WWW.DOC.KNIGI-X.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Различные документы
 

«Проблема объективности научного знания в развитии познавательной деятельности ...»

A-PDF OFFICE TO PDF DEMO: Purchase from www.A-PDF.com to remove the watermark

На правах рукописи

Лященко Максим Николаевич

Проблема объективности научного знания

в развитии познавательной деятельности

09.00.01 — онтология и теория познания по философским наук

ам

Автореферат диссертации на соискание ученой степени

кандидата философских наук

Саратов — 2011

Работа выполнена в ГОУ ВПО «Оренбургский государственный

университет»

доктор философских наук Хаджаров Магомед

Научный руководитель Хандулаевич

Официальные оппоненты:

доктор философских наук, профессор Мартынович Сергей Федорович, Саратовский государственный университет имени Н.Г.Чернышевского доктор философских наук, доцент Лосева Ольга Анатольевна, Саратовский государственный технический университет ГОУ ВПО «Оренбургский государственный

Ведущая организация аграрный университет»

Защита состоится 31 марта 2011 года в 16.00 часов на заседании диссертационного совета Д 212.243.09 по защите докторских и кандидатских диссертаций при Саратовском государственном университете имени Н.Г. Чернышевского по адресу: 410012, г. Саратов, ул. Астраханская, 83, XII корпус, ауд. 203.

С диссертацией можно ознакомиться в Зональной научной библиотеке Саратовского государственного университета имени Н.Г. Чернышевского.



Автореферат разослан «___» _______ 2011 г.

Ученый секретарь диссертационного совета Листвина Е. В.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. Возможно ли познание реального мира через конструирование идеальной модели мира, способен ли наш разум получить достоверное и объективное знание о вещах внешнего мира и постичь истину? Эти вопросы во все исторические времена были актуальными для философии и науки. Они с первых же дней своего становления и развития пытались определить и выработать критерии и нормы объективного знания. Новоевропейское научное мышление привнесло глубокое революционное изменение в систему фундамента познавательной деятельности, проводя демаркацию между собственно научным и донаучным знанием. Это послужило толчком для основательной рефлексии над научными понятиями, выявляя их соответствие зарождающимся совершенно новым представлениям об окружающем мире, что необходимо привело в свою очередь к постановке вопроса о природе и сущности научного знания.

Подобные кардинальные шаги в интеллектуальной деятельности на века определили статус научного познания как специализированной формы деятельности по производству достоверного и объективного знания. Возник целый комплекс теоретико-методологических проблем, связанных с определением онтологических, гносеологических и методологических аспектов научного познания и знания. В этом ряду проблем центральной выступает проблема объективности научного знания. Представления о статусе научной истины, об объективности научного знания, беспокоящие сознание ученых, оказываются более изменчивыми, чем образ самой науки.

История развития научного знания демонстрирует нам тот факт, что эти представления подвержены частым изменениям под влиянием внутринаучных и внешних, социокультурных, факторов. И современные представления об объективности научного знания также находятся под влиянием новых, синергетических идей, обуславливающих возникновение иных взглядов на проблему объективности научной истины, научного знания.

Непрерывные эволюционные процессы науки вызывают необходимость периодического осмысления логико-гносеологических, методологических и лингвистических структур, определяющих природу научного познания и знания. Научное знание является важнейшим компонентом, синтезирующим эти структуры. При этом непременно возникает вопрос о статусе этого знания, затрагивающий в первую очередь проблему его объективности.

Ответ на этот вопрос предполагает не только определение критериев объективности выводов современной науки об изучаемых явлениях, но и историко-философскую реконструкцию развития научного познания и знания; исследование проблемы объективности в науке в контексте определения статуса научного знания; переосмысление теоретического и практического наследия ученых под углом зрения формирования представлений об объективности результатов научных исследований и выявления причин трансформации этих представлений в исторической динамике научного знания. Необходимость осуществления этих исследовательских шагов объясняется тем, что и на современном этапе развития научного знания не прекращаются споры в различных отраслях знания о статусе научной истины. Особенно это касается тех областей знания, в частности, физики, астрономии, астробиологии и других, в рамках которых нередко занимаются разработкой умозрительных теорий, проверка которых крайне затруднена в силу скудности эмпирической базы.

Вышесказанное дает нам основание говорить об актуальности исследования проблемы объективности научного знания, необходимость анализа и осмысления ее различных аспектов.

Исследование темы будет осуществлено с опорой на концепцию классического, неклассического и постнеклассического типов познания и знания.

Степень научной разработанности проблемы Проблема объективности научного знания имеет очень древние корни в истории философской мысли. Во все времена вопрос сводился не только к познанию этого мира, но и обоснованию достоверности результатов познания. Вопрос об объективности знания не только не снимался с повестки дня, а, наоборот, все больше и больше обретал ярко выраженный проблемный характер. Особенно ясное осознание этой проблемы и ее научной значимости происходит в период демаркации философии и науки, становления науки на самостоятельный путь развития как системы обоснованных и объективных истин. Понимая, что основной целью научного познания является «производство» объективных, достоверных и доказуемых знаний, многие ученые этого и последующих периодов, безусловно, были озабочены проблемой объективности научных представлений о мире. Это настроение нашло отражение в работах классиков и современников философской и естественнонаучной мысли (Г.Галилей, Ф.Бэкон, Т.Гоббс, Дж. Локк, Б.Паскаль, Н.Мальбранш, И.Ньютон, Р.Декарт, Г.Лейбниц, Б.Спиноза, Дж.Беркли, Д.Юм, И.Кант, Г.Фихте, И.В.Гете, Г.Гегель, О.Конт, Дж.Ст.Миль, Г.Спенсер, К.Маркс, Ф.Энгельс, Н.Бор, М.Борн, А.Эйнштейн, М.Планк, Дж.Бернал, Гейзенберг, К.Поппер, И.

Лакатос, А.Койре, Т.Кун, Л.Лаудан, Ст.Тулмин, П.Фейерабенд, М.Фуко, Дж.Холтон, Н.С.Автономова, П.П.Гайденко, Л.М.Косарева, Б.Г.Кузнецов, А.Н.Крылов, С.Б.Крымский, В.А. Лекторский, Е.А.Мамчур, М.К.Мамардашвили, С.Ф. Мартынович, С.П. Позднева, В.С.Степин, В.И.Снесар, В. Б. Устьянцев, В.С.Швырев, А.П.Огурцов, В.Н. Порус, Ю.В.

Сачков и многих других).

Первые попытки проблематизации научного знания в аспекте демаркации научной и вненаучной, схоластической истины мы находим в трудах Г. Галилея, Ф.Бэкона, Т. Гоббса, Дж. Локка, Б.Паскаля, Н.Мальбранша, которые пытались с эмпирико-логической позиции определить свойства достоверного и объективного научного знания.

Аналогические попытки, но уже с теоретических позиций были предприняты Р.Декартом, Г. Лейбницем и Б. Спинозой, для которых научная истина стала символом развития логико-теоретических способностей разума. И.Кантом и Г. Фихте были предприняты усилия по обоснованию зависимости природы научного знания от внутреннего опыта научного разума. Неоценимый вклад в развитие фундаментальных научных знаний о микро, макро и мегамире и определение их статуса внесли выдающиеся физики-теоретики Н.Бор, М.Борн, А.Эйнштейн, М.Планк, Дж.Бернал, В.Гейзенберг и другие.

Значительный рост интереса к проблеме объективности, отождествляемой с научностью, наблюдается в связи с активизацией исследовательской деятельности логического позитивизма, для которого важнейшим стало различение научного и ненаучного знания (Г. Рейхенбах, М.Шлик, О.Нейрат, Э.Нагель, А.Айер, Р. Карнап, Л.Витгенштейн).

Существенный вклад в исследование феноменологической природы объективного знания вносит Э.Гуссерль.

Выявлению закономерностей развития познавательной деятельности ученых и развитию научного знания, определению их фундаментальных аспектов посвящены труды К.Поппера, И.Лакатоса, А.Койре, Т.Куна, Л.





Лаудана, Ст.Тулмина, П.Фейерабенда, М. Фуко, Дж.Холтона.

Под разными углами зрения проблема объективности научного знания разрабатывалась и в отечественной философско-методологической литературе. В работах В.С. Степина тема объективности осмысливается в связи с анализом специфики построения естественнонаучной теории и конструирования методов получения научного знания, взаимосвязи опыта и научной картины мира, теории и научной картины мира. А.А. Печенкин уделяет внимание изучению объективных оснований познания с точки зрения развития классических рационалистических концепций Р. Декарта, Г.

Лейбница и других. Весомый вклад в истолкование сложных физикоматематических положений механической картины мира и популяризации основного труда И. Ньютона внес академик А. Н. Крылов. Рассмотрению научного знания в аспекте их приращения новыми идеями и знаниями посвящены работы Б. Г. Кузнецова, в которых анализируются идеи Г.

Галилея и И.Ньютона как основоположников классического новоевропейского образа научного мышления, оказавших определенное влияние на формирование объективного научного знания.

Весомый вклад в исследование объективности научного знания внесли Я.Ф. Аскин, В.С. Гот, Ф.М. Землянский, Б.Г. Парахонский, С.П. Позднева, В.П. Семенюк, В.И. Снесар, А.Д. Урсул, В.Б. Устьянцев, О.А. Лосева подходят к проблеме объективности научного знания под углом зрения исследования роли и значения научных понятий, категорий и принципов в познавательной деятельности и формировании знания.

В исследованиях С.Ф. Мартыновича исследуется проблема формирования фактов науки и их объективность. Объективность фактов науки осмысливается через анализ их практической, категориальной и языковой детерминации, что служит основанием для опосредованного рассмотрения объективности теоретического знания в частности и научного знания в целом.

В работах С.П. Поздневой проблема развития научного познания и знания рассматривается в аспекте развития категориально-понятийного аппарата науки, которые составляют основание для формирования объективного научного знания. Объективность категориально-понятийного аппарата науки обусловлена объективностью познавательного опыта, отражением которого они выступают.

Проблема объективности научного знания рассматривается и в связи с исследованиями темы рациональности научного познания и знания в контексте анализа классической и неклассической гносеологии в работах Н.С. Автономовой, М.К. Мамардашвили, В.С. Швырева. Соотнесенность объективных и рациональных сторон научного познания и знания рассмотрены в работах М. Х. Хаджарова, исследовавшего на метанаучном уровне онто-гносеологические, логико-методологические и аксиологические механизмы формирования научного знания, и В. Ф. Кузьмина, который акцентировал внимание на теоретико-познавательных аспектах данной проблемы.

Значительное внимание уделено проблемам изучения природы научных революций в контексте изменения представлений о природе научной истины.

Исследование этой проблемы осуществляется на богатом историко-научном и культурном материале, прослеживая попутно генезис новаторских идей, определяющих в развитии науки общие ориентиры познания мира. Эти особенности, связанные с попытками системного анализа научной революции в контексте критической переоценки наличных знаний, находим у П. С. Дышлевого, М. Э. Омельяновского, В. С. Степина, Э. М. Чудинова. Проблема объективности в них подразумевается, но не высвечивается, т. е. не является главной целью исследования.

Анализу различных проблемных аспектов неклассической науки посвящена работа И. С. Алексеева, в которой принципы дополнительности и соответствия Н. Бора истолковываются под углом зрения расширительного понимания понятия объективности в развитии научного познания и знания. А в исследованиях И.В. Кузнецова показана познавательная роль принципа соответствия, также имеющего отношение к формированию представлений об объективности научной истины в неклассической науке. Исходя из диалектико-материалистической позиции, М. Э. Омельяновский приходит к мнению, что квантовая теория переполнена идеализмом и субъективизмом, оторванным от реального хода вещей. Автор рассматривает объективность и субъективность как противоположные и не взаимосвязанные стороны познавательного процесса. Особенно это касается идейного наследия В.

Гейзенберга, а также других идей неклассической теории познания. В работах П. С. Дышлевого анализируются основные принципы неклассического мышления, которые оказывали влияние на понимание природы научного знания. Аналогичное положение разбора проблемы, можно обнаружить в работах Д. П. Грибанова, Б. Г. Кузнецова и др., посвященных биографиям отдельных ученых и эволюции их взглядов.

Проблема объективности знания в этих работах затрагивается частично в аспекте идейно-мировоззренческих установок того или иного ученого.

Что касается нового научного предметного направления – синергетики, то она только получает свое концептуальное оформление и качественную разработку в аспекте выявления проблемных полей. В русле разработки идей синергетики и решения проблем, касающихся самоорганизующихся и саморазвивающихся системных объектов, можно выделить работы И.

Пригожина, Г. Хакена, И. Стенгерс, В. Г. Буданова, Е. Н. Князевой, С. П.

Курдюмова, В. С. Степина. В их работах большое внимание уделяется раскрытию гносеологических возможностей, методологических принципов и онтологической составляющей синергетической парадигмы, ее общей программной установки, требующей рассматривать случайность как важнейший фактор процессов развития, раскрыть роль хаоса в мировых процессах. В.В. Афанасьева систематизирует постнеклассические представления о развитии, выясняет постнеклассические отношения некоторых общенаучных и философских категорий в аспекте уточнения их онтологического и гносеологического смыслов.

Для исследователей, работающих в рамках синергетической проблематики, характерным является то, что они отмечают роль субъекта деятельности в нелинейных процессах, который выступает соучастником бытия. В их работах ставится вопрос о возможностях человеческого интеллекта, месте человека в самоорганизующихся системах; отмечается факт несоизмеримости представлений об объективности знания классической науки и синергетики, не актуализируя при этом саму проблему объективности научного знания.

Обзор работ по теме настоящей диссертации позволяют утвердиться в мысли о необходимости исследования проблемы объективности научного знания и разработки ее концепции с учетом эволюции содержательных канонов гносеологии, что позволить обогатить науку новым содержанием.

Объектом данного исследования является объективность как онтологическое основание науки.

Предметом исследования выступает объективность научного знания в развитии познавательной деятельности и научной истины.

Цель диссертационной работы состоит в исследовании проблемы генезиса и трансформации представлений об объективности научного знания и выявлении их онтологических, гносеологических и методологических детерминантов в развитии и совершенствовании исследовательской деятельности.

Для достижения поставленной цели в работе ставится следующие задачи:

1) рассмотреть генезис идеи объективности научного знания;

2) показать роль и значение философских течений – научного оптимизма и гносеологического скептицизма – в определении и решении проблемы объективности научного знания;

3) выявить онтологические и гносеологические основания объективного знания в классической гносеологии;

4) определить роль методологических принципов неклассической гносеологии в переосмыслении и понимании природы объективного научного знания;

5) раскрыть сущность инновационных положений нелинейного мышления в свете реинтерпретации идеи объективного научного знания.

Теоретико-методологическую основу диссертационного исследования составили концептуальные разработки отечественных и зарубежных ученых по общей методологии научного познания, философии и истории науки. Широко использовались научно-методологические идеи классиков философии и естествознания, современных авторов в области эпистемологии. Решение поставленных задач осуществляется также на основе использования таких философско-методологических подходов к анализу научного познания и знания, как исторический и логикоконцептуальный; плодотворно использовался компаративистский анализ, предметом которого выступали различные, порой альтернативные, точки зрения относительно понимания природы научного знания. В соответствии с этим решение поставленных задач осуществляется с привлечением к анализу большого количества философского и естественнонаучного материала.

Большое значение в решении ряда теоретико-методологических вопросов исследуемой проблемы отводится системно-аналитическому методу, позволяющему в тесном единстве с естественнонаучной методологией выявить специфику конкретных познавательных практик и форм научного знания, которые в совокупности формируют представления об объективном характере научной истины.

Плодотворными теоретико-методологическими инструментами в решении исследовательских задач послужили принципы объективности, всесторонности, целостности, историзма, относительности, соответствия, дополнительности, которые позволили обнаружить причинно-следственные основания формирования представлений об объективности научного знания и их трансформации в последующем развитии научно-исследовательской деятельности.

Анализ трансформации представлений об объективности научной истины в условиях вовлечения в научное изучение сложноорганизованных и сложноразвивающихся систем был реализован с использованием теории диссипативных процессов И. Пригожина, концепции синергетики Г. Хакена, а также постнеклассических идей, получивших отражение в работах Е. Н.

Князевой, Б. Г. Кузнецова, С. П.Курдюмова, А. А.Печенкина, В. С.Степина, В.В.Афанасьевой и других, которые позволили составить онтологическую и гносеологическую характеристику природы научного знания в свете гносеологической активности нелинейного мышления.

Научная новизна диссертации заключается в том, что в ней осуществлено исследование и выявление онтологических, гносеологических и методологических детерминантов генезиса и развития идеи объективности научного знания в условиях непрерывной динамики и совершенствования исследовательской деятельности ученых.

В ходе диссертационного исследования удалось получить следующие результаты, претендующие на научную новизну:

1) выявлены онтологические основания генезиса идеи объективного знания;

2) выявлены корни идейного разногласия между двумя конкурирующими философскими течениями, научным оптимизмом и гносеологическим скептицизмом, в аспекте разрешения проблемы объективности научного знания;

3) определены онтологические и гносеологические основания, на базе которых строились концептуальные представления об объективном характере научного знания в классический период;

4) обосновано, что неклассическая гносеология переносит акцент от онтологического аспекта объективности знания на его социокультурногносеологический аспект, который актуализирует концептуальные условия понимания научного знания и выражения его объективности в логико-понятийном виде;

5) показана регулятивно-методологическая роль принципа дополнительности, благодаря которому критически преодолевается классический способ получения объективного знания, отталкиваясь от объекта как заранее заданного в определенных концептуальных схемах, осознавая, что путь к объективному знанию лежит через объективацию исследовательских процедур, выступающей отражением взаимодействия субъекта и объекта, составляющее важную часть познавательного процесса;

6) проанализированы инновационные идеи постнеклассической гносеологии, обусловливающие диалектические представления об объективно-относительном характере научного знания.

Положения, выносимые на защиту

1) главными предпосылками формирования представлений об объективном научном знании послужили: идея антропоцентризма, онтологически оправдавшая механистическую «природу» и гелиоцентрическая теория мира Коперника, которая имплицитно содержала информацию о познавательной однородности пространства и времени.

2) Значительным моментом зарождающейся классической науки стал поворот с изучения гносеологических аспектов объективного знания к поискам его онтологических оснований. В рамках реализации экспериментально-логического метода в научном исследовании переосмысливаются свойства «материи», что позволило не только онтологически сравнять состояния покоя и движения, но и прийти к пониманию материального происхождения законов природы. При этом бытие выступает онтологическим основанием метода рационального познания, а знание, получаемое с помощью этих методов, рассматривается как объективное.

3) Идея о механистическом строении мира привела к формированию представлений об историческом однообразии природы и единообразии законов материального мира, вследствие чего был сформулирован принцип детерминизма, служивший в описании и предсказании исследуемых явлений онтологическим гарантом объективности научных выводов и всеобщей взаимосвязи вещей.

4) В рамках неклассической эпистемологии происходит критическое переосмысление онтологии объективности, понимаемой как целостное знание о мире, существующем независимо и автономно как объект познания.

Основной акцент переносится на гносеологический аспект: осознается необходимость различения в научном познании субъекта, передающего информацию, и объекта, являющего содержанием информации; различение выступает необходимым условием объективного описания объекта познания.

Это обусловлено необходимостью акцентации внимания на социокультурногносеологических факторах взаимопонимания субъектов познания.

5) Понятие «дополнительность» играет роль методологического регулятивного принципа, содержащего идею целостности, согласно которой предполагается устранить когнитивно-методологический разрыв, существовавший между субъектом и объектом, путем рассмотрения научного познания как их диалектического единства, продиктованного необходимостью включения в процесс физического описания мира наблюдателя и условий описания. Вследствие этого открываются новые возможности синтеза различных сторон действительности в целях получения объективного знания.

6) Постнеклассическая гносеология внедрила новые подходы к предметным полям, включив в контекст познания представление о случайности, отбросив «жесткие» схемы установления смысловых границ изучаемых предметов, а также легитимируя новые качества мышления (гибкость и нелинейность) в интерпретации результатов научного поиска.

Случайность, из деструктивного элемента классической науки, превращается в фактор, присущий объективной реальности. На этом основании синергетика критически преодолевает идею классической гносеологии о возможности владения абсолютным знанием в пользу идеи об объективноотносительном характере результатов познания.

Научно-практическая значимость работы. Диссертация представляет собой необходимый шаг на пути научно-философского осмысления проблемы объективности научного знания в закономерном развитии научной мысли. Ее материалы могут послужить предпосылочной основой для реализации критического подхода к анализу фундаментальных и локальных проблем естествознания, уточнению общетеоретических понятий и концептуальных представлений философии и естествознания.

Результаты данной диссертации могут быть использованы при разработке общего курса философии, так и соответствующих спецкурсов по онтологии и теории познания, философии и методологии науки, в написании учебного пособия по философским проблемам конкретной науки.

Апробация работы. Результаты диссертационного исследования докладывались на: Международной научной конференции «Философские вопросы естественных, технических и гуманитарных наук» (Магнитогорск, 24-25 апреля 2009); Всероссийской научно-практической конференции «Многопрофильный университет как региональный центр образования и науки» (Оренбург, 20-22 мая 2009); Всероссийской научно-практической конференции «Интеграция науки и практики в профессиональном развитии педагога» (Оренбург, 3-5 февраля 2009); Международной научной конференции «Наука и образование: фундаментальные основы, технологии, инновации» (Оренбург, 14-15 октября 2010); заседаниях Оренбургского регионального отделения Российского Философского общества (2008-2010) и кафедры Философии науки и социологии.

Структура диссертации. Работа состоит из введения, двух глав и шести параграфов, заключения, списка использованной литературы.

–  –  –

Во введении обосновывается актуальность избранной темы, дается анализ состояния проблемы, определяются объект, предмет, цели и задачи исследования, описывается теоретико-методологическая база представляемой работы, формулируются положения научной новизны, а также, охарактеризована теоретическая и практическая значимость диссертационной работы.

В первой главе «Генезис идеи объективного научного знания»

рассматривается общая характеристика объективной научной истины в классической науке.

В параграфе 1.1. «Предпосылки генезиса представлений об объективном научном знании» анализируются сложившиеся условия культурно-мировоззренческого и интеллектуального характера, предшествовавшие оформлению классической науки и выработке в ней представлений об объективном знании.

Укоренение в сознании людей идей антропоцентризма привело к наделению человека статусом сотворца Бога на Земле, что позволило произвести переоценку взгляда человека на механистическую «природу», так как созданная человеком вторая природа не уступает ни в чем той природе, которая создана самим Богом. Она также является «божественной». С этого времени механистическое миропонимание получило оправдание и право быть альтернативой натурализму. Это стало одной из главных предпосылок формирования мнения о механике как об инструменте, помогающем открыть и исследовать закономерности естественного мира.

В эпоху Возрождения наметились первые предпосылки к применению математических методов к земному миру. Несмотря на эмпирически превалирующие методы в научной деятельности, Леонардо да Винчи выдел в механике особую область применения математики, познавательные средства которой позволяют исследовать природу. В его трудах находим зачатки коперниканской системы в более радикальной форме. Вселенная истолковывается как потенциально бесконечная, с центром – везде и всюду, с неподвижным Солнцем. Вследствие чего Земля уже не занимает какое-то привилегированное, центральное положение во Вселенной.

С появлением гелиоцентрической системы, коперниканская «революция» стерла грань между небесным и земным миром, благодаря этому мир стал не только, как замечает А. В. Ахутин, «познавательно однороден», но и однороден в пространстве и во времени, что позволило родиться идее эксперимента. Исходя из этой фундаментальной предпосылки, Ньютон смог ввести в онтологическую конструкцию абсолютные величины, характеризующие пространство (однородность и неподвижность) и время (равномерность). Они не только гарантируют всеобщность и объективность (истинность) законов, но и служат твердой почвой экспериментальнодоказательной науки. Эта же предпосылка дала возможность отождествить материю с неизменчивыми формами, что впоследствии дало возможность ее измерить и математезировать, а геометрия выступила мерилом вещественного мира.

Таким образом, была создана прочная идейно мировоззренческая и онтологическая база для гносеологической активности по производству объективного научного знания.

В параграфе 1.2. «Научный оптимизм и гносеологический скептицизм: проблема постижения объективной истины» исследуется проблема познания материального мира и постижения объективной научной истины в контексте дихотомической оппозиции Нового времени: научного оптимизма и гносеологического скептицизма.

Гносеологический скептицизм Нового времени берет свое начало с трудов М. Монтеня, сомнение которого проникает во все сферы культуры человека, и вся эта культура оказывается культурой разума, которая должна пройти проверку сомнением. Вне этой проверки остается естественный и геометрический разум и наши чувства. Гносеологический скептицизм не смог определить подлинные границы и реальные возможности человеческого разума, который уже на тот период времени создал большой пласт образов и форм, мешавших найти реальную основу научного познания и норм объективного знания. Кругозор человечества стремительно начал расширяться, человеческий разум нуждался в крепкой опоре, ему необходимы были новые ориентиры для своего развития. Столкнувшись с таким огромным пластом «культуры», который выстроил разум, человек оказался запутанным, растерянным перед лицом научных и техникоэкономических перемен. Старая картина мира давала сбои, много нового в нее не вписывалось, открытия не находили подтверждения, основы объективного знания были поколеблены. В скептицизме делается вывод о том, что познавательные возможности нашего разума не позволяют выдвинуть твердых оснований объективного знания, и тем самым накладывает печать относительности на суждения и оценки человека.

Скептицизм сомневается в том, что человек способен достигнуть цели познания – истины. Скептицизм считает, что объективные ориентиры познавательного аппарата были потеряны для человечества. Эта цель труднодостижима, путь к абсолютной истине для человека закрыт, может только в будущем, благодаря научному прогрессу, возможна будет решена эта проблема (М. Монтень). Но с другой стороны, вера в «мыслящий тростник» и в то, что он может понять истинный ход вещей, раскрыть гармонию всеединства логически приводили к осторожному признанию познавательных возможностей разума (Б. Паскаль), к той «былинке»

человеческого естества, способной к познанию реальности.

Научный оптимизм (Ф. Бэкон, Г. Галилей, Р. Декарт, Г. Лейбниц, И.

Ньютон) был облечен верой в достижение объективной истины. Определение объективной научной истины, ее гносеологических критериев и онтологических оснований стояли в центре классической науки. С точки зрения научного оптимизма истина – это объективное содержание наших знаний, в получении которых субъект является помехой, основания которой следует искать во всеобщих и абсолютных структурах бытия. Истина по определению укоренена в бытии, что позволяло знанию правильно отражать закономерности мироздания.

Поэтому в новоевропейском духовном пространстве прослеживается тенденция недоверия к познавательным возможностям человека. Субъект познания оказывался пассивным, его творческий и мировоззренческий потенциал не учитывается в формировании содержания объективного знания, экзистенциальные характеристики остаются в стороне.

В рамках научного оптимизма как и в античности ставился вопрос о критериях истинности или ложности того или иного знания. В классический период под влиянием механицизма и экспериментализма критериями истины выступали верифицируемость в праксиологическом и познавательном плане.

Содержание теории должны были практически проверяться и объективироваться в технических устройствах. К тому же истина должна была обладать семантической наполняемостью, т. е. что все суждения внутри теории обязаны быть доказанными и логически непротиворечивыми, а не произвольно введенными.

Параграф 1.3. «Онтологические и гносеологические основания объективной научной истины» представляет собой попытку анализа онтологических и гносеологических оснований, сыгравших значительную роль в становлении классических представлений об объективной научной истине.

В онтологии (начиная с Г. Галилея) коренным образом пересматривается понятие материи. Во-первых, она состоит из мельчайших частиц (атомов), обладающих определенными формами и определенными скоростями. Атомизм хорошо вписывался в механическую картину мира и давал возможность не только связать процессы макромира с микромиром в один причинно-следственный ряд, но и был удобен для объяснения изменчивого и неустойчивого вещественного мира, при этом автоматически происходило отождествление материи и вещества. Во-вторых, материя является субстанциональной формой природы, для которой характерны пространственно-временные и количественные атрибуты (место, время, движение). В-третьих, материя была равна себе и неизменна, а значит, это было главной причиной невозможности перевести «книгу природы» на язык математики. Позже эта причина была устранена Р. Декартом, исключившим из материи все то, что мешает ее отождествлению с математикой, ибо только одна математика обладает тем совершенным языком, который считался универсальным инструментом выражения природных закономерностей.

Отсюда логически вытекают предложенные критерии достоверности: ясность и отчетливость, являющиеся главными составляющими его метода.

Материя онтологически мыслиться не как возможность, а как первичная составляющая мирового бытия, наполняющая последнее реальным содержанием. Вселенная представляется бесконечно разворачивающейся материей. С гносеологической точки зрения, субстанциональные свойства материи являются не «скрытым», а активнопознаваемым началом. Оправдание материального мира и ее основы (материи) позволяет взглянуть на естественные процессы как на внутреннелогическое изменение самой материальной субстанции, что подтверждало материальное происхождение законов. Механическое понимание Вселенной и равный онтологический статус движения с покоем обосновывали представления об однородности и изотропности пространвтсвенновременных структур и упорядоченном состоянии Вселенной. Главным связующим звеном мирового бытия (от атомов до явлений) считались силы притяжения.

В гносеологии это привело к разграничению плоскости познания на субъект и объект. Объектом являлся окружающий мир, данный нам через органы чувств, которые ограничиваются смутными и неустойчивыми мнениями. Этот мир обладает изменчивыми и неустойчивыми свойствами, которые не могут быть даны в истинном и достоверном знании. В противовес изменчивому миру ставиться субъект, который существует, пока он мыслит.

Существовать – это значит включаться в пределы бытия, формируемого актом мышления. Именно акт мышления выступает онтологической основой не только объективного знания и метода рационализма (совпадения субъекта и метода), но и того, что понятия отражают объективные и устойчивые черты изменяющейся реальности. Истинное и есть то же самое, что и бытие сознания. Здесь ярко проглядывается проведение принципа отождествления мышления и бытия.

Классическая гносеология попыталась сконструировать универсальный метод познания, который представлял бы своеобразный методологический инструмент, способный оставаться одним и тем же, независимо от того, с какого рода объектами имеет дело. Метод, обладающий универсальным характером, усиливает познавательные возможности разума, остерегая его от заблуждений и ошибок. В период создания этого метода мир как объект познания в механической картине мира был подчинен математико-числовым и геометрическим законам, что сделало возможным процесс наблюдения. По условию, предложенному ньютоновой механикой, эксперимент может быть поставлен в любой точке Вселенной, и в один и тот же промежуток времени можно зафиксировать один и тот же результат. А уже как следствие из доказанной предпосылки единой Вселенной вытекает универсальность и всеобщность законов, в частности, закона тяготения, что собственно и является основанием для открытия объективной истины.

Во второй главе «Методологические идеи и принципы неклассической и постнеклассической эпистемологии и проблема объективности знания» исследуются проблемы развития неклассической гносеологии, способствовавшие переосмыслению традиционных представлений об объективном научном знании, и роль научных принципов в квантовой физике, приведших к утверждению новых нормативных воззрений на объективную истину. В этой главе также анализируются основные научные тенденции, сформировавшиеся в последней четверти ХХ века в связи со становлением постнеклассической эпистемологии, обусловившие процесс трансформации идеала объективного знания на основе «нового»

когнитивного и праксиологического диалога человека с природой.

В параграфе 2.1. «Теория относительности и трансформация семантики понятия “объективность” в научном познании» речь идет о новых аспектах понимания объективности научного знания в теории относительности.

Неклассический стиль мышления берет свое начало с общей теории относительности, в которой пространственно-временные формы были лишены статуса абсолютных величин, что позволило не только вкрасться относительности в понятие истины, но и учитывать в процессе наблюдения субъекта познания, его оценку и мнения. Необходимость учета последнего диктовалось относительностью пространства и времени, он стал неотъемлемой частью познавательной системы, с учетом которого производились результаты исследования. Субъект познания обретал черты когнитивной необходимости, как в плане гносеолого-эвристическом, так и физическом. Его мировоззренческо-ценностные горизонты стали естественно вписываться в полученные результаты.

Кроме этого, теория относительности содержала в себе теоретическогенетический метод, обнаруживающийся в том, что общая теория относительности предстает как логически закономерное продолжение и развитие специальной теории относительности, а последняя, в свою очередь, как обобщение классической механики и теории тяготения. Ярко это можно проследить в случае, когда малые (в сравнении со скоростью света) скорости тел и слабые поля тяготения общей теории относительности приводят к ньютоновским уравнениям движения и к ньютоновскому закону тяготения.

При отсутствии полей тяготения в случае больших скоростей движение общей теории относительности переходит в специальную теорию относительности. Глубокая внутренняя связь общей и специальной теории относительности обнаруживается также и в том факте, что и в общем случае больших гравитационных полей и больших скоростей общая теория относительности оставляет специальную теорию относительности справедливой для бесконечно малых участков пространственно-временного континуума. В этих случаях физическая и онтологическая связь показывает то, что теории, истинность которых доказана экспериментально для определенной области реальности, с появлением новых более общих теорий не устраняются как нечто ложное, но сохраняют свое значение для прежней области явлений, в общем как частный случай. Она продемонстрировала узко-гносеологическое применение той или иной теории и относительное применение каждой из них. Каждая теория имеет свою область исследования, в которой она онтологически оправдана, ее выводу, и результаты в данной области имеют научную и объективную ценность.

Поэтому по логике теории относительности достижение объективной истины предстает как вполне закономерный и последовательный процесс развития познания, идущего к более широким и глубоким обобщениям. Из-за этого каждая ступень познания имеет объективную ценность и несет в себе долю абсолютной истины, благодаря чему последняя неминуемо все более и более делается полнее. Следовательно, процесс познания бесконечен, как и сам мир, а если он даже конечен, как предполагает теория относительности, то эта конечность подобна бесконечности, что не позволяет дойти познанию до предела этой потенциальной бесконечной. Это стало одним из коренных отличий нового неклассического подхода к пониманию объективной истины от классического.

Параграф 2.2. «Образ объективного знания в свете идей квантовой механики» посвящен анализу научных принципов квантовой физики, способствовавших реинтерпретации представлений об объективности научного знания.

Окончательные черты неклассических представлений об объективном знании складываются в период появления квантовой физики. Начиная со второго постулата, введенного Н. Бором, на теоретическом уровне можно выделить, что квантовая теория может быть определенным образом согласованна с классической теорией, т. е. соответствовать ей. В этом постулате в скрытом виде был заложен принцип соответствия, который показал естественную потребность классических представлений в объяснении микромира. С другой стороны, этот принцип наметил проблему онто-гносеологического отличия свойств и связей микромира от макромира.

На решение этой проблемы был направлен принцип неопределенности, рельефно доказавший ограниченность классических принципов в изучении атомного мира. Так как, при увеличении точности измерений импульса соответственно уменьшается точность измерений координаты, и наоборот.

Аналогичным образом были выведены соотношения неточности для второй пары некоммутирующих динамических переменных. Поэтому наглядность объектов в классическом понимании, которая подразумевает то, что объект «сам по себе» находится в трехмерном пространстве и одномерном потоке времени, не допускается «соответствием неопределенности», т. е.

отсутствует в квантовой теории. Онтологические условия микромира продемонстрировали ограниченность детерминизма и введение статистических единиц измерения как полноценных элементов теории, которые не позволяют точно и окончательно детерминировать поведение микрочастиц, а только могут определить вероятность этого поведения. С гносеологической точки зрения, надо полагать, что даже в вероятности есть определенный порядок и, что самое главное, свое происхождение вероятность берет из необходимости определенной причины. Вероятность не отвергает причинно–следственную связь, она делает непредсказуемым конечный результат этой связи, таким образом, подрывая основу «лапласовского демона».

Остальные проблемы, выявленные принципом соответствия, как отношения прибора и объекта познания, субъекта и объекта познания, классического и квантового языка, сочетание квантовых и волновых свойств микрочастиц и другие, решались на уровне принципа дополнительности. Для принципа дополнительности характерна тенденция к цельности, к выражению некой гармонии, предполагающей неразрывную связь между природой объекта познания и ее проявлениями. С философской точки зрения этот принцип обеспечивает единство познавательных процедур. Поэтому важным моментом этого принципа является его гносеологическая содержание, показавшее то, что онтологическая сущность атомного объекта одна, а его проявления (частица или волна) стали считаться дополнительными при описании явления, но принцип неопределенности предусматривал, что прибор может зафиксировать проявление одного свойства атомного объекта. Выяснялось гносеологическое «родство» между измерительным прибором и объектом познания. Это приводило к тому, что описание любого явления в квантовой механике подразумевало включение прибора. Сначала полагали, что это достигается принципиально неконтролируемым взаимодействием между измерительным прибором и измеряемым объектом, которое обусловлено квантом действия. Тогда невозможно было бы говорить о независимом онтологическом статусе ни явления, ни средств наблюдения. Позже, в квантовой физике стали говорить о логической взаимосвязи между описанием прибора и квантомеханическим описанием микрообъекта, тем самым область объективности была расширена, включением в нее описания прибора. При этом недвусмысленно можно констатировать, что происходит отождествление «явления» и «наблюдения», поэтому, на наш взгляд, точнее говорить о гносеологическом «родстве», а не о «детерминации определенности существования объекта со стороны средств наблюдения».

Кроме этого, принцип дополнительности решал проблему включения субъекта познания с его мировоззренческими горизонтами в пределы объективной истины. Тем самым был подчеркнут общественно-научный характер понятия объективности. Полное избавление от индивидуальностей творческого ума не представлялось в квантовой физике. Это же положение обусловлено личным выбором экспериментальных сведений наблюдателем.

Личный выбор и желание наблюдателя в экспериментальных условиях делали метод динамичным, изменяющим и преобразующим границы самого предмета.

Таким образом, принципы квантовой физики установили гносеологическое «родство» между прибором и объектом познания, за счет чего были расширены границы объективности научной истины, включившей в свою характеристику средства познания. Но при этом сущность и логика принципа дополнительности и теории инвариантов предполагали исключение активно-творческих констант самого субъекта познания.

В параграфе 2.3. «Современные тенденции в науке и проблема объективности научного знания» выявляется гносеологическая сущность понимания объективной научной истины в постнеклассической эпистемологии посредством анализа понятийного аппарата и рассмотрения «нового диалога человека с природой».

С генезисом идей синергетики и формированием нелинейного мышления научные способы мировидения существенно обогащаются и приобретают новые смысловые оттенки, что дает возможность по-новому взглянуть на процессы, происходящие вокруг нас, а это ведет к пересмотру прежних воззрений на мир. Иной смысл обретают и те понятия, которые раньше использовали в других семантических ракурсах.

Такие понятия, как «флуктуация», «аттрактор», «бифуркация» и другие становятся характеристикой постнеклассического, нелинейного, мышления.

Понятийный ряд мышления является следствием изменения видения предмета познания. И сам объект предстает в ином свете: это уже сложноорганизованные и саморазвивающиеся системы, содержащие в себе многообразие путей своего развития. Непредсказуемость в развитии становится их основным признаком.

В синергетике действует принцип «целое в многообразии», благодаря этому многообразию и сложности частей, целое приобретает совершенно новые качества. Закономерность проявляется через целое в его многообразии. Другими словами, целое контролирует и направляет процесс своего развития, основываясь на внутренних своих закономерностях. Таким образом, бифуркация становиться разделом или рубежом между старым и новым порядком (гомеостазом), а значит, привносит качественное различие между ними. При этом можно повлиять на выбор поведения системы в точке бифуркации, только слабыми воздействиями. Силовой способ здесь отпадает.

Уже в XX веке один из основателей кибернетики – Н. Винер, отмечал, что любая система имеет цель своего существования.

Применительно к реальному миру это было подтверждено синергетикой, что позволило целевой обусловленности вновь войти в научный оборот не только естественных наук, но и гуманитарных. В связи с появлением случайности в синергетике целевая причина приобретает рациональную основу и логическую оправданность. Роль причины становится главенствующей в области самоорганизации, и она выходит на качественно новый уровень в понимании процессов саморазвития.

Феномен случайности имеет свои основания. В процессе самоорганизации система забывает свои начальные данные, учитывая, что система чувствительна к флуктуациям, которые, с одной стороны, сбивают ее с выбранных путей развития, но, с другой стороны, служат конструктивным началом, способным вывести систему на аттрактор. Случайность, как и необратимость, объективно присутствует в нашем мире, но это не значит, что синергетика изгоняет детерминизм. Ему также есть место в мире, но уже в незначительной его части.

Случайность, естественным образом вписываясь в пределы нашего мира, ставит определенные границы нашему проникновению в изучение мира. Это предполагает конечность процесса познания, вследствие которого возникает противоречие с классическими представлениями о безграничном и неисчерпаемом познании. В синергетической парадигме относительная истина истолковывается уже как не относительная истина в эйнштейновском понимании. В своей теории А. Эйнштейн вводит относительную истину как исходящую от субъекта, она является составной частью или в своем роде ступенькой к достижению абсолютной истины, а нелинейное мышление возводит относительность в ранг объективности, снимая вопрос об абсолютной истине. Абсолютная истина синергетикой не предусматривается, есть только относительная истина, свободная от догматизма.

Синергетика возрождает плюрализм, отличающийся от классического понимания тем, что полагает невозможность объяснения мира с помощью одной избранной концепции или парадигмы, и тем самым предоставляя право на существование и применение принципа равноправия научных теорий, т. е. познание целого через многообразие точек зрения. Она не предполагает, что одна теория может вытеснить со временем другую, так как истина имеет относительный характер, а значит, целое можно познать через многообразие теорий. Здесь и проявляется та наметившаяся тенденция в синергетике в виде отказа от определенной онтологии, которая бы претендовала на роль доминанты. Бытие существующего беднее бытия становящегося, становление демонстрирует бесконечность и неисчерпаемость объективной реальности.

Описание природы в синергетике – это уже не монолог и не разведение в познании активного субъекта и пассивного объекта, а «живая коммуникация». Субъект воспринимается как часть системы, в этом коренное отличие от квантовой теории. Если в квантовую теорию субъект входит только с учетом описания, т. е. обоснование идет под гносеологическим углом зрения, то синергетика объективирует субъекта с онтологической составляющей. Он часть системы, а значит, без учета его ценностно-мировоззренческого «ядра» невозможно познание. Внутренний мир субъекта познания – это соучастник становящегося бытия. При этом, познавая объект, одновременно он познает себя, самосознает, т. е. к нему приходит самосознание. Примечательно в этом положении то, что, наперекор картезианской установки, человек не через себя познает действительность, а через действительность познает самого себя. Онтология не замкнута на субъекте познания как в классическом понимании, а является открытой через диалог объекта и субъекта. И не случайно, что в диалоге решающее значение отводится природе, ее онтологический статус основательнее и выше, чем статус отдельного человека или, даже коллектива, а значит, и бытия.

Таким образом, синергетика расширила смысловые границы объективности научной истины: наряду с детерминизмом и вероятностью, допускается случайность как объективно присущая часть реальности.

Случайность становится тем фактором, который не только оправдывает целевую причину в синергетике, но и рушит надежды классической науки на владение абсолютным знанием. Необходимость этого положения подтверждает не только субъект как соучастник становящегося бытия, но и принцип равноправия, направленный на оправдание относительности результатов познания.

В заключении подводятся итоги диссертационного исследования, формулируются теоретические выводы и намечаются перспективы дальнейшего исследования проблемы:

1) дальнейшая углубленная разработка смысловых компонентов и сущностных оснований объективности знания для каждого отдельно взятого периода;

2) выявление культурно-аксиологических оснований объективного научного знания;

3) сравнительный анализ естественнонаучного и гуманитарного знания и исследование в рамках этих двух видов знания онтологических и методологических установок формирования представлений об объективном знании;

4) изменение представлений о рациональности в современной науке и формирование идеи относительной объективности научного знания.

Основные положения диссертационного исследования отражены в следующих публикациях:

Публикации в изданиях, рекомендованных ВАК РФ::

1. Лященко М. Н. Естествознание XV-XVII вв. и рациональнометодологические новации в физическом познании // Вестник Оренбургского государственного университета. – 2009. – №7. – С. 161п. л.).

2. Лященко М. Н. Проблема объективности знания в синергетике // ВЕСТНИК Бурятского государственного университета: Философия, Социология, Политология, Культурология. – Улан-Удэ: БГУ, 2009. – Вып.

14а. – С. 64-67. (0.5 п. л.).

3. Лященко М. Н. Хаджаров М. Х. Ньютон и механистическая картина мира классической науки // Вестник Оренбургского государственного университета. – 2010. – №1. – С. 52-58. (0,55 п. л.).

4. Лященко М. Н. Сущность и принципы понимания объективного знания в неклассической науке: сравнительный анализ взглядов Н. Бора и М.

Борна // Вестник Челябинского государственного университета:

Философия, Социология, Культурология. – Вып. 16. – 2010. – №1 (182).

– С. 156-161. (0.75 п. л.).

5. Лященко М.Н. Социально-культурные и идейно-мировоззренческие предпосылки становления представлений об объективном знании // Вестник Костромского государственного университета им. Н.А.

Некрасова. – 2010. – Т. 16. - № 1. С. 159-163. (0,6 п. л.).

Публикации в других изданиях:

6. Лященко М. Н Проблема «калькулятора» в классическом естествознании // Философские вопросы естественных, технических и гуманитарных наук: сборник статей. – В 5 т. – Магнитогорск: МаГУ, 2009.

– Вып. 4. – Т. 2. – С. 3-6. (0,3 п. л.).

7. Лященко М. Н. Проблема объективного знания в работах Б. Паскаля и

Ф. Бэкона // Знания и вера (вторые Хайкинские чтения). – Тамбов:

Издательский дом ТГУ им. Г. Р. Державина, 2010. – С. 77-81. (0,3 п. л.).

8. Лященко М.Н. Взгляд И. Пригожина на философию М. Хайдеггера // Философия М. Хайдеггера и современность. — Краснодар: Кубанский госуниверситет, 2010. – С. 182-185. (0,3 п. л.).

9. Лященко М.Н. Трансформация идеала объективного знания в представлениях В. Гейзенберга // Вестник Воронежского государственного университета. – Серия: Философия. – 2010. - № 1. – С. 142-148. (0,4 п. л.).





Похожие работы:

«ПОМИГУЕВ Илья Александрович РОЛЬ ВЕТО-ИГРОКОВ В ФЕДЕРАЛЬНОМ ЗАКОНОДАТЕЛЬНОМ ПРОЦЕССЕ В СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ Специальность 23.00.02 – "Политические институты, процессы и технологии" Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата п...»

«ЯНДАРАЕВА Инна Сергеевна КОНСТРУИРОВАНИЕ ВООБРАЖАЕМЫХ СООБЩЕСТВ В СТРУКТУРАХ СОЦИАЛЬНОЙ ПАМЯТИ 09.00.11 – социальная философия Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата философских наук Ижевск – 2012...»

«БАРАНОВА Ольга Михайловна Социально-философский анализ феноменов любви и пола Специальность 09.00.11 социальная философия АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание учёной степени кандидата философских наук Уфа 1998 Работа выполнена на кафедре философии Башкирского государственного университета. Научные руководители: доктор философских наук, п...»

«ГОЛОВКО Никита Владимирович ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ И ОПЕРАЦИОНАЛЬНЫЕ ОГРАНИЧЕНИЯ В ЭПИСТЕМОЛОГИИ НАУКИ 09.00.01 – онтология и теория познания АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени доктора философских наук Новосибирск, 2008 Работа выполнена на философском факультете Новосибирского государственного университета Научный консультант: – доктор философских нау...»

«Грохольский Никита Сергеевич Научно-методические основы оценки интегрального риска экзогенных геологических процессов Специальность 25.00.08 Инженерная геология, мерзлотоведение и грунтоведение АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата геолого-мин...»

«Анисимов Никита Сергеевич Нелинейное развитие: онтологический анализ 09.00.01 Онтология и теория познания по философским наукам Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата философских наук Саратов — 2013 Работа выполнена в ФГБОУ ВПО "Саратовский государствен...»

«Малиновский Сергей Сергеевич ПОЛИТИЧЕСКАЯ КОММУНИКАЦИЯ В РУНЕТЕ КАК ФАКТОР РОССИЙСКОГО ПОЛИТИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА Специальность: 23.00.02 – Политические институты, процессы и технологии (политические науки) АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание учёной степени кандидата политических наук Москва 2013 Работа выполнена в феде...»

«Царва Елена Юрьевна Особенности миграционной политики Италии на современном этапе Специальность: 23.00.04 – Политические проблемы международных отношений, глобального и регионального развития АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой с...»

«ЯЗВЕНКО Полина Александровна ОПАСНЫЕ ЭКЗОГЕННЫЕ ГЕОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОЦЕССЫ СЕВЕРНОГО СИХОТЭ-АЛИНЯ И ПРОГНОЗ ИХ ИНТЕНСИВНОСТИ ПРИ ТРАНСПОРТНОМ ОСВОЕНИИ ТЕРРИТОРИИ (НА ПРИМЕРЕ ЖД ЛИНИИ КОМСОМОЛЬСК–СОВЕТСК...»

«ИШМУХАМЕТОВА Венера Тальгатовна ПРОГНОЗИРОВАНИЕ КОРЕННЫХ МЕСТОРОЖДЕНИЙ АЛМАЗОВ НА СЕВЕРЕ СИБИРСКОЙ ПЛАТФОРМЫ НА ОСНОВЕ ДЕШИФРИРОВАНИЯ МАТЕРИАЛОВ КОСМИЧЕСКОЙ СЪЕМКИ Специальность – 25.00.11. Геология, поиски и разведка твердых полезных ископаемых, минерагения Автореферат диссертации на соискание ученой степе...»

«Кравченко Илья Юрьевич РОЛЬ АМЕРИКАНСКИХ ЭКСПЕРТНО-АНАЛИТИЧЕСКИХ ЦЕНТРОВ В ВЫРАБОТКЕ И ПРИНЯТИИ ВНЕШНЕПОЛИТИЧЕСКИХ РЕШЕНИЙ В 2008-2014 ГГ.(НА ПРИМЕРЕ ПАЛЕСТИНО-ИЗРАИЛЬСКОГО КОНФЛИКТА) Специальность 23.00.04 – "Политические проблемы международных отношений,...»








 
2017 www.doc.knigi-x.ru - «Бесплатная электронная библиотека - различные документы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.