет социокультурный как ожидание наступления жиз­ ненных событий, выступающих деструкцией субстанциональных основ реали­ зуемых семейно-брачных практик, а также дезорганизации габитусов и тезау­ русов членов семьи и акторов брачного рынка. Жизненные события представ­ ляют собой важные перемены или переходные периоды в жизни человека, ко­ торые ставят его перед необходимостью корректировать сложившиеся процес­ сы реализации семейно-брачных практик. Процесс дезорганизации габитусов и тезаурусов членов семьи и акторов брачного рынка - это рост нестабильности, отклонение от идеальной (желаемой), реальной (достигаемой) и требуемой (ожидаемой) норм, вносящие дисфункциональность в процесс реализации практик. Семейно-брачные практики в условиях социокультурных рисков представляют собой нормированные совокупности образцов деятельности, ко­ торые воспроизводят семью, её функционал в условиях ожидания последствий изменения положения индивидов в социокультурной системе общества под воздействием факторов риска. Социокультурные риски необходимо рассматри­ вать в контексте ценностно-нормативных ориентаций, приверженности тради­ ций.

Социокультурная интерпретация риска позволяет связать дисфункцио­ нальность семейно-брачных практик с ожиданием опасностей, сформировав­ шимся мнением относительно ситуации риска и степенью её осознанности.

При анализе семьи как атропосоциокультурной системы среди значи­ мых социокультурных рисков семейно-брачных отношений необходимо вы­ делить социальные, влияющие на положение индивида в социальной струк­ туре общества, культурные - на диспозиции в культурной подсистеме обще­ ства, а также экзистенциальные риски, воздействующие на субстанциональ­ ные основы, то есть на членов семьи и систему их коммуникаций.

1 «Трансформация семейно-брачных отношений в условиях социокультурных рисков» (Курская область, 2013 г., N=560 среди населения в возрасте от 16 до 80 лет).

Более подробная классификация рисков представлена в таблице 2. В основу этой классификации положены компоненты семьи как антропосоциокультурной системы - это индивид и коммуникации, структура семьи как со­ вокупность габитуализированных отношений и ценностно-нормативная си­ стема семьи как совокупность убеждений и установок в тезаурусе индивидов.

Таблица 2 Классификация социокультурных рисков в зависимости от объекта воздействия Объект воздействия угроз Вид социо­ О пределение социокультурного риска культурно­ современного общ ества го риска Индивид и коммуникации Экзистенци­ Ожидание последствий изменения среды оби­ как субстанция семьи альный тания, порождающих нестабильность субстан­ циональных основ семейно-брачных практик Социальная структура семьи Социальный Ожидание последствий изменения статусных как совокупность габитуали­ позиций, которые дезорганизуют габитусы, зированных отношений лежащие в основе семейно-брачных практик Ценностно-нормативная си­ Культурный Ожидание последствий нарушений диспози­ стема семьи как совокуп­ ций, которые дезорганизуют тезаурусы, ле­ ность убеждений и устано­ жащие в основе семейно-брачных практик вок в тезаурусе индивидов В § 3.2 «Социотехнические и коммуникационные риски как факторы изменения субстанциональных основ семейно-брачных практик» показано, что экзистенциальные риски, представленные социотехническими и коммуни­ кационными, ведут к нестабильности субстанциональных основ семейно­ брачных практик.

Социотехнические риски - это ожидания последствий нарушения фи­ зиологического состояния под воздействием опасностей техносферы, веду­ щие к ограничению возможности индивида по реализации семейно-брачных практик. Такие ожидания изменяют практики, делая их зависимыми от оце­ нок настоящего и будущего состояния соматического здоровья. К основным социотехническим рискам, обусловливающим трансформацию семейно­ брачных практик, можно отнести риски потери репродуктивного здоровья (ожидание последствий нарушения детовоспроизводства и психосексуальных отношений в семье) и инвалидизации (ожидание расстройств функций орга­ низма, приводящих к ограничению жизнедеятельности и необходимости со­ циальной реабилитации).

Коммуникационный риск - ожидание последствий нарушения межлич­ ностных отношений при реализации семейно-брачных практик в изменяю­ щемся коммуникативном пространстве. Его разновидностями являются риск глобализации пространства коммуникаций и риск виртуализации социальных коммуникаций, понимаемые как ожидания последствий нарушения комму­ никаций при реализации семейно-брачных практик, соответственно, вслед­ ствие расширения пространства жизнедеятельности членов семьи и акторов брачного рынка или переноса взаимодействия в информационно­ коммуникационную среду. Под воздействием коммуникационных рисков (риск глобализации пространства коммуникаций и риск виртуализации социальных коммуникаций) происходит изменение способов межличностного взаимодействия членов семьи и акторов брачного рынка в процессе реализа­ ции семейно-брачных практик.

Подтверждением этого служат данные экспертного опроса1, который поз­ волил оценить уровень влияния социотехнических и коммуникационных рис­ ков на субстанциональные основы семьи. В целом для всех предложенных ви­ дов экзистенциальных рисков оценка экспертов оказалась достаточно высокой (в диапазоне от 7,7 до 9,8 баллов). Для признания влияния риска на определен­ ный вид семейно-брачных практик был установлен порог в 9 баллов из 10, что соответствует 90%-му уровню детерминации. Анализ экспертных оценок влия­ ния рисков на семейно-брачные практики показывает, что риск потери репро­ дуктивного здоровья наибольшее воздействие оказывает на матримониальные и репродуктивные практики (оценка по 10-балльной шкале для которых со­ ставила 9,8 баллов при незначительном разбросе мнений), а риск инвалидизации - на репродуктивные и хозяйственно-бытовые практики (9,2 и 9,8 со­ ответственно). Риск глобализации пространства коммуникаций выступает условием для трансформации матримониальных (9,0), родственных практик (9,7). Кроме того, риск виртуализации социальных коммуникаций оказывает влияние на реализацию матримониальных (9,2), родственных практик (9,3) и родительских практик (9,0).

В § 3.3 «Влияние социальных и культурных рисков на семейно-брачные практики» показано, что социальные и культурные риски оказывают влияние на процесс реализации семейно-брачных практик, воздействуя соответственно на габитус и на тезаурус индивида.

Социальные риски - это ожидания последствий изменения статусных позиций под воздействием неблагоприятных факторов. К ним относятся риски политической и экономической нестабильности (ожидание нарушений в дея­ тельности соответственно политических или экономических институтов), упущения возможности профессиональной самореализации (опасение за воз­ можные проблемы при реализации в профессиональной сфере) и потери работы (ожидание негативных последствий в личной и семейной жизни в результате увольнения, безработицы), обеднения при создании семьи и рождении ребенка (опасения за резкое снижение доходов соответственно при создании семьи и рождении ребенка), гендерных противоречий (ожидание невозможности согла­ сования семейных ролей и распределения семейных обязанностей).

Социальные риски дезорганизуют габитусы, лежащие в основе семейно­ брачных практик индивида. Габитус определяется неустойчивым социальным положением в структуре общества и страхом перед возможными масштабными изменениями в привычном укладе жизни.

Культурные риски связаны с ожиданиями изменений диспозиций в си­ стеме культуры, ценностно-нормативных основ общества. К культурным рис­ кам нужно отнести риски нарастания аномии (ожидание неблагоприятного ис­ хода реализации семейно-брачных практик в условиях разрушения ценностей 1 Экспертный опрос в рамках исследования «Трансформация семейно-брачных отношений в условиях социокультурных рисков» (N= 50 среди представителей государственной власти, общественных и религиозных организаций, работников научных и образовательных учреждений Курской области, проведенный в 2015 г.).

традиционной семьи), культурной вестернизации (ожидание неблагоприятного исхода реализации семейно-брачных практик в результате распространения культуры индивидуализма), риск реализации норм семейного и ювенального права (ожидание последствий правоприменительной практики в отношении се­ мьи, родительства и детства). Культурные риски дезорганизуют тезаурусы, со­ ставляющие основу семейно-брачных практик индивида. Нарастание культурных рисков индивидуализирует тезаурусы, определяющие реализацию семейно-брачных практик. Индивидуализм постепенно может переходить в гедонизм и нарциссизм, отражающиеся в установке тезауруса на необходимость удовлетворения индивидуальных потребностей, обеспечения собственного материального благополучия, сохранения своего здоровья, в ущерб другим членам семьи, что порождает дисфункциональность семейно­ брачных практик.

На основании данных экспертного опроса1 и установленного порога в 9 баллов из 10 в заключении параграфа делается вывод о том, что среди социаль­ ных рисков следует выделить: риск экономической нестабильности, влияющий на реализацию матримониальных (брачных) и репродуктивных практик; риск упущения возможности профессиональной самореализации, влияющий на все семейно-брачные практики, кроме родственных; риск потери работы, значимый при реализации матримониальных (брачных), репродуктивных и хозяйственно­ бытовых практик. Риск гендерных противоречий проявляется только при осу­ ществлении хозяйственно-бытовых практик, а риск политической нестабильно­ сти - родственных. Риски обеднения при создании семьи влияют на матримо­ ниальные (брачные) практики, при рождении ребёнка - на репродуктивные практики.

В числе культурных рисков для семейно-брачных практик наиболее зна­ чимыми являются: риск нарастания аномии, который выражается в разрушении ценностей традиционной семьи и затрагивает весь спектр семейно-брачных практик, и риск культурной вестернизации, затрагивающий матримониальные (брачные), репродуктивные и родительские практики. Риск реализации норм семейного и ювенального права в большей степени влияет на родительские практики. Культурные риски в сравнении с социальными более значимы для трансформации семейно-брачных практик В четвертой главе «Модальность и вариативность семейно-брачных практик в процессе их трансформации» показано, что в настоящее время репродуктивные и хозяйственно-бытовые практики характеризуются противоречивостью процесса реализации, родительские - формированием трендов, матримониальные и родственные практики - обретением модальности.

В § 4.1 «Модальные матримониальные практики в воспроизводстве современных семейно-брачных форм» доказано, что в условиях социокуль­ турных рисков для модальных матримониальных практик характерно увеличе­ ние возраста супругов, вступающих в первый брак, количества случаев откла­ дывания регистрации брака или отказа от неё вообще, распространения нереги­ 1 Экспертный опрос в рамках исследования «Трансформация семейно-брачных отношений в условиях социокультурных рисков» (N= 50 среди представителей государственной власти, общественных и религиозных организаций, работников научных и образовательных учреждений Курской области, проведённый в 2015 г.).

стрируемых союзов, возрастание серийности брака.

На процесс формирования модальных матримониальных практик оказы­ вает влияние достаточно широкий спектр социокультурных рисков, которые, вызывая изменения в оценке ценности семьи и брака, статусного положения, состояния собственного здоровья, оказывают влияние на практику вступления в брак и образования семьи.

Определить изменения в матримониальных практиках позволяют данные официальной статистики и результаты социологических исследований, харак­ теризующие состояние брачности и брачное поведение россиян, а также к ре­ зультаты собственного исследования1. Для определения формирующегося мо­ дального типа матримониальных практик данные о процессе их реализации бы­ ли сгруппированы относительно следующих возрастных групп: до 18 лет (за­ рождение), 19-24 (становление), 25-34 (реализация), 35-55 (стагнация) и стар­ ше 55 лет (распад, разрушение), а также по половому признаку. Такая группи­ ровка, соответствующая жизненному циклу семьи, позволяет установить эквифинальность брачных практик как конечное состояние, определяемое логикой их трансформации. Матримониальными практиками обусловливаются модаль­ ный брачный статус и возраст вступления в брак.

В диссертации доказано, что модальным типом матримониальных прак­ тик остаётся официально зарегистрированный брак. Реальной нормой, реализу­ емой в габитусе, лежащем в основе матримониальных практик, являются оформленные семейно-брачные отношения. Они в наибольшей мере представ­ лены в возрастной группе «35-54 года», в которой жизненный цикл матримо­ ниальных практик попадает в стадию стагнации. Идеальной формой семьи ре­ спонденты называют официально зарегистрированный брак. Большинство ре­ спондентов считают наиболее соответствующей современному образу жизни формой семьи зарегистрированный брак.

Матримониальные практики трансформируются в сторону увеличения возраста вступления в первый брак, откладывания регистрации брака или даже отказа от неё вообще. Брак не является основанием для прекращения реализа­ ции матримониальных практик. Супруги, вступающие в брак, обладают незави­ симостью: семья становится одним из «проектов» человека, который он осу­ ществляет в течение жизни. Матримониальные практики длятся всю жизнь, их составными частями становятся развод и повторный брак. Общество риска со­ здало условия для появления «серийных» семьей, в которых супруги с легко­ стью расходятся и находят других. Матримониальные практики приобретают мозаичный характер: брак - развод - повторный брак. При этом и развод, и по­ вторный брак прошли легализацию в тезаурусе, составляющем основу матри­ мониальных практик.

Модальные матримониальные практики воспроизводят зарегистрирован­ ный брак как форму семейно-брачных отношений. В то же время следует ждать понижения вероятности заключения официальных браков и увеличения выбора в пользу неформальных союзов как первой, так и последующих очередностей, что будет способствовать сокращению числа регистрируемых брачных союзов.

1 «Трансформация семейно-брачных отношений в условиях социокультурных рисков» (Курская область, 2013 г., N=560 среди населения в возрасте от 16 до 80 лет).

Такой формат реализации матримониальных практик приспосабливает семью к одному из основных условий жизнедеятельности индивида в обществе риска индивидуализации.

В § 4.2 «Особенности формирования модальности репродуктивных практик в современном российском обществе» показано, что в условиях со­ циокультурных рисков особенностью модальности репродуктивных практик является ориентация на двухдетную семью при фактическом воспроизводстве однодетной семьи с отсроченным деторождением.

На основе анализа реальных, идеальных и требуемых норм, представлен­ ных в статистических данных и результатах социологических опросов, уста­ новлено, что 1) в качестве среднестатистической российской семьи, вступив­ шей в фазу репродукции, выступают два родителя, у которых есть один ребенок (65 %); 2) большинство опрошенных респондентов в идеале планируют появле­ ние двоих детей в семье (69,5 %); а при выборе количества детей, соответству­ ющего современным реалиям, респонденты высказались за двухдетную семью (58,2 %). Следовательно, наблюдается определённое рассогласование между реальной, идеальной и требуемой нормой деторождения.

По данным статистики, в настоящее время в среднем российская женщина рожает первого ребёнка в 25 лет, а в ходе проведённого авторского исследования большинство опрошенных идеальным возрастом рождения считают 25,3 лет1, следовательно, именно возраст 25 лет лежит в основании габитуса и тезауруса ин­ дивида, что способствует формированию модальности возраста репродукции.

В условиях социокультурных рисков особенностями модальности репро­ дуктивных практик являются ориентация на двухдетную семью при фактиче­ ском воспроизводстве однодетной семьи с отсроченным деторождением, уве­ личение среднего возраста матери при рождении ребенка, среднего протогенетического интервала при рождении первого ребенка, откладывание рождений.

Увеличение бездетного периода существования семьи, равно как и сознатель­ ная ориентация на бездетность, ведет к замене репродуктивных практик сексу­ альными, что способствует неустойчивости брака за счет длительного исклю­ чения репродуктивной функции из функционала семьи.

В § 4.3 «Противоречия становления модальности современных хозяйственно-бытовых практик» установлено, что переход к новому типу модальных хозяйственно-бытовых практик связан с преодолением противоречия тезауруса и габитуса членов семьи, обусловленного дилеммой патернализма и эгалитаризма, возникающей при распределении ролей в приватной и публичной сферах семьи.

Социокультурные риски - инвалидизации, потери работы, упущения воз­ можности профессиональной самореализации, гендерных противоречий и нарастания аномии (разрушение ценностей традиционной семьи) - затрудняют реализацию действий индивида по удовлетворению потребностей членов се­ мьи. Современная модель семьи учитывает разделение дома и работы - приват­ ной и публичной сферы. Главенство в холоне домохозяйство заключается в соТрансформация семейно-брачных отношений в условиях социокультурных рисков» (Курск, Санкт-Петербург, Москва, 2014 г., N=1020 среди молодёжи в возрасте от 16 до 29 лет) держании семьи и в управлении ею, что терминологически закрепляется в по­ нятиях «кормилец семьи» - в публичной сфере и «глава семьи» - в приватной.

Процесс трансформации тезаурусов и габитусов, лежащих в основе хо­ зяйственно-бытовых практик, в условиях общества риска проанализирован на основе результатов авторских исследований12 которые позволяют выявить ре­, альные, идеальные и требуемые нормы при распределении семейных обязанно­ стей в приватной и публичной сфере.

Результаты исследования показывает, что 48,4 % опрошенных считают, что главы нет, важные решения принимаются всеми, а мелкие - в соответствии с существующим распределением обязанностей. Треть респондентов считают, что главой семьи является муж, и совсем незначительное количество респон­ дентов возложили обязанности главы семьи на жену. Современные семьи стал­ киваются с проблемой разрушения традиционного распределения ролей при ре­ ализации хозяйственно-бытовых практик, что делает габитус членов семьи и акторов брачного рынка менее стабильным и более вариативным.

При определении идеальной и требуемой нормы было установлено, что 38,1 % и 39,0 % полагают, что «главы не должно быть, важные решения долж­ ны приниматься всеми». При этом наблюдается противоречие между представ­ лениями мужчин и женщин как об ожидаемом, так и о соответствующем реали­ ям главе семьи.

Ситуацию в публичной сфере в наибольшей мере характеризует позиция «кормилец семьи», то есть человек, который обеспечивает главный доход се­ мьи. Согласно результатам исследования, 46,8 % мужчин высказались, что главный доход в их семье обеспечивает муж и 10,6 % - отец, а среди женщин 34,0 % опрошенных считают, что муж, и 10,0 % - отец.

В тезаурусе индивидов представления об идеальной и соответствующей реалиям норме реализации хозяйственно-бытовых практик отражаются следу­ ющим образом. Мужчины считают, что идеалом является ситуация, когда глав­ ный доход обеспечивает муж (57,8 %), среди женщин такого подхода придер­ живаются 61,5 % опрошенных. Ориентируются на равноправие при формиро­ вании доходной части бюджета семьи 29,8 % женщин и 26,7 % мужчин. 41,9 % мужчин думают, что именно они в современном крайне нестабильном обществе должны брать ответственность за материальное благополучие семьи на себя.

Женщины менее склоны возлагать на мужчин все обязанности по материаль­ ному содержанию семьи. 44,9 % представительниц «слабого» пола готовы в со­ временных условиях делить данные обязанности поровну. Следовательно, реа­ лизация хозяйственно-бытовых практик в публичной сфере попадает под риск гендерных противоречий, в случае если семью образуют супруги, габитусы и тезаурусы которых не совпадают.

Следовательно, переход к новому типу модальных хозяйственно-бытовых практик связан с преодолением противоречия между тезаурусом и габитусом 1 «Формирование идеологемы семьи в информационно-коммуникационной среде региона» (опрос среди жителей медианного региона, 2012, Курская область, N=555 среди населения в возрасте от 16 до 80 лет) и «Трансформация семейно­ брачных отношений в условиях социокультурных рисков» (социологический опрос жителей медианного региона, Курская область, 2013-2014, N=560 среди населения в возрасте от 16 до 80 лет).

2 «Трансформация семейно-брачных отношений в условиях социокультурных рисков» (социологический опрос жителей медианного региона, Курская область, N=560 среди населения в возрасте от 16 до 80 лет, проведенного в 2013-2014 гг.).

индивидов, которое может быть названо дилеммой патернализма и эгалитариз­ ма хозяйственно-бытовых практик. В тезаурусе россиян закреплено или эгали­ тарное, или традиционное распределение ролей при реализации хозяйственно­ бытовых практик. При этом габитус реализует эгалитарное распределение вла­ сти и обеспечение семьи в большей мере, чем это закреплено в тезаурусных представлениях, особенно у женской части населения. Сегодня тезаурус жен­ щин заполняет представление, что идеальной и требуемой нормой в приватной сфере являются равноправные супружеские отношения, но в публичной сфере женщины продолжают считать обязанностью мужчин содержать се­ мью. Мужчины, в свою очередь, придерживаются при реализации хозяйствен­ но-бытовых практик устоявшегося гендерного распределения ролей. Следова­ тельно, имеющее место несоответствие габитуса и тезауруса мужчин и женщин порождает дилемму патернализма и эгалитаризма хозяйственно-бытовых прак­ тик как в приватной, так и в публичной сфере. Современная семья требует до­ стижения консенсуса при распределении прав и ответственности между члена­ ми семьи. Такая модель в большей мере соответствует нарастающим социо­ культурным рискам, поскольку позволяет снижать степень их влияния на удо­ влетворение потребностей членов семьи в создании бытовых условий и обеспе­ чении своих родных средствами к существованию.

В § 4.4 «Основные тренды трансформации родительских практик»

определено, что в условиях социокультурных рисков основными трендами трансформации родительских практик выступают изменения их содержания в сфере воспитания и образования, а также переход от материнской к двухроди­ тельской модели, реализуемой независимо от брачного состояния матери и отца.

В качестве одного из трендов следует назвать изменение содержания ро­ дительских практик в сфере воспитания, в том числе трудового. В традицион­ ном обществе родители с ранних лет приобщали детей к труду. Это было свя­ зано, во-первых, с важностью передачи им с детского возраста необходимых знаний и навыков хозяйственной жизни; во-вторых, с тем, что дети являлись дополнительной рабочей силой в хозяйстве. По результатам опросов Ф.Б. Бур­ хановой и Р.Р. Мухамадиевой (2012), сегодня надобность в детях как постоян­ ных помощниках по хозяйству во многом отпала. В помощь по дому постоянно вовлечены 60,7 % детей, периодически - 32,4 %, редко - 7 % детей. В среднем трудовые затраты детей составляют примерно 8 часов в неделю, или немногим более часа в день.

Другим трендом родительских практик является нацеленность на образо­ вание ребёнка. Для него характерна ориентация на получение профессиональ­ ного, как правило высшего, образования. При этом данная тенденция не зави­ сит ни от родительских доходов и их уровня образования, ни от места житель­ ства (город-село). Родителей не останавливают и проблемы, связанные с буду­ щим трудоустройством детей, обусловленные противоречиями спроса и пред­ ложения на рынке труда. Сегодня среднее число лет, затраченных от момента поступления в школу до получения профессионального образования, составля­ ет 13,4 года, при этом пик в 13,9 лет приходится на возрастные группы 25-29 лет и 30-34 лет. Это говорит о том, что индивид находился на иждивении своих родителей минимум до 21 года1. Согласно выборочным данным, с 1986 по 2008 г. «затраты времени на воспитание детей возросли до 1,5 часа в день у ра­ ботающих мужчин и до 2,3 часа в день у женщин» (Т.М. Караханова, 2009). Та­ ким образом, родительские практики становятся более трудоёмкими и удлиня­ ются по времени.

В содержание родительских практик включается не столько подготовка ребёнка к новому циклу воспроизводства семьи, сколько формирование лич­ ностного потенциала ребёнка, необходимого для осуществления нормальной жизнедеятельности в современном обществе. Родительские практики удлиня­ ются во времени, теряют авторитарность, демократизируются, в большей мере ориентируются на образование, чем на воспитание, поскольку именно с уров­ нем образования связывается личностный успех ребёнка.

Трансформация родительских практик связана с изменением их состав­ ляющих - отцовства и материнства. Результаты опроса показывают, что роди­ тельские практики в большей мере реализовали и реализуют матери (48,2 %) или оба родителя (29,6 %). Современные родительские практики характеризу­ ются возрастающей ролью отца в воспитательном процессе. Стоит отметить, что представители самого молодого поколения россиян заметно чаще воспиты­ вались обоими супругами с равным участием в воспитательном процессе (30,7 % в возрасте до 18 лет и 22,1 % - старше 55 лет), а также в семьях, где ве­ дущую роль в воспитании играл отец (9,1 % и 4,7 % соответственно). Можно констатировать, что сегодня формируется тренд вовлечения обоих родителей в процесс реализации родительских практик.

Для родительских практик при определении идеальной и требуемой норм, лежащих в основе тезауруса индивидов, установлено, что в идеальных пред­ ставлениях 45,7% респондентов отводят ведущую роль матери, а 38,7 % высту­ пают за эгалитаризм при реализации родительских практик. Тезаурусные пред­ ставления о норме, соответствующей современным реалиям, также показывают нарастание тенденции привлечения к реализации родительских практик обоих родителей - за это высказались 40,4 % респондентов. Наблюдается тенденция вовлечения отца в процесс реализации родительских практик как самостоя­ тельного актора в воспитании ребенка, а также как партнера в двухродитель­ ской модели, создаваемой на консенсуальной основе распределения ролей. В современном обществе материнство и отцовство становятся взаимодополняю­ щими составляющими родительских практик. Можно констатировать переход от материнской к двухродительской модели воспитания, в которой в процесс воспитания, ухода за ребенком и его содержания вовлечены оба родителя. Реа­ лизация данной модели не зависит от брачного состояния матери и отца. Для родительских практик свойственна социализация в рамках полной семьи, но при этом усиливается тенденция роста числа родительских практик, реализуе­ мых в «серийных» и неполных семьях. В данной ситуации каждый из родите­ лей может осуществлять независимую траекторию социализации, которая от­ личается выбором индивидуальных форм воспитания и образования.

В § 4.5. «Близкородственные сети как модальная форма реализации 1 Итоги Комплексного наблюдения условий жизни населения [Электрон, ресурс] (опубликовано 28.04.2012) // Федеральная служба государственной статистики. URL: http://www.gks.ru/iree_doc/new_site/ population/urov/kn-ujn/ko-ujn.html родственных практик» демонстрируется процесс становления модальной формы родственных практик с близкородственными сетями поддержки и взаи­ мопомощи.

Родственные практики воспроизводят дальне- и близкородственные сети поддержки и взаимопомощи. Дальнеродственные сети характеризуются мало­ численностью контактов и ослабленной системой взаимных обязательств су­ пругов и родственников. Воспроизводство отдельных элементов дальнерод­ ственной сети возможно при возникновении неблагоприятных обстоятельств.

В условиях социокультурных рисков затрудняются действия индивида, направленные на поддержку членов семьи, обеспечение устойчивости их жиз­ недеятельности и психологическую защиту. Реализация родственных практик сопровождается изменением топологии родственной сети как совокупности родственников и связей между ними (социальных взаимодействий) по поводу обмена ресурсами. Результатом адаптации системы родства к воздействию со­ циокультурных рисков является переход к близкородственным сетям как мо­ дальной форме родственных практик. Данные сети способствуют сохранению в расширяющемся коммуникационном пространстве статусных позиций членов семьи в обществе и их диспозиций в культуре.

Распространение близкородственных систем как модальной формы практик подтверждается результатами авторского исследования1: 27,2 % ре­ спондентов своей семьёй считают себя и родителей, 25,5 % - себя, супругов и детей и 25,6 %, - себя, супругов, детей и родителей. То есть более половины опрошенных ограничивают семью близкими родственниками.

Близкородственная сеть кластеризуется около женщины-матери из нуклеарной семьи. Для неё характерны традиционные семейно-родственные связи трёх поколений. Близкородственная сеть как модальная форма родственных практик имеет существенное значение для интеграции и стабилизации жизнедеятельности членов семьи. Для близкородственных сетей характерно сохранение интенсивных контактов, высокая частота и значительный объем семейно-родственной помощи. Опрос подтвердил, что тенденция нуклеаризации городских семей приводит к вовлечению в круг родственных отношений (от 5 до 8 лиц), как правило, только кровных прямых родственников (мать/отец, их родители, дети, братья/сестры и в некоторых случаях двоюродные братья/сестры). Наблюдается сокращение числа родственников, в отношении которых реализуются родственные практики.

Содержанием родственных практик являются эмоциональная поддержка и материальные трансферты, что способствует сохранению стабильности обретённого членами семьи статуса в социальной структуре общества и укреплению традиционных ценностей семьи и брака. В основном материальные и нематериальные трансферты осуществляются от родителей к детям.

Сиблинги оказывают тот же спектр поддержки и помощи, но в меньшем объёме. В целом близкие родственники ориентированы на материальную помощь и оказание взаимных услуг, а дальние надёжны и доступны в приобретении знакомств, получении информации, в адаптации к жизненным 1 «Трансформация семейно-брачных отношений в условиях социокультурных рисков» (Курская область, 2013 г., N=560 среди населения в возрасте от 16 до 80 лет).

переменам. Постоянная взаимопомощь и взаимная моральная поддержка являются важными характеристиками родственной сети, способствующими минимизации социокультурных рисков глобализации пространства коммуникаций, виртуализации социальных коммуникаций, нарастания аномии и политической нестабильности.

В заключении диссертации делаются общие выводы по результатам со­ циологической концептуализации трансформации семейно-брачных практик в условиях общества риска, предлагаются направления институционального за­ крепления модального типа семьи, определяются перспективы дальнейшего ис­ следования. Основные результаты работы сформулированы в соответствии с заявленными задачами.

Социологическая концептуализация трансформации семейно-брачных практик в условиях общества риска была осуществлена на основе четырёх вза­ имосвязанных предположений: о реинституционализации семьи как основном процессе трансформации в изменившейся социокультурной реальности; о необходимости понимания семьи как антропосоциокультурной системы; о со­ циокультурных рисках, выступающих основными факторами трансформации семейно-брачных практик; о различиях в уровнях адаптированности семейно­ брачных практик к социокультурным рискам как барьерах реинституционали­ зации семьи. Следовательно, гипотеза диссертационного исследования нашла подтверждение.

На основе разработанной системно-институциональной концепции трансформации семейно-брачных практик предложены следующие направле­ ния процесса институционального закрепления модального типа семьи, отве­ чающего требованиям новых социокультурных условий: 1) формирование кон­ структивных семейно-брачных практик, реализация которых в условиях не­ определенности и риска будет способствовать выполнению институциональной и базовых функций в полном объеме, и 2) снижение рискогенности социокуль­ турного пространства реализации семейно-брачных практик.

Авторская системно-институциональная концепция трансформации се­ мейно-брачных практик в условиях социокультурных рисков ставит исследова­ тельские вопросы о важности социальной безопасности семьи как института, ответственного за воспроизводство общества. Положения авторской концепции могут стать составной частью научных концепций разработки и реализации се­ мейной политики, направленной на реинституционализацию семьи в соответ­ ствии с условиями общества риска.

Статьи в журналах, рекомендованных ВАК РФ

1. Каменева, Т.Н. Социокультурные характеристики неполных материнских семей (на примере Курской области) [Текст] / Т.Н. Каменева // Вопр. культуро­ логии. - 2007. - №12. - С. 70-72 (0,4 п.л.).

2. Каменева, Т.Н. Значение семейных ценностей в процессе социокультур­ ной модернизации российского социума [Текст] / Т.Н. Каменева, Н.А. Некрасова // Вопр. культурологии. - 2011. - №8. - С. 4-7 (0,3 п.л.).

3. Каменева, Т.Н. Социокультурные проблемы брачного выбора молодых людей в условиях процесса модернизации российского региона) [Текст] / Т.Н. Каменева, Н.А. Некрасова // Учёные записки Российского гос. социального ун-та. - 2011 - №6. - С. 56-60 (0,3 п.л.).

4. Каменева, Т.Н. От религиозно-философских представлений к массово­ культурным идеологемам семьи [Текст] / Т.Н. Каменева, В.В. Зотов // Теория и практика общественного развития. - 2011. - №5. - С. 24-27 (0,25 п.л.).

5. Каменева, Т.Н. Семья как субъект гражданской экспертизы (региональный аспект) [Текст] / Т.Н. Каменева, Г.Е. Корявко // Известия Юго-Западного гос.

ун-та. - 2012. - №2 (41). - С. 101-106 (0,3 п.л.).

6. Каменева, Т.Н. Современный образ семьи в масс-медиа: к обоснованию кон­ цепта идеологема семьи [Текст] / Т.Н. Каменева, В.В. Зотов, А.И. Левин // Учёные записки Российского гос. социального ун-та. - 2012. - №2 (102). - С. 198— 200 (0,3 п.л.).

7. Каменева, Т.Н. Механизмы управления развитием приграничных террито­ рий в условиях трансформации социальной среды [Текст] / Т.Н. Каменева, В.В. Зотов // Науч. ведомости Белгородского гос. ун-та: Философия. Социоло­ гия. Право: Науч. рецензируемый жури. - 2012. - № 14 (133). - Вып. 21. - С.

70-75 (0,4 и.л.).

8. Каменева, Т.Н. Юридические аспекты тезарусного управления моделью семьи [Текст] / Т.Н. Каменева, А.И. Левин, Л.В. Левина // Известия ЮгоЗападного гос. университета. - 2012. - № 5 (44). Ч. 1. - С. 73-76 (0,3 п.л.).

9. Каменева, Т.Н. Воспроизводство базового типа семьи в современном об­ ществе [Текст] / Т.Н. Каменева, Л.В. Левина, Е.М. Орлова // Известия ЮгоЗападного гос. ун-та. - 2012. - № 6 (45). Ч. 1. - С. 156-161 (0,3 п.л.).

10. Каменева, Т.Н. Имитационные и конструктивные практики в семейной политике [Текст] / Т.Н. Каменева, М.Н. Реутова, В.А. Калугин // Науч. ведомо­ сти Белгородского гос. ун-та: Философия. Социология. Право: Науч. рецензи­ руемый жури. -2 0 1 3. - № 22 (145). - Вып. 23. - С. 81-87 (0,3 п.л.).

11. Каменева, Т.Н. Socially active behavior o f young people as a risk factor of family and marital relations in a provincial region (through the example of Kursk and the Kursk region) [Электрон, ресурс] / Т.Н. Каменева // Современные исследова­ ния социальных проблем. - 2013. - №7 (27). - URL: http://journals.org/index.php/sisp/article/view/7201335/pdf_350 (0,6 п.л.).

12. Каменева, Т.Н. Социокультурные риски семейно-брачных отношений в условиях глобализации пространства жизнедеятельности человека [Электрон, ресурс] / Т.Н. Каменева, В.В. Зотов, Е.А. Когай // Учёные записки. Электрон­ ный научный журнал Курского гос. ун-та. - 2013. - №4 (28). - URL:

http://www.scientific-notes.ru/pdf/033-038.pdf (0,5 п.л.).

13. Каменева, Т.Н. К проблеме культивирования образа семьи в условиях глобализации средств массовой коммуникации [Текст] / Т.Н. Каменева, В.В. Зотов // Учёные записки Российского гос. социального ун-та. - 2013. - №3 (116).- С. 20-23 (0,4 и.л.).

14. Каменева, Т.Н. Социокультурные риски семейно-брачных отношений региона в контексте социальной политики региона [Текст] / Т.Н. Каменева // Вопросы культурологии. - 2013. - № 10. - С. 30-33 (0,4 п.л.).

15. Каменева, Т.Н. Габитуализация и стереотипизация семейных отношений в современной информационно-коммуникационной среде [Текст] / В.В. Зотов, Т.Н. Каменева, Е.М. Орлова // Вопр. культурологии. - 2013. - № 4. - С. 67-72 (0,4 п.л.).

16. Каменева, Т.Н. Влияние мобильности на матримониальное поведение [Текст] / Т.Н. Каменева, В.В. Зотов // В мире научных открытий. - 2013. С. 61-67 (0,4 п.л.).

17. Каменева, Т.Н. Расширение коммуникативного пространства человека как риск семейно-брачных отношений [Электрон, ресурс] / Т.Н. Каменева, В.В. Зотов // Современные исследования социальных проблем (электрон, науч.

журн.). - 2014. - № 1 (33). - URL: http://joumals.org/index.php/sisp/article/view/1201413/pdf_529 (0,8 п.л.).

18. Каменева, Т.Н. Специфика занятости населения постиндустриального общества как риск семейно-брачных отношений [Текст] / Т.Н. Каменева // Среднерусский вестник общественных наук. - 2014. - №6. - С.6-10 (0,6 п.л.).

Авторские монографии

19. Каменева, Т.Н. Системная теория семьи: институция и практики [Текст] / Т.Н. Каменева. - Курск: Изд-во КГМУ, 2015. - 263 с. (16,5 п.л.).

Коллективные монографии

20. Каменева, Т.Н. Актуальные проблемы развития современной России:

прикладные исследования: коллективная монография [Текст] / А.П. Абрамов, А.И. Алексеенко, Т.Н. Каменева и др.; под ред. Е.Г. Каменского. - Курск: ООО «Учитель», 2008. - 552 с. (3 п.л.).

21. Каменева, Т.Н. Дифференциация жизненных затруднений уязвимых сло­ ев населения: эмпирический анализ субъективности [Текст] / Т.Н. Каменева,

Н.С. Степашов, Т.В. Бердникова, А.П. Кузьмин, Т.А. Костромина. - Курск:

Изд-во Курского гос. мед. ун-та, 2009. - 257 с. (2 п.л.).

22. Каменева, Т.Н. Семейно-брачные практики в обществе риска: монография [Текст] / В.В. Зотов, Т.Н. Каменева, Е.А. Когай. - Курск: Курск, гос. ун-т, 2015. с. (4 п.л.) Публикации в научных журналах и сборниках

23. Каменева, Т.Н. Сущность и специфика альтернативных форм семейной жизни [Текст] / Т.Н. Каменева // Национальная идея в контексте модернизации российского общества: материалы междунар. науч.-теоретич. интернет-конф.

(ноябрь-декабрь 2004 г.) - Орел: ОрелГТУ, 2005. - С.88-89 (0,2 п.л.).

24. Каменева, Т.Н. Специфика современных подходов к изучению семьи как социальной группы [Текст] / Т.Н. Каменева // Социальная политика государства и возможности ее реализации в условиях региона: сб. ст. II Всерос. научно-практич.

конф. - г. Пенза, Приволжский Дом Знаний (ПДЗ), 2005. - С. 89-91 (0,2 п.л.).

25. Каменева, Т.Н. Индикаторы трансформации семьи и брака в современном обществе [Текст] / Т.Н. Каменева // Проблема свободы личности и общества в со­ циально-гуманитарном дискурсе: материалы всеросс. научн. конф. (Курск, 16-17 мая 2006 г.). - Курск: Курск, гос. ун-т, 2006. - С. 187-192 (0,2 п.л.).

26. Каменева, Т.Н. Проблемы интерпретации материнства в социологических, философских и психологических концепциях [Текст] / Т.Н. Каменева // Вести, ис­ тории и философии Курского гос. ун-та. - 2008. - № 1. - С. 241-253 (0,6 п.л.).

27. Каменева, Т.Н. Эволюция форм семьи и брака на современном этапе: со­ циокультурный аспект [Текст] / Т.Н. Каменева // Материалы докладов XV Междунар. конф. студентов, аспирантов и молодых ученых «Ломоносов» / отв.

ред. И.А. Алешковский, П.Н. Костылев. - М.: Изд-во МГУ; СП МЫСЛЬ, 2008.

- С. 31-32 (0,2 п.л.).

28. Каменева, Т.Н. Гендерные проблемы и материнство в современной семье [Текст] / Т.Н. Каменева // Актуальные проблемы современной гендерологии.

Вып. 3. Материалы 53 ежегодной научно-методич. конф. преподавателей и сту­ дентов «Университетская наука-региону», (16 апреля 2008 г.). - МоскваСтаврополь: Изд-во СГУ, 2008. - С. 144-146 (0,3 п.л.).

29. Каменева, Т.Н. Жизненные затруднения современной семьи в период экономического кризиса [Текст] / Т.Н. Каменева // Настоящее и будущее регио­ нов Центральной России: материалы Всерос. науч. конф. Курск, 21-22 мая 2009 г. / гл. ред. Е.А. Когай. - Курск: Курск, гос. ун-т, 2009. - С. 26-30 (0,3 п.л.).

30. Каменева, Т.Н. Социальный смысл материнства в современном обществе [Текст] / Т.Н. Каменева // Актуальные проблемы современной гендерологии.

Вып. 4. Материалы 54 ежегодной научно-методич. конф. преподавателей и сту­ дентов «Университетская наука - региону», (16 апреля 2009 г.). - МоскваСтаврополь: Изд-во СГУ, 2009. - С. 194-196 (0,3 п.л.).

31. Каменева, Т.Н. Социокультурный портрет современной семьи (на приме­ ре г.Курска) [Текст] / Т.Н. Каменева // Эволюция общественных отношений в процессе российской модернизации социетальный и региональный аспекты: сб.

ст. III Междунар. научно-практич. конф. - Пенза: Приволжский Дом знаний, 2010.- С. 49-52 (0,3 п.л.).

32. Каменева, Т.Н. Творческий потенциал личности в современной семье [Текст] / Т.Н. Каменева // Личность и творчество в современном мире: науч.

альманах. 2009-2010 / под ред. П.Ф. Кравчук, Ю.М. Резник; Юго-Зап. гос. ун-т.

Вып. 1-2. - М. - Курск, 2011. - С. 215-218 (0,3 п.л.).

33. Каменева, Т.Н. Философское конституирование и рефлексия идеологемы семьи техногенного общества в эпоху промышленных революций [Текст] / Т.Н. Каменева, В.В. Зотов // Перспективы развития современной науки: материа­ лы XII Междунар. научно-практич. конф. по философским, филологическим, юридическим, педагогическим, экономическим, психологическим, социологиче­ ским и политическим наукам. - Горловка, 2011. - С. 40-48 (0,3 п.л.).

34. Каменева, Т.Н. Роль семьи в формировании правосознания / Т.Н. Каменева [Текст] // Ценности и нормы правовой культуры: сб. науч. стат. Междунар. круг­ лого стола, посвящённого дню рождения И.А. Ильина, русского философа и юриста. - Курск, 2011. - С.77-82 (0,4 п.л.).

35. Каменева, Т.Н. Структура ценностей современной православной семьи [Текст] / Т.Н. Каменева // История и перспективы церковно-общественного соработничества в России: материалы VII научно-образовательных Знаменских чтений. - Курск: Курск, гос. ун-т, 2011. - С. 19-22 (0,4 п.л.).



Pages:   || 2 |
Похожие работы:

«Поправко Василий Николаевич ИНТЕРНЕТ-СООБЩЕСТВА: СПЕЦИФИКА И РОЛЬ В ФОРМИРОВАНИИ СОЦИАЛЬНОГО ПРОСТРАНСТВА 09.00.11 – социальная философия Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата философских наук Томск 2011 Работа выполнена на кафедре онтологии, теории познания и социальной философии Фед...»

«ИДРИСОВА ЛИЛИЯ АБРАРОВНА ВОКАЛЬНОЕ ТВОРЧЕСТВО БАШКИРСКИХ КОМПОЗИТОРОВ 1920–1940-х ГОДОВ В КОНТЕКСТЕ СТАНОВЛЕНИЯ ПРОФЕССИОНАЛИЗМА АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание учёной степени кандидата искусствоведения Специальность 17.00.02 – музыкальное искусство Магнитогорск – 2014 Работа выполне...»

«Воробьева Алевтина Геннадиевна Социальный контроль как фактор повышения эффективности деятельности полиции (на примере Московской области) Специальность 22.00.08 – социология управления Авт...»

«Макогон Татьяна Ивановна МЕСТНЫЕ (МУНИЦИПАЛЬНЫЕ) СООБЩЕСТВА В СОЦИАЛЬНО-ФИЛОСОФСКОМ ДИСКУРСЕ О СИСТЕМЕ МЕСТНОГО САМОУПРАВЛЕНИЯ В СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ 09.00.11 социальная философия Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата философских наук Томск – 2009 Работа...»

«Гордеева Светлана Сергеевна Формирование установок на потребление алкоголя у подростков: социологический анализ Специальность 22.00.04 – социальная структура, социальные институты и процессы Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата социолог...»

«БАТАЙКИНА Светлана Валерьевна ИМИДЖ ГОСУДАРСТВЕННОЙ СЛУЖБЫ КАК СОЦИАЛЬНЫЙ КОНСТРУКТ Специальность 22.00.08 – социология управления АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата социологических наук Казань – 2009 Диссертация выполнена на кафедре государственного, муни...»

«Ахмеденов Кажмурат Максутович ГЕОГРАФИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ЗЕМЛЕУСТРОЙСТВА ЗАПАДНО-КАЗАХСТАНСКОЙ ОБЛАСТИ (В ПРЕДЕЛАХ ВОЛГО-УРАЛЬСКОГО МЕЖДУРЕЧЬЯ) Специальность: 25.00.26 – землеустройство, кадастр и мониторинг земель Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата географическ...»

«КАЙТАМБА Майя Джемаловна ИЗМЕНЕНИЕ РАСТИТЕЛЬНОСТИ ВОСТОЧНОГО ПРИЧЕРНОМОРЬЯ В ПОЗДНЕМ НЕОПЛЕЙСТОЦЕНЕ И ГОЛОЦЕНЕ Специальность 25.00.25 – геоморфология и эволюционная география Автореферат диссертации на соискании ученой степени...»

«ПОТАПОВ ВЯЧЕСЛАВ АЛЕКСЕЕВИЧ МЕЖДУНАРОДНЫЕ НЕПРАВИТЕЛЬСТВЕННЫЕ ОРГАНИЗАЦИИ РЕЛИГИОЗНОЙ НАПРАВЛЕННОСТИ В СОВРЕМЕННОЙ МИРОВОЙ ПОЛИТИКЕ Специальность 23.00.04 – Политические проблемы международных отношений, глобального и регионального развития Автореферат диссертации на соискание учёной степени к...»

«Устинова Наталья Вячеславовна ПОЛИТИЧЕСКАЯ РЕПУТАЦИЯ: СУЩНОСТЬ, ОСОБЕННОСТИ, ТЕХНОЛОГИИ ФОРМИРОВАНИЯ Специальность 23.00.02 – Политические институты, этнополитическая конфликтология, национальные и политические процессы и технологии АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата полит...»

«КАЛАЧЕВА Ольга Валерьевна ФОРМИРОВАНИЕ ИНДИВИДУАЛЬНОЙ И КОЛЛЕКТИВНОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ В КОНТЕКСТЕ НЕОФИЦИАЛЬНОГО ПРАЗДНИКА ( на пр им ере пра з дно ва ни я Д ня ро ждения в Ро с сии советс кого и по с тсо ветс к ого п ер и о до в) Специальность 22.00.04 – Социальная структура, социальные институты и процессы АВТОРЕ...»

«РОГОЗИНА Эльвира Расилевна САМООПРЕДЕЛЕНИЕ СМЫСЛА ТЕКСТА СОЦИАЛЬНОЙ КОММУНИКАЦИИ 09.00.11. – социальная философия Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата философских наук Ижевск 2005 Диссертационная работа выполнена в Государственном образовательном учреждении высшего профессионального образования "Удмуртский государственн...»

«Маслов Евгений Сергеевич ОЖИДАНИЕ ОСУЩЕСТВЛЕНИЯ СОЦИАЛЬНОГО ИДЕАЛА КАК ФЕНОМЕН МАССОВОГО СОЗНАНИЯ Специальность 09.00.11. социальная философия Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата философских наук Казань 2003 Диссертация выполнена на кафедре философии Казанского государств...»

«Борисова Наталья Константиновна АКТУАЛИЗАЦИЯ АССОРТИМЕНТА И ПРИНЦИПЫ РАЗМЕЩЕНИЯ МНОГОЛЕТНИХ ТРАВЯНИСТЫХ РАСТЕНИЙ В ЦВЕТНИКАХ АВТОРЕФЕРАТ Магистерской диссертации на соискание степени магистра по направлению 35.04.09 Ландшафтная архитектура Москва – 2...»

«ШУТАЛЕВА Анна Владимировна ПРОБЛЕМА ВИДЕНИЯ В КОНТЕКСТЕ КОНСТИТУТИВНОЙ ОНТОЛОГИИ СОЗНАНИЯ Специальность – 09.00.01Онтология и теория познания АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата философских наук Екатеринбург-20...»

«ШАЛАГИНОВА НАТАЛЬЯ АЛЕКСЕЕВНА СОЦИАЛЬНАЯ МАРГИНАЛЬНОСТЬ: ХАРАКТЕРОЛОГИЧЕСКИЕ СВОЙСТВА И ТИПОЛОГИЧЕСКИЕ ПРИЗНАКИ 09.00.11 – социальная философия АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата философских наук Ростов на – Дону 2012 Работа выполнена в Институте по переподготовке и повышению квал...»

«Оболкина Светлана Викторовна Онтологическая грамматика холизма как философская проблема Специальность 09.00.01. – "Онтология и теория познания" Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата философских наук Екатеринбург – 2005 Работа в...»

«ЯНДАРАЕВА Инна Сергеевна КОНСТРУИРОВАНИЕ ВООБРАЖАЕМЫХ СООБЩЕСТВ В СТРУКТУРАХ СОЦИАЛЬНОЙ ПАМЯТИ 09.00.11 – социальная философия Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата философских наук Ижевск – 201...»

«ХИСМАТУЛЛИНА ЗУЛЬФИЯ НАЗИПОВНА ОРГАНИЗАЦИОННЫЙ КОНФЛИКТ КАК СОЦИАЛЬНЫЙ ПРОЦЕСС СОВРЕМЕННОГО ОБЩЕСТВА (ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ) 22.00.04 – социальная структура, социальные институты и процессы АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание учено...»

«ПЕСКОВ ВАДИМ ЮРЬЕВИЧ МЕЖПАРЛАМЕНТСКОЕ СОТРУДНИЧЕСТВО КАК ФОРМА ПРЕДСТАВЛЕНИЯ НАЦИОНАЛЬНЫХ ИНТЕРЕСОВ Специальность 23.00.04 – Политические проблемы международных отношений, глобального и регионального развития (политические науки) Автореферат диссертации на соискание...»

«Царва Елена Юрьевна Особенности миграционной политики Италии на современном этапе Специальность: 23.00.04 – Политические проблемы международных отношений, глобального и регионального развития АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата политических наук Москва – 2015 Работа выполнена на кафедре мировых политических процессов Федер...»

«ТАТАРОВСКАЯ Ирина Геннадьевна МИФОЛОГИЯ НАРОДОВ ТРОПИЧЕСКОЙ И ЮЖНОЙ АФРИКИ. ЭПИСТЕМОЛОГИЯ И КАРТИНА МИРА 09.00.01Онтология и теория познания Автореферат диссертации на соискание ученой степени доктора философских наук Москва 2014 Работа выполнена на кафедре философии НАЧОУ ВПО Современная гуманитарная академия Научный консультант: Шинг...»

«ВЫГОДСКАЯ Анна Владимировна НАСИЛИЕ В СЕМЬЕ: ГЕНДЕРНЫЙ АСПЕКТ Специальность 22.00.04 Социальная структура, социальные институты и процессы АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата социологических наук Екатеринбург Работа выполнена на кафедре социальной работы ГОУ ВПО "Уральски...»

«Гладышев Дмитрий Евгеньевич Герменевтика понимания Другого и современное социальное знание Специальность 09.00.11 – социальная философия АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата философских наук Москва 2013 Работа выполнена на кафедре социальной философии факультета гуманитарных и социальных наук Федерального государственного бюджетного образо...»








 
2017 www.doc.knigi-x.ru - «Бесплатная электронная библиотека - различные документы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.