WWW.DOC.KNIGI-X.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Различные документы
 


«Постулируемая нами лингвосемиотическая теория изучения природы метафоры логическим образом привела к рассмотрению амбивалентного языкового знака как интегративной ...»

УДК 81'23

ДИАЛЕКТИКА АМБИВАЛЕНТНОГО ЯЗЫКОВОГО ЗНАКА С ПОЗИЦИИ

ЛИНГВОСЕМИОТИЧЕСКОЙ ДЕРИВАЦИИ

О.С. Зубкова

Доктор филологических наук,

Профессор кафедры профессиональной коммуникации и иностранных языков

e-mail: olgaz4@rambler.ru

Курский государственный университет

В статье раскрывается диалектическая сущность языкового знака в виде последовательной

кодификации информации в лингвосемиотическом измерении.

Ключевые слова: лингвосемиотика, образ, амбивалентный языковой знак, знаковая продукция.

Постулируемая нами лингвосемиотическая теория изучения природы метафоры логическим образом привела к рассмотрению амбивалентного языкового знака как интегративной деривационной системы, в рамках которой выявление сущностного фундамента её природы предполагает анализ лингвистической, семиотической и когнитивной составляющих с необходимостью их теоретического описания и дополнения (см. подр.: [Зубкова 2011а, б, в]). По нашему мнению, системный характер амбивалентного языкового знака обусловлен прежде всего наличием в нем естественноязыковых составляющих. Формирование и функционирование мыслительных образов, фиксирующих особенности предметов/объектов окружающей действительности и способствующих установлению взаимосвязей элементов целого внутри системы, обеспечивается семиотическими и когнитивными составляющими. Суть принципа системности заключается в учёте всех составляющих, влияющих на целостность языкового знака, на его функционирование и развитие. Поэтому рассмотрение исследуемого феномена как интегративной системы обусловливает раскрытие его природы, структуры и блока сопряжённых категорий. Лингвосемиотический подход также предполагает осознание смысла каждой обособленной части в органически целостной системе языкового знака, обеспечивающей его суггестивный и деривационный потенциал.

Как нам представляется, амбивалентный языковой знак не является суммой отдельных понятий или сем, а представляет собой новый семиотический континуум, основанный на семиотическом характере образа. Последний заключается не в простом отражении реальности, но в реконструкции части окружающего мира, проведенной через «фильтр» ментального пространства индивида. Фундаментальной характеристикой схематизации образа на ментальном уровне является разделительный способ формирования сущности понятия. Этот процесс непрерывен, и, как отмечает Ж.-П. Декле [Descls 2006], это вызывает определенную трудность: формирующаяся схема, значение которой наиболее близко к тому, что говорящий желает выразить, оказывается часто слишком специфической и не всегда может быть подкреплена лингвистическим коррелятом. Мы полагаем, что это одна их базовых характеристик семиотического характера образа амбивалентного языкового знака.

Образы способны стимулировать мышление в случае изменения образными представлениями загрузки рабочей памяти (см., напр.: [Веккер 2000; Величковский 2006 а, б; Richard 1990; Vinzerich 2007; Molini 1998]). Образы заполняют рабочую память деталями и способствуют формированию мысли. По нашему мнению, в случае формирования амбивалентного языкового знака образ является основой аналогии биноминальных понятий.

Основываясь на постструктуралистической концепции Ю. Кристевой [Kristeva 1978] и идеях Ж. Лакана [Lacan 1966] и Ж. Деррида [Derrida 1972], нами был обоснован характер амбивалентного языкового знака на примере профессиональной метафоры, в частности, означаемого в символьном и знаковом пространстве (см.

подр.: [Зубкова 2011 в]). Согласно предлагаемой нами трактовке в языковом поле осуществляется облачение символизма психики в вербальную форму в рамках языкового знака, объективирующее идеологему знака в высказывании, что является ключом к символьной семиотике и к символьному дискурсу в целом. Таким образом, можно предположить, что идеологема конструирует языковой знак, выстраивая иерархию референт – означаемое – означающее, и интериоризирует оппозиционные диады до уровня артикуляции терминов и их конструктов.

По мнению Р. Барта, акцентирующего внимание на генетическом происхождении языкового знака, человек выбирает лишь одно из множества возможных означаемых используемых им в ущерб всем остальным [Barthes 2002]. В нашем понимании это обеспечивает лингвосемиотическую деривацию амбивалентных языковых знаков и их последующую экспликацию в языковом поле. Иными словами, исследуемый феномен не обладает одним единственным смыслом и закрепленным за ним значением, но представляет собой совокупность коннотативных означаемых, образующих латентный идеологический уровень высказывания/дискурса. В этом случае коннотативные означаемые, присоединяясь к знакам естественного языка и к различным материальным объектам, становятся знаками-функциями. Диффузный характер означаемых отражается в наличии множества денотативных знаков-носителей таким образом, что слой коннотативных означаемых оказывается «распылен» по всему дискурсу. «Подавление»

или даже «вытеснение» денотативных составляющих коннотативными смыслами говорит в пользу агрессивности последних в языковом континууме. Очевидно, что эти подобные знаки относятся к знакам-индексам (в терминологии Пирса), поддающимся некоторой интерпретации адресата.

На ступени чувственного восприятия смысл амбивалентного языкового знака и потенциально возникающее из него знание нового отражают какую-то одну, наиболее яркую характеристику или признак предмета. «Значение, присущее языковому знаку, полностью реализуется в смысле, возникающем при употреблении его в речи. Оно раскрывается в нем настолько, насколько этого требует процесс познания, в зависимости от условий общения. Значение создается на ступени абстрактного мышления.

Абстрактное мышление, как известно, проходит путь от относительно поверхностного до все более и более глубокого проникновения в суть явления» [Eco 1992: 67]. В нашем понимании, после абстракции несущественных признаков происходит объединение в классификационные группы основных существенных признаков и сопоставление этого комплекса признаков с прежними знаниями и опытом. На этом этапе, наряду с оживлением следов прежнего опыта, происходит включение всей перцепторной деятельности индивида. Вместе с тем, как нам представляется, на этой стадии формирования значения особенно актуальна активация вербально-логических, иерархически выстроенных связей.

Важно отметить, что поскольку активация также имеет место во время перехода от одного способа восприятия к другому, то она присуща всем уровням ментальных репрезентаций человека. Она достигает максимальной степени концентрации при переходе в линейное лингвистическое пространство. Поскольку язык обладает абстрактной основой, он функционирует по исключительному способу индексности.

Однако естественный язык не эксплицируется в ментальной репрезентации, поскольку «представляет собой иллюзию, линейную проекцию обозначения понятия» [Picoche 1994:

36].

Однако именно ментальные репрезентации, как нам представляется, очерчивают дискурсивный контекст. При этом особая роль отводится симультанности восприятия языкового окружения слова, последовательному, фрагментарному исследованию объекта, накапливанию результатов когнитивных «исследований» семических составляющих, их последующей реконструкции в цельный образ, а затем в контекст. При этом важно заметить, что процессы обследования среды, сбора информации, формирования когнитивных схем и сетей, хранения текущей информации, связанной с ходом рассуждений индивида и осуществлением перцептивного цикла, протекают в семиотической карте (см. подр.: [Зубкова 2011в]). В этом смысле можно говорить о том, что именно в рамках семиотической карты происходит кодирование/раскодирование языковых репрезентаций, поиск и установление корреляций между семантическими и концептуальными репрезентациями. Следы этих процессов не значимы для языка, но объективируются на уровне естественного семиозиса при осуществлении актов глубинной предикации в форме инвариантов. В нашем понимании, инвариант создаёт схемы первого уровня, результатами которых являются примитивы. Инвариант сам является весьма компактным символическим выражением представляемых им отношений. Примитивы строят схемы второго уровня, превращая в ментальный объект совокупность взаимодействующих между собой субзнаков и знаков. На этом этапе происходит формирование условного указания (индексная функция) знака. Эта иерархия подразумевает способность трансформации более высокого уровня, исключая, однако, обратный процесс.

Семические составляющие привносят множество сопутствующих деталей и характеристик объекта/явления окружающей действительности, заполняющих семиотическую карту. Подобное наполнение семиотической карты позволяет существенно сокращать скорость активации когнитивных схем, уменьшая количество экземпляров объекта, пригодных для категоризации. С другой стороны, наличие большого количества семических составляющих позволяет уточнять семиотический образ амбивалентного языкового знака, дополняя его различными характеристиками (см.

подр.:

[Зубкова 2011в]).

При этом значение, присущее амбивалентному языковому знаку, как нам представляется, полностью реализуется в смысле, возникающем при употреблении его в речи. Оно раскрывается в нем настолько, насколько этого требует процесс познания, в зависимости от условий общения. Значение любого амбивалентного языкового знака, таким образом, в зависимости от ступени познания указывает на случайный признак предмета, на его более или менее существенное содержание, на его место и назначение в системе, воспринимаясь в знаке сначала как его «живая» внутренняя форма. Затем, по мере усвоения знака, внутренняя форма как бы исчезает из него, подвергаясь своеобразной редукции.

Образный экспонент амбивалентного языкового знака, формируемый логическими операциями, «обогащается» субъективной оценкой и прагматическими составляющими (целью и связанной с ней идей – понятием, развертываемым в дискурсе), а также учетом просодических факторов речевой интеракции, несущих экстралингвистическую информацию. Пользуясь контекстом изложения и экстралингвистическим контекстом, индивид «игнорирует» все элементы значения, не совместимые с экстралингвистическим контекстом и не связанные с темой речи. При этом учет экстралингвистических факторов, влияющих на продуцирование, восприятие и оценку амбивалентного языкового знака, во многом позволяет уяснить механизмы формирования и функционирования этого знакового образования.

Важно отметить, что согласно полученным нами эмпирическим данным, индивид вступает во взаимодействие с некоторой знаковой продукцией, а не собственно знаком, поскольку придание смысла последнему осуществляется аналитическим способом с параллельным протеканием таких процессов, как работа сознания, направленная на формирование рационального содержания (смысла), расширение системы индивидуального и коллективного знания, учет ситуации понимания (см. подр.: [Зубкова 2011в]). Любой амбивалентный языковой знак, как правило, допускает некоторое количество интерпретаций, и индивид выбирает одну из них. Соответственно, это, по нашему мнению, дает возможность понимать амбивалентный языковой знак как знаковую продукцию, представляющую собой систему визуальных/звуковых сигналов, интерпретируемых реципиентом в конкретном семиотическом континууме. С семиотической точки зрения исследуемому феномену присуща определенная произвольность значения, поскольку «единство семиологии существует на уровне формы, а не содержания; сфера ее применения ограничена, она имеет дело только с одним языком, только с одной операцией – прочтением или расшифровкой» [Барт 1989: 78].

Следовательно, «произвольность» значения амбивалентного языкового знака – это произвольность идеограммы. По справедливому замечанию Р. Барта, в случае декодирования знака, понятного для всех владеющих данным языковым кодом, индекс поддается лишь той или иной «интерпретации», связанной с интуицией, культурным кругозором воспринимающего. Иными словами, он не удовлетворяет классическому семиотическому постулату о взаимной предопределенности означающего и означаемого.

Этот вывод, как нам представляется, можно экстраполировать на любой языковой знак.

Подводя итог, отметим, что план содержания и план выражения исследуемого феномена являются результатом процесса развития амбивалентного языкового знака:

от знака – иконы предмета/явления – к знаку-символу и, наконец, к индексу, значение которого определяется его местом в системе языка. Понимание разных типов знаковых продукций требует участия различных психических процессов при непосредственном использовании прошлого опыта индивида.

Парадигматическое упорядочивание системы кодов является основополагающим принципом организации языка, которому подчиняется любой амбивалентный языковой знак как элемент языкового континуума. Функционируя в ментальном пространстве как продукт естественного и искусственного семиозиса, исследуемый феномен картирует семиотический континуум индивида, репрезентируя основной вектор дешифровки информации. Выскажем предположение о том, что доминирующая позиция одного из вышеперечисленных факторов естественного или искусственного семиозиса при формировании амбивалентного языкового знака невозможна. Это объясняется тем, что исследуемый феномен не является частью одного единственного канала, но представляет собой продукт их совместной реализации в рамках лингвосемиотической деривации.

Библиографический список

Барт Р. Избранные работы: Семиотика: Поэтика: пер. с фр. / сост., общ. ред. и вступ. ст. Г.К. Косикова. – М.: Прогресс, 1989. – 616 с.

Веккер Л. М. Психика и реальность: единая теория психических процессов. – М.:

Смысл; Per Se, 2000. – 685 с.

Величковский Б. М. Когнитивная наука: Основы психологии познания: в 2 т. Т.1.

М.: Смысл: Издат. центр «Академия», 2006а. 448 с.

Величковский Б.М. Когнитивная наука: Основы психологии познания: в 2 т. Т.2.

М.: Смысл: Издательский центр «Академия», 2006б. – 450 с.

Зубкова О.С. Метафора в ментальном лексиконе: монография.– Lambert Academic Publishing GmbH & Co, 2011а. – 232 с.

Зубкова О.С. Эволюция развития представлений о метафоре и метафоризации в истории науки: монография. – Курск: – Курск: Изд-во КГУ, 2011б. – 129 с.

Зубкова О.С. Метафора в профессиональной семиотике. – Курск: Изд-во КГУ, 2011в. – 334 с.

Barthes R. Oeuvres compltes. Vol. V, 1977-1980 / nouvelle dition revue, corrige et prsente par Eric Marty. – Paris, Seuil, 2002. – 1099 р.

Derrida J. Marges de la philosophie. – P.: Ed. de Minuit, 1972. – 150 p.

Descls J.-P. Oprations mtalinguistiques et traces linguistiques // DUCARD, D. et NORMAND C. (dir.). Antoine Culioli. Un homme dans le langage. – Paris–Ophrys, 2006. – Р.

41–69.

Eco U. La production des signes (1976). – Р.: Librairie Gnrale Franaise, 1992. – 200 p.

Kristeva J. Smiotik: recherches pour une smanalyse. – Paris: Ed. du Seuil, Coll. «Tel quel», 1978. – 379 р.

Lacan J. Ecrits. – Paris–Seuil, 1966. – 924 p.

Molini G. Smiostylistique. L’Effet de l’art. – Paris: Presses Universitaires de France, 1998. – 357 р.

Picoche J. Histoire de la langue franaise. – Paris–Nathan, 1994. – 250 p.

Richard J.-Fr. Les activits mentales. Comprendre, raisonner, trouver des solution. – Armand Colin, 1990. – 446 р.

Vinzerich A. La smantique du possible: approche linguistique, logique et traitement informatique dans les textes. Thse de doctorat. – Universit de Paris-Sorbonne, 2007. – 398 р.



Похожие работы:

«© Современные исследования социальных проблем (электронный научный журнал), Modern Research of Social Problems, №6(50), 2015 www.sisp.nkras.ru DOI: 10.12731/2218-7405-2015-6-17 УДК 811.512. ЯЗЫКОВЫЕ ПРЕДПОЧТЕНИЯ НОМИНАТОРОВ В ЭРГОНИМИИ Г. БАКУ (СОВРЕМЕННЫЙ ПЕРИОД)...»

«АКАДЕМИЯ НАУК СССР ИНСТИТУТ ЯЗЫКОЗНАНИЯ ВОПРОСЫ ЯЗЫКОЗНАНИЯ ЖУРНАЛ ОСНОВАН В 1952, ВЫХОДИТ 6 РАЗ В ГОД СЕНТЯБРЬ—ОКТЯБРЬ ИЗДАТЕЛЬСТВО "НАУКА" МОСКВА —1983 СОДЕРЖАНИЕ П а н ф и л о в ' В. 3. (Москва). Карл Маркс и основные п...»

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК ОТДЕЛЕНИЕ ЛИТЕРАТУРЫ И ЯЗЫКА ВОПРОСЫ ЯЗЫКОЗНАНИЯ Ж У Р Н А Л О С Н О В А Н В Я Н В А Р Е 1952 Г О Д А ВЫХОДИТ 6 Р А З В ГОД ИЮЛЬ—АВГУСТ НАУК А МОСКВА-1999 СОДЕРЖАНИЕ В.Л. Я н и н, А.А. З а л и з н я к...»

«КОНЦЕПТУАЛЬНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ УДК 81'22:821 ЯЗЫКОВАЯ ЛИЧНОСТЬ Ч. АЙТМАТОВА: МЕНТАЛЬНЫЕ ФОРМУЛЫ* З.К. Дербишева Высшая школа иностранных языков Кыргызско-Турецкий университет "Манас" просп. М...»

«УДК 808.5 Стаценко Анна Сергеевна Statsenko Anna Sergeevna кандидат филологических наук, PhD in Linguistics, старший преподаватель кафедры Senior Lecturer of the Russian русского языка Language Department, Кубанского государственного Kuban State Technological University технол...»

«Грамматическая антитеза как средство объективации эмоционального смысла УДК81’367.7—808.5 Ф. Г. Самигулина ГРАММАТИЧЕСКАЯ АНТИТЕЗА КАК СРЕДСТВО ОБЪЕКТИВАЦИИ ЭМОЦИОНАЛЬНОГО СМЫСЛА В ДИСКУРСЕ Дается общая характеристик...»

«159 sel. Zum Wert des Kunstwerkes, hg. v. Susanne Anna u.a., Kln: Verlag der Buchhandlung Walter Knig, 2001, S. 245-263.ЛИНГВОПОЛИТОЛОГИЯ Меркурьева Вера Брониславовна Доктор филологических наук,профессор кафедры немецкой филологии ФГБОУ ВПО "ИГЛУ", г. Иркутск, Россия Костина Ксения Викторовна...»

«Вестник Томского государственного университета. Филология. 2013. №6 (26) УДК 070: 7.012 (078) И.Ю. Мясников, Е.М. Тихонова МОДЕЛИРОВАНИЕ ПРЕССЫ НА ПОРОГЕ ЭПОХИ КОНВЕРГЕНЦИИ: К ПРОБЛЕМЕ МОДЕЛИ ОПИСАНИЯ КОНВЕРГЕНТНОЙ ПОЛИТИКИ ИЗДАНИЯ В статье рассматривается проблемати...»

«143 Лингвистика 6. Сусов И.П. Введение в теоретическое языкознание М.: Восток–Запад, 2006. 382 с.7. Храковский В.С. Типология уступительных конструкций.СПб.: Наука, 2004.8. Kaplan R.M., Bresnan J. Lexical-functional grammar: A formal sys...»

«Книга. Книгоиздание. Книгораспространение. Читатель М.В. Соколов Политическая и издательская деятельность Сергея Маслова в эмиграции в 1921—1924 гг. Лидер созданной в 1920 г. группы "Крестьянская Россия" Сергей Семенович Масло...»







 
2017 www.doc.knigi-x.ru - «Бесплатная электронная библиотека - различные документы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.