WWW.DOC.KNIGI-X.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Различные документы
 

Pages:   || 2 | 3 |

«Материалы конференции «Понимание в коммуникации – 4» ISBN 978-5-243-00285-1 УДК 316 ББК 60.524 Э94 (с) Авторы тезисов и докладов Содержание Предисловие – 3 Тезисы – 4 Тексты докладов, авторы ...»

-- [ Страница 1 ] --

Кафедра массовых коммуникаций

Институт языкознания РАН

Материалы конференции

«Понимание в коммуникации – 4»

ISBN 978-5-243-00285-1

УДК 316

ББК 60.524

Э94

(с) Авторы тезисов и докладов

Содержание

Предисловие – 3

Тезисы – 4

Тексты докладов, авторы которых участвуют в конференции заочно – 73

Сведения об авторах – 88

Примечания – 94.

Предисловие

Конференция «Понимание в коммуникации» проводилась уже три раза: в 2003г – в МГГИ

(и), в 2005 и 2007 гг. в НИВЦ МГУ. Она задумывалась как междисциплинарная: свои соображения о механизмах понимания и возможностях их оптимизации высказывали психологи, лингвисты, педагоги, специалисты по компьютерной наук

е. Среди затрагивавшихся тем – вопросы обучения пониманию на родном и неродном языках, компьютерное моделирование понимания и способов его оптимизации, культурные аспекты понимания (межкультурная коммуникация, понимание художественных текстов), понимание и воздействие рекламных сообщений и ряд других проблем.

В частности, затрагивались вопросы понимания юридических текстов, понимания интимных текстов – дневников, воспоминаний, понимания при общении с представителями коренных народов Севера.

В конференциях принимали участия преподаватели вузов из Финляндии, Украины, Узбекистана, из многочисленных городов России, научные сотрудники институтов Академии наук, отраслевых НИИ, работники ряда фирм и учреждений.



Конференция, в соответствии с пожеланиями участников, стала постоянным форумом исследователей разных специальностей, организуемым раз в два года.

В 2009г. конференция проводится в Московском городском педагогическом университете.

Наряду со ставшими уже традиционными темами в поле зрения попали социальные аспекты коммуникации, юридические и редакторские проблемы. В числе подавших заявки – несколько учителей средних школ, представители рекламных агентств, сотрудники органов правопорядка, ученые из шести академических НИИ, из множества вузов более чем пятнадцати городов России.

Помимо докторов и кандидатов наук есть немало сообщений аспирантов и даже студентов (в соавторстве с научными руководителями).

В связи с широким распространением электронных носителей было принято решение издать материалы конференции в электронном виде с размещение в Интернет на сайте МГПУ. По итогам конференции планируется осуществить также публикации в виде сборника или альманахов.

Замечания просим посылать на адрес сайта www.mgpu.ru Тезисы Т.З. Адамьянц Коммуникативные механизмы понимания в семиосоциопсихологии Семиосоциопсихологическая парадигма дает новые возможности понимания коммуникационных процессов. В ее основе лежит представление об интенциональных (мотивационно-целевых) первопричинах общения и взаимодействия людей.

Любой целостный, завершенный коммуникативный акт (по Дридзе, текст), реализованный в любой знаковой системе (это, например, может быть и газетная статья, и телепередача, и стихотворение, и компьютерная игра, и мультфильм), в рамках данной парадигмы можно условно представить в виде структуры иерархических коммуникативно-познавательных программ, ориентированных на интенциональную (мотивационно-целевую) доминанту, которая и “вызвала к жизни” данный коммуникативный акт, определила его специфику: жанр, содержание, форму, художественные особенности и т.д. Общеизвестное понятие “интенция” в рамках данной парадигмы уточнено: это “равнодействующая мотивов и целей коммуникатора”, а процесс ее выделения в тексте операционализирован.





Возможность выделения в рамках целостного, завершенного коммуникативного акта коммуникативно-познавательных программ, ориентированных на интенцию и связанных между собой по принципу иерархичности (главные, второстепенные, третьестепенные и т.д.), позволяет доказательно выявлять интенцию, даже в тех случаях, когда она скрывается, например, при попытках манипулирования, или же – когда она “непроявлена”, непонятна или не совсем понятна, даже самому автору: художественное творчество, как известно, преимущественно интуитивно.

Момент операционализации несет в себе, к тому же, возможность повторяемости эксперимента, что является непременным условием релевантности выводов.

Мотивационно-целевая доминанта, или интенцональность, и есть то самое главное, что хотел сказать, передать, выразить автор; это тот искомый результат, к которому он стремился, вступая в коммуникацию, причем с учетом и осознанных целей, и не всегда осознаваемых мотивов.

Поэтому постижение интенциональности (произведения, выступления и т.д.) – это поиск смысла, а поиск смысла – это поиск интенциональности.

Л.Б.Агрба, А.А.Котов

Роль формальных и содержательных свойств знака в формировании понятий Про формировании новых понятий в повседневной жизни человек редко располагает полным набором необходимых для этого условий. Так иногда категоризация сопровождается регулярной сменой знака, когда одни и те же объекты в разных ситуациях называются по-разному.

Кроме того, нередко название объекта, если оно выступает обратной связью (как, например, в случае развития детской речи в коммуникации со взрослым) подается в разное время после восприятия человеком объекта и, тем самым, затрудняется связь релеватных свойств объекта с названием категории. Также из-за комплексной структуры окружающей среды и динамического характера восприятия человек часто имеет дело не только с выделением релевантных признаков среди нерелевантных, но и отбором объекта подпадающего под категорию, от некатегоризуемых объектов, связанных с ним ситуативно.

Почти все основные закономерности формирования понятий, открытые в психологических исследования получены в условиях, в которых нет вышеперечисленных затруднений. Так в большинстве работ испытуемый получает объекты, которые однозначно подпадают под одну из заданных категорий, знак (обратная связь) подается сразу после восприятия одного из объектов, и тем более, знак никогда не меняется на другой.

Если в реальной ситуации коммуникации между людьми нарушаются эти основные условия формирования понятий, то насколько объективными можно считать классические и современные закономерности формирования понятий?

В наших исследованиях мы создавали такие условия для формирования понятий, которые были бы похожи на затруднения, встречаемые в повседневной коммуникации. Испытуемые участвовали в классической процедуре формирования понятий, однако при этом варьировались такие переменные как постоянство знака (оставался ли он одним и тем же до конца формирования или регулярно менялся); задержка во времени подачи знака после предъявления объекта категоризации; количество некатегоризумых объектов, находящихся среди категоризуемых.

Мы предполагали, что в психологическом отношении существуют базовые процессы формирования понятий, и также существуют вспомогательные процессы, позволяющие нивелировать обозначенные нами объективные затруднения.

В настоящее время мы располагаем данными, что одни затруднения легко поддаются коррекции, другие же сильно мешают формированию понятия. Мы также знаем в каких условиях одни и те же затруднения будут в большей степени мешать, а в каких их влияние будет компенсировано дополнительными концептуальными процессами. Также нам известны некоторые закономерности касательно сочетания этих затруднений на общий процесс формирования понятий.

Одним из следствий наших исследований может быть то, что в результате мы можем поновому взглянуть на развитие детских понятий в онтогенезе. Традиционный взгляд на этот процесс заключается в том, что существуют формы обобщения, характеризующие определенный возраст (Выготский Л.С., Keil F., Carey S.). Эти формы обобщения представляют собой правила выделения значимой информации из имеющейся в наличии. Однако, как видно из наших результатов, в реальной жизни выделение значимой информации подготавливается и сопровождается большим количеством компенсаторных механизмов, настраивающих базовые процессы формирования понятий. Таким образом, мы можем предполагать соответствующие онтогенетические закономерности, касающиеся активности человека по созданию наиболее удобных условий для понимания окружающего мира через коммуникацию.

Я.Э.Ахапкина

Тактика «частичного понимания» при восприятии речи взрослого ребенком до трех лет (семантика времени) Исследование выполнено при поддержке Фонда Президента РФ: грант МК-1340.2008.6 «Семантика времени на ранних этапах речевого развития (на материале русского языка)» и грант НШ-1335.2008.6. («Петербургская школа функциональной грамматики»).

В докладе предполагается проследить, как русскоязычный ребенок на ранних (активных, в возрасте полутора-трех лет) этапах освоения речи реагирует на эксплицитные (лексические и грамматические) показатели времени в спонтанной обращенной к нему речи взрослых разных типов и жанров (как в рутинных, стандартизованных ситуациях, так и в свободном эпизодическом общении), в диалогах взрослых (осуществляемых в присутствии ребенка) и в читаемых ему литературных текстах, а также как он интерпретирует эллипсис этих показателей в высказывании.

Особый интерес представляют случаи потенциально двойственной или множественной трактовки временного плана высказывания и ошибки / сбои в понимании выражаемой в нем семантики времени (в том числе приводящие к коммуникативной неудаче). Анализируются вербальные реакции ребенка на реплику взрослого и собственно детские высказывания, не инициированные репликой-стимулом в диалоге «взрослый-ребенок».

Материал исследования состоит из 2 блоков. С одной стороны, это полевые записи (дневник автора объемом свыше 200 страниц печатного текста, фиксирующий речь одного ребенка до 2 лет) и расшифровки аудио- и видеозаписей речи взрослых, обращенной к детям в возрасте до трех лет (всего 11 детей, 26 взрослых). С другой стороны, это опубликованные родительские дневники других исследователей: А. Н. Гвоздев. От первых слов до первого класса: Дневник научных наблюдений. Саратов, 1981; От нуля до двух: Дневниковые записи.

СПб., 1997; От двух до трех:

Дневниковые записи. СПб., 1998, Две девочки: Соня и Надя. СПб., 2001. Кроме того, использовался дневник к.ф.н. Е. А. Офицеровой (рукопись) и представленные в системе CHILDES записи речи Вари Протасовой. В ходе исследования изучена речевая продукция 16 детей.

Показатели времени в высказывании взрослого на ранних этапах развития речи попадают в фокус внимания ребенка сравнительно редко, и высказывания, направленные на уточнение этой (только косвенно опирающейся на непосредственное восприятие в момент речи) семантики, появляются в детской речи достаточно поздно (по сравнению с уточнением более конкретной пространственной, размерной или цветовой семантики).

Не понимая временных маркеров, при восприятии высказывания взрослого ребенок пользуется одной из следующих речеповеденческих техник: 1) игнорирование непонятного компонента, 2) произвольное (в том числе ошибочное) его толкование и продолжение диалога с опорой на это толкование, 3) переспрос, 4) уточнение (обращенная к собеседнику просьба объяснить смысл неясного элемента), 5) повтор (в том числе вариативный или сопровождаемый собственным метаязыковым комментарием), 6) исправление ребенком реплики взрослого (предложение понятного варианта) или детская самокорректировка.

Тактика «частичного понимания» основана на избирательной фокусировке внимания при восприятии текста и сравнительном равнодушии к непонятным (незначимым для слушающего) фрагментам. При этом значимость игнорируемого или неверно трактуемого элемента для говорящего и слушающего может быть различной. Коммуникация при использовании такой тактики может быть как сравнительно успешной, так и абсолютно неудачной.

И.А.Баринова

О некоторых закономерностях построения и осознания текста разговорной речи В настоящее время особый интерес для изучения представляют материалы тех возникших в последнее время направлений, которые ориентированы на изучение функционирования языка в реальной разговорной практике. Прежде всего это относится к исследованию так называемой разговорной речи (РР).

Однако, несмотря на достаточную разработанность целого ряда вопросов, связанных с особенностями лексического, морфологического и синтаксического строя РР, в исследовательской практике мало работ, посвященных изучению смысловой структуры текстов РР, а также закономерностям их построения и осознания. Необходимость подобного исследования объясняется и тем фактом, что при порождении текстов такого типа образуются достаточно простые, «базовые»

речевые структуры, проясняющие в некоторой степени механизмы текстопостроения и текстовосприятия вообще, а также показывающие динамику развертывания текста говорящим.

Нами исследуются особенности реализации основных свойств текста - цельности и связности – при построении текстов разговорной речи как текстов, не имеющих той степени развернутости и структурированности, которой обычно требуют и которой обладают тексты, являющиеся объектом описания современной «нормоцентрической» лингвистики текста (Сахарный 1987).

В основе единой стратегии построения развернутого текста на кодифицированном литературном языке (КЛЯ) и текста РР оказывается цельность как инвариант содержания текста.

Это содержание может быть реализовано не только в данном тексте, но и в ряде других текстов, в чем-то похожих, близких с данным. Именно цельность определяет смысловую структуру теста, поэтому наиболее адекватным способом исследования смысловой структуры является подход со стороны цельности как глубинной имплицитной характеристики, а не со стороны связности как синтагматической эксплицитной характеристики текста.

Поскольку одна и та же цельность, хотя бы инвариантно, может быть реализована в разных текстах определенной парадигмы, то на базе цельности всегда возможна перифраза, то есть построение другого текста, в известном смысле синонимичного данному тексту (ср. замечание Р.

Якобсона о одинственной возможности дать толкование – это создать другой текст. – Якобсон 1985). Таким образом, единственная возможность вербальной передачи значения – это построение нового текста-перифразы.

Т.В.Белошапкова

Фреймы, передающие категорию аспектуальности, и их понимание Современная русская аспектология – это межуровневая категория, включающая в себя и морфологию, и лексику, и синтаксис.

Когнитивный подход (когнитивно-дискурсивная парадигма лингвистического знания [Кубрякова 2004, 2004а]) позволяет увидеть, что для передачи категории аспектуальности используется несколько фреймов: поверхностный синтаксический, поверхностный семантический, тематический. Фрейм понимается нами как структура данных, представляющих (стандартную) типическую ситуацию, которая может включать в себя либо один эпизод, либо несколько эпизодов, то есть быть как моноситуативной, так и полиситуативной. Поверхностный синтаксический фрейм является моноситуативным, а поверхностный семантический и тематический полиситуативными (подробнее см. [Белошапкова 2007]).

Для понимания разных типов фреймов используются разные механизмы, так как модификаторами ситуаций выступают разноуровненвые средства, включая текстовые образования.

Механизм понимания поверхностного синтаксического фрейма строится на вычленении модификатора из аспектуально модифицированной пропозиции (модификатор - разноуровневые средства).

Механизм понимания поверхностного семантического фрейма строится на вычленении модификатора из аспектуально модифицированной ситуации, у которой отсутствуют признаки начала, продолжения, конца (подробнее см. [Чейф 1983]) (модификатор - предикативно оформленная пропозиция).

Механизм понимания тематического фрейма строится на вычленении модификатора из аспектуально модифицированной ситуации, которая обладает признаками начала, продолжения, конца. Здесь модификатором выступает большой круг средств: наречия, предложно-падежные сочетания, синтаксически связные сочетания, словосочетания, а также семантические параметры употребляемой лексики (высокая интенсивность). Также в роли модификатора может выступать и позиция говорящего.

Л.П. Бельковец

Понимание в парадигме познавательной активности Понимание как объект изучения представляет значительный интерес, является очень сложным и зависит от множества факторов. Мы ограничим рассмотрение понимания как продукта интегрального лингво-психо-физио-логического механизма познавательной активности, обеспечивающего готовность субъекта к жизнедеятельности в быстроменяющейся информационной среде, его развитие и саморегуляцию. Таким образом, познавательная активность является условием эффективности, экономичности, экологичности и эргономичности понимания.

Быстроменяющаяся информационная среда предъявляет постоянно усложняющиеся требования к пониманию (к таким его характеристикам как полнота, адекватность, глубина, динамичность).

Для формирования выделенных характеристик понимания необходимы специальные условия, обеспечивающие формирование динамичного интегрального лингво-психо-физиологического механизма. Такие условия можно представить в виде треугольника, меняющего свое положение в пространстве в зависимости от стоящей в данный момент перед человеком цели.

Стороны треугольника образуют психологическое, лингвистического и логическое содержание информационной среды. Моделью, обеспечивающей необходимое содержание для формирования понимания, является система «Текст-чтение-человек». Эта модель включает, таким образом, лингво-психо-физио-логическое содержание как условие развития/саморазвития познавательной активности в новой образовательной среде. При этом понимание является составной частью и целью познавательной активности. Модель включает уровни понимания как компонента познавательной активности: перцептивный уровень (усвоение естественного языка – адекватность понимания), речемыслительный уровень (понимание – речь, глубина логико-семантического содержания), смысловой уровень (отношение – характер, динамика процессов в установлении связей и отношений между прошлым, настоящим и будущим).

Формирование интегрального механизма понимания осуществляется в процессе различных видов чтения: скорочтение (информационное содержание), рациональное чтение (логикосемантическое содержание), профессионально-ориентированное чтение (смысловое содержание) при постановке двойной задачи: «Читать текст, чтобы понять его содержание. В процессе чтения выполнить одну из следующих логических операций: подчеркивание, выписывание, классификация, трансформация, эквивалентные замены». Выполнение данных операций с языком, речью, смысловым содержанием текста позволяет, не разрушая триединства его содержания,формировать язык как «средство речевой деятельности», речь как «способ формирования и формулирования мысли» в условиях операционального усложнения, т.е.

интенсификации процессов усвоения, понимания и отношения как компонентов познавательной активности.

В «Учебно-научной лаборатории развивающих технологий» ИНОТИ РГГУ под руководством автора «Лингво- психо- физио- логической концепции развития и саморегуляции субъекта в новой образовательной среде» заведующей лабораторией доцента, кандидата психологических наук Л.П.Бельковец в течение десяти лет изучается познавательная активность на разных уровнях, ее компоненты: усвоение, понимание и отношение с применением психолингвистического, физиологического и логического анализа. Для диагностики используется аппаратура МЧС России (экспресс-диагностика состояний), аппарат МДМ, позволяющий осуществлять съем биоэлектрической активности мозга.

И.М.Беляков

Восприятие и интерпретация баннерной рекламы Интернета Одной из главных сфер, где с помощью функционирования в едином графическом пространстве изображения, слова и звука решаются прагматические задачи восприятия и понимания, является реклама. Особое место среди всех видов современной рекламы занимает формирующаяся особая поликодовая система – система Интернет-рекламы. В теории информации понятие информации принято трактовать как уничтожение неопределенности, незнания и замену их определенностью, знанием. Другой постулат теории информации утверждает, что наибольшим количеством информации обладает событие наименее вероятное, то есть менее всего ожидаемое.

Избыточность информации, то есть повторяемость знаков с целью уменьшения искажений информации при передаче ее по тем или иным каналам, является обязательным свойством источника информации, потому что при нулевой избыточности любая помеха, любой информационный шум могут привести к ошибке в восприятии сообщения. Для социальной и эстетической информации с понятием избыточности связаны такие ее существенные качества, как ее надежность, адекватность и оптимальность ее восприятия. Если степень избыточности социальной или эстетической информации слишком велика, то сообщение содержит мало нового.

Креолизованные поликодовые тексты баннерной рекламы, воздействующие на зрительные и слуховые органы человека, достигают желаемого результата в большем проценте случаев. Однако эти новые стратегии в силу определенной навязчивости подчас вызывают противоположную реакцию – желание отключить анимированный всплывающий баннер. Благодаря наличию в баннере различного рода эмоционально-эстетической информации, сидящий перед экраном компьютера человек получает информацию не только из семантического сообщения, но и из языка изобразительных и выразительных средств аудиовизуального сообщения. Именно за счет этого информационная насыщенность в аудиовизуальном произведении достаточно высока.

Поликодовость и интерактивность современной не статичной баннерной рекламы позволяет многим производителям решать стоящие перед ними задачи и достигать необходимую цель средствами креолизованного текста.

Е.В.Бешенкова

Правила идеальные и правила реальные Выход в свет нового академического справочника "Правила русской орфографии и пунктуации..." еще раз показал глубокую заинтересованность общества в создании безупречных правил. Однако очень часто одни и те же пункты правил получали противоположные оценки, поэтому встал вопрос о том, что такое безупречные правила, какие требования к правилам разумно предъявлять.

В докладе будут рассмотрены следующие вопросы:

1. Должны ли быть правила исчерпывающе полными? Например, нужно ли пополнять список корней с чередованиями корнями: сед/сид, крап/кроп, леп/лип, вес/вис, лег/ляг, ста/сто(й), щеп/щип и др.

2. Когда можно говорить о правиле? Какой процент материала должно описывать правило, чтобы его имело смысл формулировать? Существование правил, охватывающих чуть более 50% материала, необходимо для формирования будущего нашей орфографии.

3. Требования к формулировкам отдельных правил?

1) адекватностью (Формулировка правила должна охватывать весь тот материал, который подпадает под название правила, и только его;

2) непротиворечивость;

3) терминологическая точность, с учетом особенностей употребления терминов фонетики, морфологии и словообразования в орфографии;

4) полнота списков исключений;

5) разделение необходимого и добавочного материала.

Проведенный анализ показал, что безупречных по всем критериям справочников по орфографии нет. С одной стороны, цели у справочников могут быть разные, поэтому они могут отличаться и по полноте и по формулировкам. С другой стороны, до сих пор в орфографии не требовалась терминологическая точность, поэтому действительно много может быть претензий к правилам именно с этой стороны.

М.А.Богатырёва

Обучение межкультурному пониманию в иноязычной коммуникации Изучающие неродной язык соприкасаются с огромным потенциалом, который несёт другая культура, – социокультурными знаниями. В разных источниках мы находим различные толкования социокультурных знаний. В материалах Совета Европы данная категория представлена как опыт познания культуры страны изучаемого языка и отделена от категории знаний о мире [1]. По мнению J. van Ek, социокультурные знания помогают а) избежать ошибок при выборе определённых лингвистических форм и интерпретации значимых высказываний; б) правильно улавливать момент передачи инициативы в ходе коммуникации [2].

Г. Нойнер связывает процесс социального взаимодействия с процедурными знаниями и пониманием вербального поведения инокультурного собеседника [3]. Для отечественной методики преподавания иностранных языков (ИЯ) принципиально важное значение имели идеи российских учёных о том, что реалии страны изучаемого языка, национальные стереотипы общения имеют языковое обозначение. Создание лингвострановедческой теории фонов (Е.М. Верещагин, В.Г. Костомаров) отчасти объясняет позицию российских исследователей, в которой акцент ставился на раскрытии за-текстовой социокультурной реальности, пропущенной через языковое сознание носителей языка.

Вместе с тем, было бы ошибкой сводить значение социокультурных знаний к познанию культуры через лексические единицы, с помощью которых обозначается за-языковая действительность. Чтобы достичь понимания новой культуры, приблизиться к иному мировоззрению, недостаточно усвоения лишь фоновых знаний – плана выражения языковых явлений (формы слов). Необходимо усвоение и плана содержания – новых представлений о явлениях инокультурной среды, то есть концептуальной картины мира, лежащей в их основе. На этом основании В.В. Сафонова создаёт модель социокультурной компетенции, вкладывая в это понятие более широкий смысл, чем эксперты Совета Европы [4]. Обучение межкультурному пониманию должно быть связано со становлением стереотипов восприятия системы ценностей, ментальности, нравов и этикета народа страны изучаемого языка. Исходя из вышеизложенного, представляется возможным выделить в составе социокультурных знаний лингвострановедческие и страноведческие знания. Последние должны объединять в себе энциклопедические и фоновые знания – культурные реалии, паралингвистические средства, социокультурный фон иноязычного общения [5].

Ссылки на литературу:

1. Common European Framework of reference for language learning and teaching. Draft 1. – Strasbourg: Council of Europe, 1993. – P. 37-38.

2. J. van Ek. Objectives for foreign language learning. Volume 1. Strasbourg (Calif): Council of Europe, 1986. – P. 60.

3. G. Neuner. The role of sociocultural competence in foreign language learning and teaching / Sociocultural competence in language learning and teaching. - Strasbourg: Council of Europe. – 1997. – Р.

77.

4. В.В. Сафонова. Социокультурный подход к обучению иностранным языкам. – М.: Высш.

шк.: Амскорт интернэшнл, 1991. – С. 29-30.

5. М.А. Богатырёва. Социокультурный компонент содержания профессиональноориентированного учебника (англ. яз., неязыковой вуз): Дис. … канд. пед. наук. – М., 1998. – С. 63.

В.Н.Болдырихина

Некоторые приемы для улучшения понимания содержания учебного материала студентами В коммуникации между преподавателем и студентом рождается специалист, формируется профессиональная компетентность обучающегося, а также развивается, оттачивается профессиональная компетентность преподавателя. Это происходит в процессе адекватного понимания содержания учебного материала дисциплины, посредством которого передается весь теоретический и практический опыт предшествующих поколений, сделавших свой вклад в развитие данного направления науки. И здесь важно не только содержание учебного предмета как области науки, но и правильный выбор способа его изложения, что предполагает совершенствование форм и типов речевой коммуникации.

Мы полагаем, что работа над повышением эффективности речевой коммуникации преподавателя и обучающихся должна носить системный характер, выражающийся, в частности: 1) в поиске и применении инновационных методов обучения, предполагающих рефлексию, развитие познавательных процессов, личностных качеств, пополнение словарного запаса и повышение культуры речи; 2) в создании определенных условий, в которых бы оптимально «работали» данные методы; 3) в непрерывной работе над причинами снижения эффективности применения инновационных методов.

Так, например, для интенсификации общения можно использовать следующие современные способы обучения: исследовательский метод, развитие критического мышления, обучение на основе кейс-метода, организация самостоятельной работы, групповая дискуссия, интерактивные игровые технологии, развитие креативности и др.

Условия, в которых наиболее эффективно применение данных методов, должны быть коммуникативно развивающими, в частности, необходимо сделать все возможное для воспитания чувства удовольствия от коммуникации в процессе обучения и самообучения.

Устранение причин снижения эффективности применения инновационных методов, - это, например, развитие внимания, памяти, толерантности, а также работа над дикцией, как со стороны студентов, так и преподавателя, совершенствование структуры подачи учебного материала и т.д.

М.А.Бочарникова

Учебные речевые ситуации на уроках иностранного языка как средство формирования речевых умений у младших школьников Владение иностранным языком стало необходимым условием полноценного существования человека в современном обществе. Большое внимание уделяется раннему обучению иностранному языку. Особенностью данной учебной дисциплины является то, что иностранный язык выступает одновременно не только средством, но и целью обучения. Овладение языком предполагает формирование у детей коммуникативной компетенции – способности решать средствами иностранного языка актуальные задачи общения из бытовой, учебной и культурной жизни.

Наименьшей единицей общения выступает речевой акт (проявление речевой деятельности).

Дж. Р. Серль разделяет речевые акты на иллокутивный (производство конкретного предложения в определённых условиях), локутивный (произнесение) и перлокутивный (воздействие речевого акта на собеседника).

На уроке иностранного языка в начальной школе преобладают следующие виды иллокутивных речевых актов: декларативы (объявления); констативы (утверждения);

репрезентативы; интеррогативы (вопросы); директивы (побуждение к действию); пермиссивы (разрешения); сатисфактивы (благодарности, сожаления).

Речевые акты в учебной деятельности реализуются в ходе учебно-речевых ситуаций, которые представляюшие собой совокупность речевых и неречевых условий, задаваемых учащимся, необходимых и достаточных для того, чтобы учащийся правильно осуществил речевое действие в соответствии с намеченной педагогом коммуникативной задачей.

Проблемы, возникающие при организации учебно-речевых ситуаций на уроках иностранного языка в начальной школе, и пути их решения:

1) ограниченный словарный запас, который предполагает тщательное продумывание учебноречевых ситуаций и формирование у учащихся стратегической компетенции;

2) отсутствие умения выполнять учебные задачи в парной и групповой работе, неумение построить диалог, что предполагает работу по формированию соответствующих умений (учебной компетенции).

А.Е.Бочкарев

В поисках единой модели значения Современный этап в развитии науки о языке характеризуется «внутринаучной рефлексией»

об объекте и методах его представления в металингвистическом описании. В соответствии с исконно семантическим кругом проблем семантике в таком случае предстоит ответить главным образом на вопрос, как зависит от типа знания формат толкования.

Общепринятого универсального ответа на этот вопрос не найти, зато можно понять, на каких знаниях строится всякий раз анализ значения и, что не менее важно, как приводится значение в соответствие с металингвистическим знанием. Даже при беглом рассмотрении нельзя, в самом деле, не отметить, как меняется с научной парадигмой формат знания, а вместе с ним и способы представления значения. В аналитической философии значения-знания задаются в терминах пропозициональных установок, в теории речевых актов – в терминах конвенциональных процедур и интенциональных состояний, в когнитивной семантике – в терминах схем повседневного опыта, прототипов, социальных стереотипов, фреймов и идеализированных когнитивных моделей, в интерпретирующей семантике – в терминах социальных норм, топосов и т. п.

В каких бы терминах не представлялось знание, все модели значения сходятся в главном:

знания суть необходимые условия понимания, но отличаются существенным образом по способу форматирования знания в толковании. На манер гоголевской невесты тут можно, конечно, попытаться определиться в своих предпочтениях или, что лучше, вообразить такую модель, в которой сочетались бы по принципу дополнительности наиболее привлекательные стороны разных подходов к значению.

Такой моделью может быть с очевидностью только модель, построенная на принципах эпистемологического консерватизма – модель, которая «позволяет в максимальной степени сохранить запас знаний, добытых в ходе познания явлений определенного порядка» и в которой во внимание принимается по возможности «максимальное число различных методологических подходов» (С. Ору).

–  –  –

Понимание речевых аномалий Аномалия – отклонение от наиболее ожидаемых параметров речевого поведения.

1. Намеренное/ненамеренное употребление аномалий.

К нарушениям ожиданий могут быть отнесены как ошибки, так и случаи игры/экспрессии. В то время как игра – сознательное, контролируемое нарушение норм, при котором понимание речи прогнозируется говорящим, ошибка – невольное нарушение нормы, понимание в этом случае не прогнозируемо. Аномалии в ошибках раздражают, а игра нравится: это реакция на достаточное/недостаточное внимание, уделяемое прогнозу.

Альтернативная орфография – это намеренное нарушение правил, поэтому её можно отнести к игровому поведению, а не к ошибочному. Многие ненамеренные нарушения в разговорной речи друг друга носители языка не склонны считать ошибками (например, постпозицию прилагательного, употребление номинатива вместо других падежей), в то время как употребление, скажем, локатива вместо винительного падежа в речи иностранца – это коммуникативно нерелевантная ошибка. Очевидно, что для разговорной речи в каждом языке существует некодифицированная система правил, проявляющаяся как механизм определения вероятности нарушения того или иного параметра. Работу этого механизма упрощённо моделируют поисковые системы: например, Яндекс на запрос «афтар» даёт «Вы, наверное, имели в виду «аффтар», а на «афтор» даёт соответственно наиболее вероятный вариант «автор».

2. Коммуникативно релевантное/нерелевантное употребление аномалий.

Отсутствие ошибок на более низких уровнях позволяет без проблем переходить к более высоким (так, акцент в грамматически более правильной речи иностранца осознаётся как заметная аномалия, в то время как аграмматизм в разговорной речи носителя языка просто не замечается).

Вероятно, коммуникативно релевантные ошибки возникают в тех случаях, когда говорящий ошибается в прогнозе понимания его речи.

А.Б.Бушев

Комическое, вызванное расхождением плана выражения и плана содержания – «семасиологическое» комическое (остроты, ирония и т. д.) Пародирование, аллюзия, языковая игра с прецедентными текстами, интертекстуальность, цитирование – случаи, относящиеся к этому кругу явлений.

Избит старый анекдот о расхождении между смыслом и значением:

В гостиничном номере встречаются русская, англичанка, француженка. (странно и несовременно). Утром, проснувшись, француженка обнаруживает пропажу туфель. Она не говорит по-русски, но владеет английским. Англичанка говорит немножко по-русски и пофранцузски. Русская не знает ни одного языка, кроме русского (весьма симптоматично).

Француженка просит англичанку спросить русскую, не надела ли она по ошибке ее туфли, на что русская отвечает «здравствуйте, я ваша тетя!» Англичанка переводит: «Она здоровается и говорит. Что она ваша тетя» Француженка возмущается : «У меня никогда не было родственников в России. Пусть вернет мне мои туфли». После перевода англичанки русская отвечает: «Очень нужны мне ее туфли». Англичанка переводит: «Ей очень нужны ваши туфли».

Француженка обескуражена: «Но они нужны и мне». После перевода русская парирует: «Хрен я ей верну». И дается перевод: «Она говорит, что взамен даст какой-то овощ»

Смысл и значение всегда вызывали интерес филологов:. «Метафизические» вопросы:

что такое смысл вообще и что такое значение вообще, где и по каким законам они существуют, - к ним в конце концов приводит изучение семантики различных языков независимо от рамок выбранной концепции», - писал Г. И. Богин. Близко к этому находятся импликации, перенос языковых знаков. Какие смыслы, например, стоят за фразой «Если хочешь собирать мед, не опрокидывай улей?!

Гротеск, гипербола, ирония, сарказм, метафора – основные средства сатирической публицистики.

Ирония являет собой подразумевание прямо противоположного. Она возможна и на уровне микротекста: Какая ты чи-истая. Хорошая погодка-с. Нормально средние способности, человек хороший

Языковые средства иногда указывают на подразумеваемое:

Секретарь обкома звонит председателю колхоза:

Иван Никифорович, как у тебя с урожаем?

- Хреново.

- Да ты не приукрашивай! Говори, как есть.

Ирония выступает как прием:

«Я знаю Русь и Русь меня знает. Потому и говорю это…» - говорит один из героев Достоевского. Какой смысл выстраивается уже после этой фразы?!

Ирония «отталкивается» от рефлективной реальности. В. Аксенов описывает американский театр: «Зрительный зал и сцена в этом театре очень были похожи на какой-нибудь клуб или дом культуры в СССР, и иногда под звуки гопака или молдованяски взгляд невольно начинал искать лозунг «Решения пятидесятого съезда партии выполним!»

Ирония может выражаться стилизацией: «Слышу умолкнувший звук божественной ждановской речи и Старой площади тень чую смущенной душой»

Импликации – один из наиболее интересных аспектов проблемы «смысл и значение».

В программе КПРФ о работе с интеллигенцией сказано: Но с ними нужно и работать поновому. Искать нетривиальные методы убеждения. Ведь образованные головы не терпят казенщины и начетничества. А наша пропаганда грешит этим до сих пор. Интеллигент часто боится организации. Следовательно, нужно искать новые формы работы с ним». Следовательно, все другие головы вполне потерпят начетничество.

Все вышеуказанное актуально для теории понимания и интерпретации сложных текстов.

И.И.Валуйцева, Г.Т.Хухуни

«Делакунизация» текста как переводческая проблема При чтении (/и переводе) иноязычного текста одним из наиболее существенных «камней преткновения», затрудняющим его восприятие и передачу, является возможное наличие в нём так называемых лакун, природа которых может быть различной. Представляя собой наиболее яркие проявления национально-культурной специфики, лакуны традиционно рассматриваются как своего рода точки соприкосновения собственно языковых и лингвокультурных аспектов межъязыковой коммуникации. Соглашаясь с этим в принципе, считаем целесообразным отметить, что в зависимости от конкретных типов представленных в исходном тексте лакун данное соотношение может существенно варьироваться. Лакуны собственно лингвистические, вызванные несходством языков, играют важную роль в самом процессе восприятия / передачи исходного текста, а в определённых случаях могут существенным образом влиять на особенности его рецепции. Однако попытки их собственно культурной интерпретации, порой имеющие место в специальной литературе, до настоящего момента носят в значительной степени искусственный характер (ср.

соотношение категории рода в русском, английском и грузинском языках).

Этнографические лакуны, возникающие вследствие отсутствия в данной культуре тех или иных реалий, имеющихся в другой, сочетают собственно лингвистический (лексический) момент с этнокультурным, что делает процесс их «заполнения» при межъязыковой коммуникации достаточно сложным делом, причём выбор конкретного способа определяется, прежде всего, переводческой задачей.

Для собственно культурологических лакун лингвистический элемент характерен в гораздо меньшей степени, хотя он и может иметь место (ср. наличие в исходном тексте таких моментов, как своеобразие присущих соответствующей культуре коллективных стереотипов поведения, различная степень эмоциональной выразительности при общении, специфика оформления определённых типов текстов, и др.). Именно данный тип лакун при межкультурном общении представляет собой гораздо большие сложности при заполнении, чем предыдущие, Именно в данном случае авторыбилингвы при переадресации текста иноязычному читателю стараются прибегать к приёму автоадаптации.

И.Т.Вепрева, Н.А.Купина

Советизмы на газетной полосе: проблемы понимания Функционирование советизмов в газетных текстах наших дней требует многоаспектного, в том числе герменевтического осмысления. Очевидно, что объем культурной памяти россиян в силу разных причин оказывается различным, следовательно, понимание советизмов и их разновидностей зависит от фактора адресата.

Проанализированные нами районные газеты Урала и Зауралья, адресованные читателям, сохраняющим верность ценностям советской культуры и идеологии, воспроизводят свойственную советской газете тематическую сетку, соответствующие тематические и прямооценочные номинации, формульные обороты и метафорические штампы газетно-публицистического стиля советской эпохи. Дублирование советских образцов, их консервация создает у читателя иллюзию «непрошедшего прошедшего» времени, поддерживает мировоззренческие стереотипы, обеспечивает единство лингвоидеологической позиции автора и читателя, однозначность прочтения текста, толкования имеющихся в нем советизмов и присущих им коннотаций.

В газетах, адресованных читателям с деидеологизированным, десоветизированным типом сознания, советизмы регулярно используются по типу вкрапления. Новоисторизмы, в том числе отдельные слова – бытовизмы, топонимы, урбанонимы, перифразы, утратившие устойчивую связь с опорной номинацией, отдельные идеологемы, обозначающие, например, формы организации общественной и политической работы, переходят в разряд агнонимов и, как показывают результаты анкетного опроса в студенческой аудитории, вне контекста молодыми людьми не опознаются или понимаются не в соответствии со словарными значениями. Отсутствие в газетном тексте специальных разъяснений затрудняет понимание высказываний с новоисторизмами. Дефиниция, сопровождающая советизм, восполняет эпистемическую лакуну и нередко способствует формированию ценностного восприятия обозначаемого.

Забытые советизмы нередко используются журналистами как нестандартные средства экспрессии, рассчитанные на создание актуальных образных аналогий, погруженных в текущие события. В то же время вовлечение советизмов в игровой контекст, их употребление как средств создания иронии без специальных метаязыковых сопроводителей нередко влечет за собой непонимание читателем имплицитных смыслов. Неоднозначно понимаются читателями используемые в газетах прецедентные единицы-советизмы: в сознании адресата утрачивается связь с источником прецедентного знака; не осознаются или неточно интерпретируются культурнофоновые коннотации, идеологические приращения; отсутствуют/ослабевают регулярные в первичном лингвокультурном контексте образные отклики.

Т.О.Гаврилова Понимание как приписывание смысла (ранняя коммуникация взрослый-ребенок) Ранняя коммуникация взрослый-ребенок (до 2 лет) обладает рядом как собственно лингвистических, так и социолингвистических особенностей.

Для речи взрослого, обращенной к маленькому ребенку, характерны такие черты как: усиленные интонационные контуры, местоименные замены (3 л. ед ч. или 1 л. мн. ч. вместо 2 лица ед.ч.), короткие фразы, специфический лексический материал и др. Для обозначения этого явления традиционно используется термин baby talk, введенный Ч. Фергюсоном (в русскоязычных работах используется как этот термин, так некоторые другие: язык нянь, автономная детская речь, регистр общения с детьми).

Baby talk может быть назван регистром в социолингвистическом значении этого слова (языковой вариант, использование которого обусловлено параметрами коммуникативной ситуации). Особенность коммуникации с маленьким ребенком заключается в том, что один из коммуникантов – ребенок – молчит или говорит крайне мало и несовершенно. Необходимость поддерживать коммуникацию, играя за двоих, во многом определяет специфику речи взрослого при общении с маленьким ребенком.

В европейской и англо-американской культурах в коммуникации с младенцем взрослые стремятся интерпретировать все его жесты и вокализации как имеющие смысл, придать им языковую форму (сравнению коммуникации с детьми в разных культурах посвящены работы Э.

Окс, У. Фоли и др.). Отношение к ребенку как к собеседнику, который молчит, но что-то имеет в виду, определяет активное использование в русском baby talk так называемых «скажи-текстов», в которых взрослый говорит от имени ребенка, интерпретируя его речевое или неречевое поведение.

Анализ текстов этого типа дает интересный материал, показывающий, какого рода речевое пространство создает взрослый в коммуникации с ребенком.

К.И.Гагиева

Ценности в психолингвистике Психолингвистика изучает человека, его индивидуальные ценностные представления, а также коллективные ценностные представления групп людей, разделённых по различным признакам. Нас интересует, что важно для людей и какими средствами они выражают свои представления о ценном, т.е. те самые слова-ценности и их характеристики.

Несмотря на большое внимание к проблеме ценности, в ее изучении остаются слабые места.

«В многочисленных исследованиях используются разные концептуальные подходы и, соответственно, разные методики, основанные на разном понимании феномена ценности. В результате полученные данные часто оказываются несопоставимыми. Количество эмпирического материала возрастает лавинообразно, а его теоретическая интерпретация отстает». Действительно, каждая наука рассматривает проблему ценностей со своих позиций. Ниже мы дадим краткий анализ методов, которыми при изучении ценностей пользуются психологи и социологи, и увидим, какие ограничения накладывают на результаты исследований данные научные парадигмы и что раскрывает только психолингвистический подход. «Одно и то же явление может быть артефактом в рамках одной экспериментальной схемы и фактом в рамках другой» [Дружинин 2005: 303].

Как же «измерить» ценностные представления? Психологи называют причины, которыми могут объясняться расхождения между ценностями, декларируемыми и реально побуждающими деятельность человека. «Во-первых, недостаточно устоявшаяся и плохо структурированная система личностных ценностей и/или недостаточно развитая рефлексия не позволяют человеку адекватно определить реальную роль и значимость тех или иных ценностей в его жизни. Во-вторых, значимость тех или иных ценностей может субъективно преувеличиваться или преуменьшаться под действием механизмов стабилизации самооценки и психологической защиты.

Е.А.Гармажапова

Понимание во внутрикорпоративных коммуникациях:

промежуточные итоги исследования Задачи успешного развития и функционирования предприятий и организаций в современной России обращают исследователя социальных процессов к анализу и поиску путей совершенствования такого сложного, многофакторного феномена, как внутрикорпоративная коммуникация.

В качестве методологической базы для исследования процессов коммуникации на промышленном предприятии мы опирались на семиосоциопсихологическую парадигму, единую для анализа любых процессов общения и взаимодействия людей/ При изучении внутрикорпоративной коммуникации нами проведен опрос с использованием семиосоциопсихологических методов и подходов среди целевой группы, с одинаковыми профессиональными и социально-демографическими характеристиками. В результате дифференциации ответов по умению респондентов интерпретировать выделилось три группы по уровню коммуникационных навыков (умению адекватно понимать коммуникатора).

Первый блок вопросов касался корпоративной культуры, принятой на предприятии.

Первая группа, которую мы связываем с адекватным интерпретированием чаще считает главными внутрикорпоративными законами, нормами и т.д. - международный престиж, бизнес, конфиденциальность информации - словом, люди проявляют глобальность мышления. Вторая группа, которую мы связываем с частично адекватным интерпретированием чаще считает главными внутрикорпоративными законами, нормами и т.д. - дресс-код, улыбку, приход на работу вовремя, словом, внешние характеристики. Третья группа, которую мы связываем с неадекватным интерпретированием чаще считает, что таких законов у них нет, или дают странные формулировки, умничают не по делу. Далее, при анализе ответов на вопрос о том, что опрошенные читают, смотрят, также просматриваются закономерности. Первая группа чаще ориентирована на более качественную продукцию СМИ, более критична и требовательна; второй и третьей группам чаще нравится то, что называют массовой культурой. Наше исследование показало необходимость изменения параметров отбора и дифференциации групп специалистов одного уровня, например, для последующего обучения на производстве и т.д.

Е.Н.Геккина

Прогнозирование понимания и метаязыковая рефлексия автора Минимальная доля вопросов, адресованных телефонной Службе русского языка ИЛИ РАН и посвященных содержательному плану высказываний, с одной стороны, и, с другой – высокий процент нарушений лексических норм в текстах СМИ представляют собой проявления одного и того же вида метаязыковой рефлексии, связанного с прогнозированием понимания создаваемого текста.

В широком тематическом спектре метаязыковых реакций автора этот вид рефлексии может быть выделен в категории 1) комментариев, посвященных семантико-функциональным нормам языковых единиц, наряду с 2) графическими (собственно графическими, орфографическими, пунктуационными) комментариями; 3) фонетическими комментариями (о словесном ударении;

произношении звуков и звукосочетаний); а также комментариями, посвященными 4) формообразованию и 5) синтаксическим связям слов. Архивные данные Службы русского языка ИЛИ РАН свидетельствуют о том, что частотность и типологическое разнообразие метаязыковых высказываний (характер вопроса, комментария к вопросу, оценочные суждения о языковом факте) различны; более всего авторы активны при обсуждении вопросов оформления письменной речи и нормативного ударения в словах. Сосредоточенность на точном («верном», «правильном») воспроизведении слова обнаруживает одну из базовых особенностей метаязыкового сознания – отношение к слову как знаку, максимально точному в его внешнем выражении. Восприятие слова как точного языкового знака проявляется и в стремлении к точному знанию его значения (точному знанию обозначаемого предмета) и употреблению в соответствии с лексическим значением, как правило - в рамках двусловного сочетания.

«Точечность» метаязыковых установок влияет на дискретный характер метаязыковой рефлексии, связанной с прогнозированием понимания создаваемого текста.

О.А.Давыдова

Трудности понимания шолоховских текстов М.А.Шолохов познакомил читателя и жизнью особого народа России – донских казаков.

Сейчас многие его тексты нуждаются в комментариях.

Обратим внимание только на несколько слов, связанных с конем. Как известно, казаки были особым военным сословием (этносословной группой), основным делом которого была военная служба, причем казак уходил на службу полностью экипированным и на своем коне. Такой конь назывался служивским (строевым, строевиком). К коню предъявлялись особые требования: конь должен был быть соответствующего роста. Для этого использовали специальный «прибор» кономер 'Мерная палка в виде буквы «Г», которой измеряют рост коня': Через день начался осмотр лошадей. По площади засновали офицеры; развевая полами шинелей, прошли ветеринарный врач и фельдшер с кономером. Тих. Дон,2,ХХI. Слово кономер не отражено ни в одном из русских словарей.

С ростом лошадей связано еще несколько «загадочных» слов в шолоховских текстах.

Писатель несколько раз упоминает двухвершкого и трехвершкового коней: В бричку после первой же кормежки запрягли двухвершкового Христониного коня и Степаного вороного. Тих.Дон,1,V;

Командир бригады на вороном трехвершковом коне, в сопровождении командира полка, подъехал к казакам. Тих.Дон,4, VII. Вершок 'Старинная русская мера длины, равная 1/16 аршина или 4,4 сантиметра'. Но ведь конь не может быть ростом в 9 или 13 см. При измерении роста вершки указывались после обязательных двух аршин (0,71 м.2= 1,42 м.), а строевой признавалась лошадь высотой не менее двух аршин и вершка (1,44 см). Такие сведения иногда указывают в примечаниях в тексту «Тихого Дона»: д в у х в е р ш к о в ы й к о н ь – конь ростом в два аршина и два вешка. В царскую армию казак обязан был явиться со своим конем не ниже двух аршин и полшершка (Шолохов М.А.Собрание сочинений. В 8-ми т. Т.1. М.,1985,с.36), но далеко не всегда.

Примечания с использованием старых метрических единиц не понятны современному читателю.

Подробная информация содержится «Словаре языка Михаила Шолохова» (М.,2005).

Н.М.Джусупов

Cтилистический прием повтора в иноязычном художественном тексте В процессе комплексного лингвистического анализа иноязычного художественного текста немаловажное значение приобретает проблема декодирования семантико-стилистических средств акцентирования. В нашей работе мы рассмотрим проблему стилистического приема повтора как одного из ключевых элементов семантико-стилистического акцентирования концептуально значимой авторской детали на материале англоязычного художественного текста (J.London «White Fang»).

В тексте произведения может наблюдаться акцентирование определенной ключевой авторской детали (в данном случае «meat») с привлечением различных видов стилистического приема повтора:

«… His only food was meat, live meat, that ran away swiftly before him, or flew into the air, or climbed trees, or hid in the ground, or faced him and fought with him, or turned the tables and ran after him» (London J. White Fang. Moscow, 1976. - C. 157).

В предложении отмечена стилистическая конвергенция, т.е. переплетение различных видов повтора для выражения общего смысла: 1) повтор слова meat – …was meat, live meat…; 2) полисиндетон, или повтор разделительного союза or – …or…,or…; 3) повтор однородных членов предложения – повторяются глаголы в форме прошедшего времени (Past Indefinite Tense): … flew…, … climbed…, … hid…, …faced … fought …, …turned … ran.… Повтор слова «fresh» прежде всего усиливает значение символа-детали, также уточняется признак – «live meat». Повтор союза or и однородных членов глаголов в одном грамматическом времени создает ритмичность и общую тональность предложения, раскрывает и уточняет содержание, выражает разнообразие сложных спасительных действий, предпринимаемых жертвами, чьим мясом питается хищник. Повторы в предложении в совокупности способствуют акцентированию смыслов ключевой авторской детали, отражению принципа жизни хищников, заключенной в поисках добычи (мяса), передаче идеи о выживании в жестоком мире Севера.

Таким образом, стилистический прием повтора, используемый в художественном тексте наряду с другими элементами акцентирования, в значительной степени может служить ключевым средством для выделения той или иной концептуально значимой авторской детали. В связи с этим в ходе филологического анализа иноязычного художественного текста следует обращать должное внимание различным видам стилистического приема повтора, подробное рассмотрение которых, как показывают результаты проведенных исследований, способствуют более детальному и всеобъемлющему выявлению текстовой информации, и в целом более глубинному понимаю иноязычного художественного текста.

П.С.Дронов

Особенности употребления одного вида вариантности идиом Цель исследования – анализ такого вида вариантности идиом, как ввод определения в состав идиомы. Была проверена 1000 русских контекстов из Корпуса русской публицистики и Корпуса художественной литературы 60-х–90-х гг. XX в. (разработаны в Отделе экспериментальной лексикографии Института русского языка), Национального корпуса русского языка. Мы исходили из гипотезы Д.О. Добровольского, согласно которой соответствие варианта идиомы речевому стандарту зависит от семантической членимости и семантического согласования (вводимое в структуру идиомы прилагательное не должно вступать в семантическое противоречие ни с ее актуальным значением, ни с образной составляющей) идиомы. Результат, в целом, подтверждает исходную гипотезу.

Лишь в 153 контекстах варианты идиом удовлетворяли условиям семантической членимости и согласования (ср. подобрать нужный ключик, заварить новую кашу). Было обнаружено, что игровых вариантов, где новый компонент совместим только с образом в основе идиомы и приводит к двойной актуализации, в 2,5 раза меньше, чем модификаций, где определение совместимо только с актуальным значением идиомы и указывает на тему и контекст. Ряд модификаций, как контекстно-зависимых (в полном ажуре, наводить хрестоматийный глянец), так и содержащих двойную актуализацию (поставить жирный крест) встречается неожиданно часто и, по-видимому, не воспринимается носителями языка как нечто нестандартное. В основе этих узуализованных вариантов лежит один механизм: нестандартное, запоминающееся употребление идиомы, которое начинает распространяться среди носителей языка – в том числе благодаря публицистике и художественной литературе – и становится все более узуальным.

Г.В.Дьяченко

Символико-экзистенциальный уровень понимания Понимание современной наукой трактуется с методологической точки зрения как семантическая и общефилософская категория, специфический метод гуманитарных наук, отличающий их от естествознания: «Природу мы объясняем, человека мы должны понимать» (В.

Дильтей).

Понимание как исследовательская процедура зависит от развитости общего «смыслового горизонта» носителей языка — от уровня их экзистенциально-гносеологической компетенции:

«Понимание возникает как индивидуальная реализация познавательных возможностей личности»

[3, с. 20]. Очевидно, что понятия коммуникативной компетенции недостаточно для понимания всей бесконечности смыслового поля языковой личности, что подводит к выделению экзистенциальногносеологической компетенции. Это означает признание того факта, что без определенного духовного опыта и смыслового усилия в познании и интерпретации содержание дискурса остается герметичным. Наличие же экзистенциально-гносеологической компетенции соответствующего уровня размыкает герметичность дискурса в бесконечную герменевтику символа.

Интерпретировать символ позволяет символико-экзистенциальный анализ.

Система символов принимает интерпретатора «внутрь себя», настраивая на специфический тип восприятия:

единственный способ контакта с языковыми символами — войти внутрь и дать «словесной стихии сомкнуться над головой» [1, с. 45]. Интерпретация символа связывается с анализом языковой личности.

Согласно Н. Бердяеву, «тайна всякой индивидуальности узнается лишь любовью и в ней всегда есть что-то непостижимое до конца, до последней глубины» [2]. Любовь — вершинный метод филологической герменевтики. Ф. А. Степун считает, что присутствие в восприятии «живых следов такой любви есть, в виду объективной природы любви, единственная возможная гарантия объективности... Всякое требование иных гарантий означает обнаружение методологического дилетантизма» [4, с. 867]. Языковая личность описывается в параметрах коллектива, но личность есть то, что определяется только через самое себя. Языковая личность требует максимально индивидуализирующего подхода, поэтому наиболее приемлемо ее исследование как лингвоэгология.

Истолкование символа должно воссоздать глубинную смысловую сеть автора дискурса, лингвокогнитивный принцип его текстопорождения, экзистенциально-когнитивную модель языковой личности — описать язык как проекцию личности автора. Символико-экзистенциальный анализ раскрывает лингвистическую организацию дискурса как глубинную когнитивную структуру языковой личности.

Литература:

1. Аверинцев С. С. Системность символов в поэзии Вячеслава Иванова // Контекст-1989:

лит.-теор. исслед. — М.: Наука, 1989. — 270 с. — С. 42 – 57.

2. Бердяев Н. А. «Русская идея (Основные проблемы русской мысли XIX и начала XX века)». Автограф // РГАЛИ. Ф. 1496. Оп. 1. Ед. хр. 40. — 151 с., л. 1.

3. Брудный А. А. Психологическая герменевтика — М.: Лабиринт, 2005. — 336 с.

4. Канчер М. А. Языковая личность телеведущего в рамках русского риторического этоса (на материале игровых программ): автореф. дис. на соискание науч. степени канд. филол. наук : спец.

10.02.01 «Русский язык» / М. А. Канчер. — Екатеринбург, 2002. — 14 с.

М.Б.Елисеева

Вопросы как свидетельство понимания/непонимания художественного текста ребенком Специфические особенности детского восприятия: преобладание «практического» плана над «условным» (Ю.М.Лотман), «содействие» (А.В.Запорожец), вера в сказочный вымысел, и др.,– способствуют освоению ребенком специфики искусства, ведут к более глубокому пониманию текста и к осмыслению художественных закономерностей. Эти особенности являются своеобразными спонтанными способами освоения ребенком специфики художественных произведений, второго плана искусства.

Наши данные (результаты дневниковых исследований, интервьюирования и анкетирования) свидетельствуют о том, что к старшему дошкольному возрасту у детей появляются начальные представления о некоторых фундаментальных особенностях художественного текста, необходимых для его понимания: о художественной условности и художественном вымысле, о создателе произведения, о некоторых литературных жанрах, об особом языке художественной литературы, о единстве формы и содержания, об особенностях композиции и героев и о целостности текста.

Вопросы – тот способ проявления содействия, который сопутствует восприятию текста ребенком в течение многих лет. Поскольку в дошкольном возрасте ребенок является «слушателем», а не читателем, вопросы задаются при аудировании. На начальных этапах самостоятельного чтения количество вопросов возрастает, а характер меняется, что обусловлено изменением канала восприятия текста и трудностями, порождаемыми овладением навыком чтения.

Вопросы можно классифицировать: 1) по отношению к времени чтения: прерывающие чтение и отсроченные; 2) по объекту: о содержании произведения и о форме, прежде всего о значении слов.

Е.В.Ермизина

Применение метода мотивационно-целевого анализа в изучении детских программ телевидения Проблема изучения детских программ отечественного телевидения сегодня в наивысшей степени представляется актуальной, так как именно этот вид средства массовой коммуникации в значительной мере формирует мировоззрение современных детей и подростков. И именно эта аудитория в скором времени будет определять этический и нравственный климат российского общества. И от того какие детские телевизионные программы смотрят сегодня дети во многом зависят их формирующиеся социальные и морально-этические нормы и установки, «картины мира»

детской аудитории.

Метод мотивационно-целевого анализа, разработанный в рамках междисциплинарной парадигмы – семиосоципсихологии, позволяет как выделять интенциональность любого коммуникативного произведения, так и сопоставлять особенности «преломления” основных логических и эмоциональных “узлов” текста в сознании воспринимающего человека (метод интервью). В дальнейшем можно делать выводы о степени понимания авторской интенции, а также о развитии коммуникативных навыков личности [1, C.15].

Применительно к анализу детских программ телевидения важно говорить о наличии интенции, содержащей морально-нравственную составляющую, ориентированную на гуманистические ценности, так как именно они лежат в основе духовного здоровья подрастающего поколения. С другой стороны, важно проследить насколько сегодня дети адекватно интерпретируют телевизионные передачи. И если «нравственная интенциональность» заложена, то понимает ли, видит ли ее аудитория? Как показывает ряд исследований, проведенных автором, среди детей старшего дошкольного возраста адекватно интерпретируют мультфильмы «Лунтик», «Смешарики» не более 14%. Следовательно, социальная проблема есть, и необходимо искать пути ее решения.

Список литературы:

1. Адамьянц Т.З. Социальная коммуникация. Учебное пособие. М., ИС РАН, 2005

–  –  –

Непонимание формулировки задания как причина ошибки (по результатам олимпиады по русскому языку для школьников) Традиционная олимпиада по русскому языку для старшеклассников проводится на филологическом факультете МГУ ежегодно. За последние 7 лет было создано 77 разных заданий, в олимпиаде приняли участие более 2500 школьников. Анализ такого количества ответов позволяет сделать выводы относительно пробелов в подготовке школьников и выработать рекомендации для их устранения.

Составители заданий исходят из того, что предметная олимпиада должна не тестировать знания школьников, а стимулировать их аналитические способности. Конечно, для выполнения заданий требуется наличие базовых знаний, но ни одно задание не предполагает изложения правил или пересказа учебника.

Невнимательное прочтение или непонимание формулировки задания - одна из основных причин неудачи школьников. Здесь есть несколько случаев. 1. Школьники выделяют в тексте задания "ключевое слово-стимул" и, игнорируя вопросы задания, излагают связанные с этим словом (в том числе ассоциативно) сведения, прежде всего – орфографические правила.

(Невнимание к конкретной формулировке темы – одна из типичных ошибок и на вступительных экзаменах по русскому языку и литературе.) 2. Незамеченными оказываются и «подсказки» в заданиях (например, указания «по значению», «с точки зрения морфемного состава» и т. д. при разбиении рядов слов на группы). 3. Непременная просьба объяснить ответ также часто игнорируется. Количество работ без аргументации ответа возрастает с каждым годом, хотя все задания требуют изложения именно хода рассуждений. Причины ориентации школьников на готовый ответ связаны, видимо, с массовым переходом к тестовой форме проверки знаний.

На первый взгляд, трудными должны были быть задания, не связанные со школьным курсом русского языка. Однако ответы именно на них в целом были наиболее удачными: учащиеся не «сбивались» на пересказ учебника.

По нашему мнению, пресловутый "разрыв" между школой и вузом связан, в частности, с тем, что средняя школа ориентирует учащегося на репродуктивную деятельность. В высшей школе (в том числе на олимпиадах и вступительных экзаменах) зачастую требуется умение применять известные из школьного курса знания к нестандартным формулировкам заданий.

М.Ю.Жданова

Экспериментальное исследование «Стихи и образы»

Предметом изучения являлись вербальный и невербальный виды мышления в коммуникации. Под вербальным понимается такой способ мышления и понимания, при котором индивид воспринимает вербальный уровень информации как базовый, отталкивается от прямых значений слов, от их непосредственной семантики. Под невербальным способом мышления и понимания подразумевается способность индивида воспринимать информацию в виде образов, визуализируемых или в форме воображаемого ощущения. Таким образом, было предпринято экспериментальное психосемантическое исследование принципов художественного понимания речи.

Для этой цели был проведен свободный ассоциативный эксперимент. Стимульным материалом служили цитаты из стихов поэтов ХХ века (Маяковского, Блока и др.), содержащих художественную метафору. Объектом изучения являлись письменные реакции на данный материал.

В качестве испытуемых привлекались люди самых разных возрастов, от студентов 19-20 лет до людей в возрасте 60 лет, испытуемые также делились на группы по образованию (неоконченное высшее, высшее, гуманитарное либо техническое) и профессии (всего ок.10 профессий, различной направленности). Всего опрошено было 35 испытуемых. Предметом экспериментального изучения служила вербализация образов, являющихся целью либо источником художественной метафоры.

Была проведена классификация реакций каждого из испытуемых по 2 параметрам:

1. Синтаксическая распространённость реакций испытуемого – от отдельных лексем, единичных или следующих списком, до распространённых предложений;

2. Количество в его результатах реакций, вербализующих образ-источник и образ-цель художественной метафоры.

Итоговой была классификация реакций испытуемых по степени отдаления от визуального или чувственного образа, являющегося целью либо источником метафоры-стимула. Другими словами, эксперимент показывает вовлечённость испытуемого в процесс художественного восприятия речи через метафору и создаваемые ею невербальные образы. Шкала этой вовлечённости представляет собой континуум, на одном конце которого находится полное вовлечение в понимание художественной речи, а на другом – вербальное, вне-образное понимание.

Эта классификация может дать информацию по способности индивидов к художественному восприятию коммуникации – как письменной, так и устной.

Примеры реакций, вербализующих образ-цель или образ-источник метафоры-стимула:

Стимульный материал:

«Каждый душу разбил пополам И поставил двойные законы…» (А.А.Блок)

Примеры реакций:

а) Образ-цель: «Двойственность, раздвоение личности, падение морали»

б) Образ-источник: «Какие-то два столба в темноте, скованные одной цепью»

Итоги классификации:

–  –  –

Таблица иллюстрирует принцип восприятия художественной речи, характерный для испытуемых. Эти данные могут представлять ценность для психолингвистических и социолингвистических исследований, направленных на выявление трудностей в понимании художественных элементов речи (в данном случае – метафоры).

З.Б.Живко, Ю.В.Войтович, И.Ю.Живко

Коммуникации и правовые взаимоотношения Возрождение интереса к проблеме коммуникации в ХХ - ХХІ в. наблюдается за пределами языкознания и психологии, и не только в их отраслях, возникших во второй половине ХХ в.

психолингвистике и социолингвистике. В значительной степени теория коммуникации формируется разными прикладными отраслями, где коммуникационное влияние играет определяющую роль. В современном обществе только с помощью эффективно осуществленной коммуникации происходят все больше событий. В истории человечества ни одна временная формация не характеризуется таким повальным развитием научных дисциплин, связанных с влиянием человека на человека.

Современная правовая концепция считает основной задачей права приведение поведения человека в обществе в соответствие с требованиями ее природы [2]. Именно совокупность позитивистских и естественных аспектов права является регулятором общественной жизни.

Поскольку с изменением исторических эпох изменяются общества, взаимоотношения членов этих обществ, требования, и нормы, регулирующие эти взаимоотношения, все это не могло бесследно пройти мимо человеческой сущности, не оказав на нее своего влияния.

Сегодня мы можем говорить о новой сущности человека, в том числе, конечно, и правовой.

Все видоизменения природы новейшего человека можно классифицировать как: изменения телесные (вживление, трансплантация, изменение пола или расы, и тому подобное); искусственный человек (клонирования, достижения генной инженерии); искусственный интеллект (биороботы, выделенные компьютеризированные мозговые центры и т.д.) [1].

Литература:

1. Иойрыш А. Правовые и этические проблемы клонирования человека // Государство и право. – 1998. – № 11. – С. 87-93.

2. Садовский М. Проблемы адаптации права к изменению человека // Международноправовые аспекты проблем, проистекающих из технологического вмешательства в биологическую природу человека: Междунар. конф. – М.: МГУ, 2003. – 257 с.

М.А.Живко, В.М.Мельникович, И.Ю.Живко

Коммуникативная сущность правомерного поведения На современном этапе вопросы коммуникации изучаются в том или другом аспекте во многих направлениях лингвистики, поскольку касаются важных проблем: субъекта, адресата вещания, интонационной структуры высказывания.

То, что людьми управляют прежде всего их естественные внутренние стихии (эмоции, стремления, вкусы), вынуждает учитывать их при исследовании человеческих взаимоотношений.

Тем более, в такой четко регламентированной сфере, как правоотношения. Однако следует заметить, что те же внутренние стимулы выступают и “укротителем” этих стихийных проявлений.

Такая дуалистичность человеческой природы требует комплексного подхода к решению проблемы соизмерения социума; правовых норм, которые руководят процессами в нем; личности;

внутреннего восприятия (невосприятия) ею этих норм; реальных поступков и действий человека, управляемых этими нормами и соответствующих (несоответствующих) им. Эта проблематика раскрывается во взаимосвязи “юридическая антропология – вербальный бихевиоризм”, конечно, с учетом положений философии права, принимая во внимание правомерное поведение в качестве предмета исследования.

Следует согласиться с Балинской Н.М [1] о необходимости дополнения Закона Украины «О защите общественной морали» (ст. 1 «Определение терминологии») понятием «информационное насилие». В контексте действующего законодательства запретить производство и ретрансляцию (распространение) продукции с элементами информационного насилия для массового потребителя, регламентировав использование такого типа продукции исключительно в сети кабельного или спутникового вещания на условиях обязательной абонентской платы, а не в общедоступном информационном пространстве.

–  –  –

1. Балинська Н.М. Вербальний біхевіоризм у діяльності органів внутрішніх справ:

філософсько-правовий аспект. Десерт. на здобуття наук.ст. к.юр.наук Спеціальність: 12.00.12 – філософія права.

–  –  –

Духовно-нравственное общение как контекст культуры понимания и опыт определения её исходного компонента Среди множества проблем понимания выделяются две проблемы: для чего понимать и с чего начинать понимание? Прежде чем отвечать на этот вопрос, совершим небольшой историкокультурологический экскурс и обратим внимание на типы знания по М. Шелеру и на образовательные парадигмы по Е. Шестуну. Признавая единство компонентов названных систем, отдадим предпочтение последним из таковых (компонентов). Сопрягая их в контексте настоящего доклада, определим их как «духовно-нравственное для Спасения». Учитывая специфику духовнонравственных отношений, в соответствии с отечественными традициями считаем нужным заменить «духовно-нравственное становление» на «духовно-нравственное общение». Духовное определяется по тому, за каким духом идём (явление религиозно-ценностной идентификации), нравственное – по поступкам, в той или иной мере подтверждающим наш выбор.

Подобное общение не ограничивается единением человека с другими людьми. Кроме этого, важно и более того, необходимо единство человека с совестью и Богом. Последнее обусловлено не только отечественными традициями, субъективными пристрастиями, современной тенденцией развития науки, но и необходимостью преодоления системного кризиса, проявившегося в настоящее время, в свою очередь, обусловленного кризисом духовности и нравственности.

Преодоление таковых рассматривается нами как цель и контекст понимания.

В поисках исходного компонента духовно-нравственного общения предлагается культура слушания и слышания других людей, совести и Бога как культура целостного восприятия, стремящегося к целостному пониманию. Именно слушание и слышание в качестве целостного понятия обладает тем началом, которое интегрирует все формы опыта: чувственного, мыслительного, практического. Именно качество слушания и слышания определяет качество понимания.

Н.Иванова

Язык и потенциальность (о механизмах понимания некоторых актуальных словообразовательных явлений в русском и болгарском языках) Согласно современному болгарскому исследователю Ст. Димитровой, Р. Якобсон является первым лингвистом, который «предельно точно» определил роль индивидуального использования языка говорящей личностью и употребил введенное Э. Сепиром понятие «переменного радиуса коммуникации» значительно конкретнее самого его создателя. [Димитрова 2003]. В связи с этим она указывает на факт, что языковая компетенция индивида в роли слушающего выше, чем его компетенция в роли говорящего.

Для того, кто воспринимает и понимает речь, говорил сам Р. Якобсон, путь лежит от воспринимаего текста к смыслу. При этом осуществляется неосознанный статистический подход, а пониманию текста способствуют вероятностные характеристики. Говорящий же идет по обратному пути: от смысла к тексту. [Якобсон 1985] Человек стремится открыть смысл и чувстует «фрустрацию или вакуум, если это стремление остается нереализованным». [Франкл 1990] «Извлечение определенного содержания, его переструктурирование в сознании говорит о появлении семантической доминанты, которая организует семантическое пространство» и, согласно В. Франклу, является «переходом к смысловому коду, который непосредственно не наблюдается, но осознается всеми как такой».

В последнее время и в русском, и в болгарском языках наблюдаются динамичные процессы, особенно характерные для словообразовательной системы. Какие семантические доминанты можно выявить при анализе этих явлений?

Наше исследование исходит из понимания потенциальности как возможности, объективно присущей реальным структурам естественного языка, при этом определяются три уровня ее реализации в семантике языковых единиц. Для их обозначения вводятся понятия субстанциальная, функциональная, реляционная потенциальность. Сущность этих понятий раскрывается на материале анализа узуальных и неузуальных производных глагольных слов.

В сообщении особое внимание уделяется явлению концептуализации словообразовательных моделей, в результате которого реализованы потенциальные и окказиональные производные глагольные слова в разговорной речи, в средствах массовой информации и рекламных текстах в русском и болгарском языках.

О.А.Казеннова, Москва

Фразеология спортивных телерепортажей: употребление и понимание Речь современных спортивных телекомментаторов характеризуется прежде всего двумя разноплановыми чертами: ориентацией на нормы книжно-литературного языка и большим влиянием разговорных языковых средств.. Речь комментатора должна быть доступной и понятной и знатоку спорта, и обычному зрителю, поэтому в репортажах, как правило, требуется объяснение узкоспециальных терминов и спортивных сленговых выражений.

Рассматривая данную особенность с точки зрения употребления фразеологических единиц (ФЕ), необходимо отметить, что в спортивных репортажах функционируют ФЕ, которые можно условно разделить на две группы. К первой относятся «общеупотребительные» ФЕ (сфера их употребления не ограничивается только рамками спорта), например: оказаться на коне, [чувствовать себя] не в своей тарелке, спустя рукава, править бал и др.). Во вторую группу объединяются фразеологизмы, которые возникли в сфере спорта и за её пределами либо не функционируют, либо их функционирование крайне ограничено, например: поймать кураж, побить время, выйти из … минут, записать на (свой) лицевой счёт, скользкий счёт, висеть на (жёлтой) карточке, засушить/ сушить игру, трамвайная остановка, забаранить попытку и др.

Сюда же относятся ФЕ, выступающие в роли спортивных терминов. Как правило, они обозначают спортивные/ игровые реалии, например: молочная пуля – ‘промах’ и чёрное яблоко – ‘центр мишени’ (в стрелковых видах спорта); мёртвый мяч ‘тяжёлый, сложный’ (в игровых дисциплинах);

стартовая решётка – ‘позиция/ расположение гоночных автомобилей на старте’; ложа Гретцки – ‘область за воротами, названная по имени легендарного хоккеиста’; [играть/ работать] на втором этаже – ‘высоко; обычно когда футболист отбивает/ принимает мяч головой’; [работать] в два этажа – ‘наносить удары сверху и снизу’ (как правило, в боксе) и многие другие. Отметим, что большинство из них ещё не достаточно хорошо описаны в толковых словарях.

Толкование подобных ФЕ необходимо для правильного понимания спортивных репортажей.

Л.А.Калмыкова

Особенности восприятия и понимания дошкольниками единиц родного языка Ответ на вопрос, как дети понимают языковые средства, воспринимаемые ими из речи окружающих людей, связан прежде всего с понятием «психолингвистические единицы». У детей дошкольного возраста эти единицы, согласно А.А.Леонтьеву, не совпадают с языковыми единицами как по форме, так и по структуре, а также – с оппозицией «объективация языкового знака – прозрачность языкового знака».

Воспринимая слова, словосочетания, предложения как носители определенного значения (смысла), дети не объективируют и не осознают этих языковых единиц. Они на имплицитном уровне, интуитивно сопоставляют воспринимаемые слова с предметами и явлениями, не различая при этом слитых воедино слов и названных ими материальных объектов, действий, состояний и т.д.

Дети понимают мысли, выражения в разных видах предложений, легко вникают в смысл разных грамматических отношений, выраженных с помощью словосочетаний, но при этом не дифференцируют слов, грамматических форм как явлений языковой действительности и обозначенных ими предметов, явлений, связей и отношений между ними. Такой феномен получил в психолингвистике название «прозрачности значения языкового знака».

Не замечая материальной оболочки языкового знака как чего-то автономного, не воспринимая язык как систему единиц, систему знаков, дети понимают не язык как лингвистическую действительность, а лишь смысл, содержащийся в нем, т.е. они способны осознать объективную, материальную и социальную действительность, стоящую за языковыми кодами. Язык как особенный мир для них не существует. В процессе непроизвольного, неосознаваемого, ненамеренного усвоения знаковой системы родного языка дети интуитивно соотносят звуковые единицы языка со значащими единицами – морфемой, словом, словосочетанием, предложением, а эти единицы – с предметами и явлениями, связями и отношениями между ними.

Соотнести слова с предметами, а словосочетания и предложения с объективно существующими логическими связями означает понять лексические и грамматические значения.

Усвоение детьми языковых значений возможно благодаря тому, что они ощутили, восприняли явления, связи между ними, пережили определенные события, которые названы, обозначены с помощью языковых единиц. Именно в интуитивном, неосознаваемом, нерефлексируемом, имплицитном понимании языковых значений заключается смысловое развитие дошкольников.

Воспринимая тексты, высказывания, дети вычленяют в них смысл, при этом их форма остается для них невидимой, прозрачной.

Объективация языка в процессе обучения вносит определенные изменения в его восприятие.

В результате языковые единицы начинают вычленяться детьми как языковой феномен, как метаязык, как языковая действительность.

Е.С.Кара-Мурза

«…воспринимается ли эта информация как чернящая, умаляющая, унижающая деловую репутацию?»

Проблемы понимания специфически преломляются в таком прикладном виде исследований, как лингвистическая экспертиза (ЛЭ). Это относительно новая разновидность судебных экспертиз и основной метод сбора доказательств в сфере речевых преступлений. Основное требование юристов к ЛЭ таково: правовые характеристики текстов должны раскрываться через языковые (в широком смысле) показатели, особые для каждого вида деликтов, а эксперты в своих истолкованиях не могут преступать границы лингвистической компетенции. Речевые преступления

– это диффамация, клевета и оскорбление, словесный экстремизм и нек. др. Их формулировки в законах фактически описывают перлокутивные эффекты массовой коммуникации и межличностных отношений: унижение чести и достоинства, возбуждение ненависти либо вражды и проч. Стороны судебных процессов: истец, ответчик, лингвист-эксперт, судья - подвергают намерения авторов и аспекты содержания конфликтогенных высказываний\ текстов неоднократной (и не всегда добросовестной) интерпретации.

В настоящее время активно разрабатываются типовые процедуры ЛЭ. Ее без натяжки можно назвать также одним из направлений перлокутивной лингвистики. Она опирается на когнитивнокоммуникативную парадигму и использует особые понятия и алгоритмы анализа: различение лингвистических форм ФАКТА, МНЕНИЯ и ОЦЕНКИ (истинностный аспект высказывания);

выявление ИНВЕКТИВНОЙ функции языка и стратегий ОСКОРБЛЕНИЯ, ДИСКРЕДИТАЦИИ и нек. др. Проблематика авторских интенций (особенно злокачественной - умысла) и иллокутивных функций мотивирует жанрово-дискурсивную типологию текстов и прогнозирует перлокутивный потенциал. ЛЭ призвана способствовать адекватной интерпретации высказывания\текста и препятствовать недобросовестным толкованиям, она помогает судьям понять его подлинный смысл, рационально оценить воздействие и принять справедливое решение. Доклад подготовлен в рамках курса «Лингвистическая конфликтология через призму ЛЭ» (кафедра судебной экспертизы МГЮА).

В.И.Карпов

О статусе слова в фольклорном тексте: от теонима к пейоративу Одним из важных направлений современной лингвофольклористики является изучение текстогенеза малых форм фольклора: заговоров и заклинаний - текстов, занимающих с точки зрения устно-письменной традиции пограничную, или ламинальную, зону. Несмотря на большую исследовательскую работу, проведенную преимущественно на материале балто-славянских заговорных текстов, алгоритм развития данного типа текста в рамках конкретной лингвокультурной общности почти не рассматривается в диахронической перспективе. Связано это с отсутствием древних заговорных текстов в достаточном объеме в славянском, балтийском, финно-угорском и др. языковых ареалах. В то же время германский ареал предоставляет исследователям уникальную возможность проследить путь становления лечебно-заговорной традиции от самых ранних, письменно зафиксированных в IX в.н.э. древневерхненемецких форм до текстов, собранных в разных диалектных зонах Германии в XIX-XX вв. Материал демонстрирует непрерывность заговорной традиции на протяжении почти 12 веков, характеризующуюся, с одной стороны, диалектным континуумом языка, относительной гомогенностью и устойчивостью структуры, а с другой стороны, высокой вариативностью и адаптивностью семантики.

Фольклорные тексты в качестве источника лексического материала представляют особый интерес для реконструкции семантики слова и выявления механизма трансформационных процессов, приведших к сужению или опрощению его значения. В большинстве случаев это было связано с переходом от сакрального к профанному восприятию окружающего мира, результатом которого стала частичная утрата знаний, связанных с древними космологическими представлениями, и, как следствие, псевдоэтимологическое переосмысление семантически непрозрачных лексем.

Так произошло, в частности, почти со всеми древнегерманскими теонимами:

с одной стороны, они десакрализировались и демонизировались, с другой стороны, ошибочно отождествлялись с омонимичными диалектными вариантами немецких лексем (например, нижненемецкие варианты гидронима der Pfuhl: puhl, paul, pol, - «болото», где вместо верхненемецкой аффрикаты в инлауте сохраняется непередвинутый глухой смычный - с древнегерманским теонимом Pol).

–  –  –

Возможности адаптации художественного текста в семиосфере другого языка Разные интерпретации одного и того же художественного текста позволяют оценить возможности смыслообразования, заложенные в этом тексте. То же самое можно сказать о разнообразных версиях существования художественного текста в семиосфере другой культуры (выступает ли текст в версии перевода, адаптации или пародии).

В ситуации межъязыковой, межкультурной коммуникации понимание художественного текста во многом обусловлено тем, на какую аудиторию рассчитан текст, помещенный в семиосферу иной культуры. Адаптированные тексты, ориентированные чаще всего на массовую аудиторию читателей, составляют некое промежуточное звено между текстами «операциональноцелесообразными» [Миронов 2006:13], относящимися к цивилизационной части культуры, и текстами массовой культуры. Расширение аудитории может происходить и за счет смены текстовых кодов при функционировании текста в семиосфере иного языка (добавление музыкального кода для стихотворного текста, визуального – при трансформации текста в мультфильм или кинофильм).

Переводчик всегда выбирает определенную стратегию передачи художественного текста в рамках другой культуры. С точки зрения У.

Эко, здесь всегда существует определенная проблема:

«должен ли перевод погружать читателя в известную эпоху и культурную среду (в среду и эпоху оригинального текста), или же нужно сделать эту эпоху и эту среду доступными читателю, принадлежащему к культуре языка назначения?» [Эко 2006:203].

Иногда с текстами Р. Киплинга, адаптированными для русской культуры, происходят курьезные изменения. Эти тексты почти полностью ассимилировались в русскоязычную культуру и воспринимаются как ее неотъемлемая часть. Например, баллада “The Gipsy Trail” претерпела адаптационные изменения дважды – сначала в переводе Г. Кружкова «За цыганской звездой» (из 12 строф осталось 11, изменения коснулись и лексики, и грамматики), а затем в известной песенной версии в исполнении Н. Михалкова Безусловно, о полной эквивалентности данного текста тексту оригинала говорить невозможно. Похожая ситуация возникает и при сопоставлении адаптированного перевода текста Киплинга “I’ve never sailed to Amazon...”, выполненного С.Маршаком, и песенной версии Т. и С. Никитиных «На далекой Амазонке…». Данные тексты, рассчитанные на максимальный коммуникативно-прагматический эффект в русскоязычной культуре, не всегда воспринимаются как тексты Р. Киплинга, и можно говорить об очень высокой степени их ассимиляции в семиосфере нашей культуры. Однако более предпочтительным, с нашей точки зрения, представляется все же функционирование переводов киплинговских текстов (как уже существующих, так и новых).

Т.Ю.Кизилова

Об особенностях концептуализации в литературно-художественном произведении Доклад представляет собой попытку прояснить специфику художественной концептуализации в сравнении с другими функциональными стилями. В качестве анализируемого материала был избран рассказ Деборы Могга “Empire Building”. Изучение специфики представления empire сопряжено с исследованием лингвистических механизмов его реализации, что связано с его распределением и функционированием по регистрам речи. Изучение единиц, считающихся своеобразными социокультурными маркерами, стало своего рода знамением времени.

Произведение художественной литературы свидетельствует о том, что образ empire по-прежнему остается актуальным в сознании англичан. Рассказ Д.Могга представляет горькие раздумья писательницы о том, почему Великобритания перестала быть великой, и посвящен проблеме поиска собственной идентичности эмигрантов в чужероднос социокультурном пространстве. Отправным теоретическим моментом для Т.Ю.Кизиловой явилось реинтерпретированное учение А.А.Потебни об изоморфизме структуры слова и текста (“Слово только потому есть орган мысли …, что первоначально есть символ, идеал, и имеет все свойства художественного произведения”). Развитие этого учения можно найти у В.В.Виноградова, писавшего о том, что слово в художественном произведении опрокинуто, с одной стороны, в общенациональный язык, с другой – в сюжет и композицию литературного произведения. Эмпирические наблюдения исследователя показывают, что алгоритм восприятия художественного произведения можно представить в виде сети/развертки, являющей собой единство коннекционистской модели (ассоциативно-вербальный и метасемиотический уровни и символической (метаметасемиотический уровень анализа).

И. М.Кобозева

Понимание как межличностное отношение, или "Как я вас понимаю!" Одно из лингвистических направлений изучения понимания — это исследование значений и употреблений глагола понимать, и его дериватов (понятно, понимание, и др.), контекстуальных синонимов (заключать, чувствовать и др.), коллокаций (проявить понимание, прийти к пониманию и др.), свободной сочетаемости и прочих аспектов его языкового существования и поведения. Из результатов такого исследования можно извлечь информацию и о том, как в языке концептуализируются различные ментальные состояния, процессы и действия, и о том, какие связи ментальных феноменов с феноменами, принадлежащими иным сферам сознания, отражаются в нем путем присвоения им единого имени — понимать.

Наиболее изученным в этом аспекте является глагол понимать в функции предиката пропозициональной установки (Х понял / понимает, что P). В этом типе употреблений понимание предстает как достижение знания, требующее от Х- а определенных мыслительных операций.

Непропозициональные употребления глагола понимать и существительного понимание (напр., Счастье — это когда тебя понимают, Понять значит простить или В семье царит понимание) исследованы в меньшей степени, хотя основные типы и свойства непропозиционального понимать верно описаны в глубокой работе М. А. Дмитровской «Механизмы понимания и употребление глагола понимать».

В докладе на этой основе будет дано многоаспектное описание употреблений глагола понимать и существительного понимание в функции предиката межличностного отношения в Национальном корпусе русского языка. Будет показано, по каким формальным и семантическим параметрам «межличностное» понимание отличается от «пропозиционального» и в чем состоит их сходство, служащее основой для объединения этих употреблений в рамках одной гиперлексемы.

О.М.Корчажкина

Понимание и восприятие адаптированного художественного текста на иностранном языке Адаптированные иноязычные тексты являются основным учебным материалом при изучении иностранного языка (ИЯ). Особенную дидактическую ценность представляют собой аутентичные адаптации литературных произведений – художественные тексты, прошедшие литературную обработку носителями языка.

Адаптация художественного произведения с целью облегчения его понимания и адекватного восприятия носителями иной языковой культуры выступает как комплексный процесс, в котором ответственный автор адаптации стремится учесть и языковой, и коммуникативный аспекты. К языковым аспектам адаптации относятся лексическая и грамматическая адаптация с учётом языкового уровня читателя. Адаптация лексики производится путём замены редко употребляемых или устаревших слов и выражений на более простые, входящие в обязательный словарный запас потенциального читателя с данным уровнем владения ИЯ. Грамматическая адаптация заключается в упрощении синтаксических структур и грамматических конструкций с целью достижения понимания на уровне предложения и связного текста – понимания, максимально близкого к авторскому замыслу.

Коммуникативные аспекты адаптации условно можно разделить на два уровня:

«поверхностный» и «глубинный». К поверхностному уровню коммуникативной адаптации относится, например, сокращение объёма литературного произведения вплоть до изъятия из канвы повествования некоторых персонажей, сцен или параллельных сюжетных линий без ущерба для основной сюжетной линии произведения. Глубинный уровень коммуникативной адаптации предполагает неявную замену: имплицитной информации на субимплицитную или эксплицитную, косвенных речевых актов, подчас неверно трактуемых представителями иной языковой культуры, на прямые, прямой речи – на несобственно прямую или косвенную речь и т.п.

Промежуточное положение занимает адаптация отражённых в языке художественного произведения социокультурных реалий, которые, если их нельзя заменить на упрощённый эквивалент, либо опускаются, либо требуют пояснения автора адаптации.

Хотя адаптированные произведения не могут в полной мере сохранить языковое и речевое богатство оригинала, они заключают в себе несомненную учебную ценность. И если учителю ИЯ удаётся подобрать несколько адаптаций одного и того же художественного произведения, сделанных разными авторами, то эти аутентичные литературные источники могут послужить бесценным материалом для сопоставительного анализа тех языковых и коммуникативных аспектов, которые были подвержены адаптации.

Подобный анализ позволяет проследить особенности понимания и восприятия художественного произведения всеми участниками акта учебной коммуникации: авторами адаптированных вариантов, учителем и учащимися. Кроме того, в процессе подобного сопоставительного анализа можно спрогнозировать, насколько близким к замыслу автора оригинального произведения оказался полученный на уроке коммуникативный эффект.

В качестве примера практической реализации описанного выше подхода демонстрируются фрагменты уроков английского языка уровня Pre-Intermediate. Уроки посвящены чтению и сопоставительному анализу художественных особенностей нескольких вариантов адаптаций, сделанных носителями языка (авторами учебных пособий и сборников рассказов, выпущенных британскими издательствами “Pearson-Longman” и “Macmillan”) по произведениям американских писателей – Джона Стейнбека («Жемчужина») и Эдгара По («Падение в водоворот»).

А.В. Костыркин

Семантико-синтаксический анализ естественно языковых текстов как задача удовлетворения ограничений В области ИИ уже достаточно давно разрабатывается теория решения так наз. «задач удовлетворения ограничений», классическими примерами которых являются составление расписаний, размещение объектов на плоскости, оптимизация маршрутов, машинное зрение, диагностика оборудования и пр. В качестве входных данных в таких задачах задается множество переменных и множество ограничений, определяющих допустимые сочетания значений переменных. На выходе требуется найти значения всех переменных, удовлетворяющие всем ограничениям, или установить, что такого решения не существует.

Поскольку в общем случае решение задач удовлетворения ограничений требует экспоненциального перебора, для них разработан целый ряд методов, позволяющих уменьшить вычислительные затраты за счет оптимальных стратегий поиска, основанных на эвристиках.

Известны, например, такие алгоритмы, как поиск с направленными возвратами, с прыжками назад, с предварительным планированием, с опережающей проверкой и пр., методы согласования дуг, параллельные алгоритмы и др.

Длительное время эти методы не удавалось применить к лингвистическим задачам, так как теории языка не предусматривали его систематического описания в терминах переменных и ограничений. Возможность такого описания обеспечивает, однако, сущностный подход к языку, разработанный З.М. Шаляпиной. Это позволяет интерпретировать задачу семантико-синтаксического анализа естественно-языковых текстов как типичную задачу удовлетворения ограничений и использовать для ее решения средства, разработанные в области таких задач. Перспективность применения этих средств будет проиллюстрирована в докладе на примере использования метода динамических возвратов М. Гинсберга для анализа структурно неоднозначных предложений английского языка.

А.Котов

Меняется ли у робота понимание ситуации при эмоциональной реакции и ироничном ответе?

Проблема эмоционального восприятия ситуации – это достаточно сложная задача для когнитивных исследований: «представление» эмоциональной ситуации не только конструируется за счёт наблюдения окружающих событий, но и меняется под действием возникающей эмоции или текущего настроения.

Эмоциональная реакция далее может быть выражена в речи, и с этим связано второе противопоставление: правила этикета или опасения показаться смешным заставляют человека скрывать свои эмоции, выражать их с помощью косвенных речевых актов или маскирующих стратегий вежливости. Таким образом, «понимание» ситуации при эмоциональной речевой реакции может меняться дважды: сначала становясь «более эмоциональным», а затем – «более этикетным».

Мы используем компьютерную модель, которая имитирует (а) восприятие внешнего события, (б) эмоциональную реакцию на это событие и (в) множественные речевые реакции, включая ироничные ответы. Эта модель реализована в виде т. н. «компьютерных агентов» – мультипликационных персонажей, которые взаимодействуют с пользователем и друг с другом, и могут получать события из внешней среды (виртуального или реального мира). Событие передаётся агенту в виде семантического дерева, оно может вызвать различные реакции агента, включая имитацию позитивных или негативных эмоциональных реакций, а также «рациональные рассуждения». Различные реакции по-разному модифицируют исходную признаковую модель события: агент начинает считать окружающих ‘добряками’ или ‘врагами’, чувствует, что его ‘толкнули’, даже если его просто ‘задели’, но он находится в мрачном настроении и т. д. Если агент выбрал агрессивную речевую реакцию, но она была подавлена правилами этикета, агент может иронизировать: так, если его ‘стукнули’, он может с сарказмом ответить Хорошо, что вы обратили на меня внимание!

В докладе мы намерены продемонстрировать изменения признаковой модели ситуации, которые выполняет агент при эмоциональной реакции и последующем ироничном речевом ответе.

В.В.Кочетков

Причины неудач в рекламной коммуникации Рекламный текст в неспециализированном печатном издании, в идеале, адресован всем читателям, но на практике это далеко не так. В рекламной сфере довольно часты коммуникативные неудачи, которые могут быть обусловлены как внешними факторами, связанными с особенностями бытования рекламного текста на пространстве газетной полосы, так и внутренними конструктивными недочетами.

Основной внешней причиной коммуникативных неудач в рекламной практике является выпадение рекламного объявления из перцептивного поля читателя. Даже в случае оформления в виде традиционных газетных жанров – интервью, статьи, письма в редакцию, реклама может не соответствовать ни тематике газетной полосы, ни ее полиграфическому оформлению. Помимо этого, рекламу отграничивают особые маркеры ее существования: пометки (на правах рекламы) или специальные значки (PR).

К внутренним причинам стоит отнести, во первых, разнотипность компонентов рекламного текста. Наиболее часто разнотипными бывают слоган и корпус. Дефектной рекламу может делать и отсутствие такого немаловажного компонента, как адрес, что лишает реципиента либо возможности получения дополнительной информации, либо возможности приобрести рекламируемый товар.

Рекламные коммуникативные неудачи могут возникать не только из-за разнотипности частей объявления, но и из-за несогласованности разных объявлений, представленных одним субъектом рекламы в ходе рекламной кампании. Билингвизм рекламных текстов также может выступать причиной коммуникативной неудачи. Еще одной причиной возникновения коммуникативной неудачи и, как следствие, нежелания потенциального потребителя рекламируемого объекта приобретать его, может стать неучтенная полисемия.

Е.И.Кравцова

Категория модальности как средство формирования иллокутивного содержания высказывания и определения интенций субъекта Соотношение фактического и иллокутивного (диктумного и модусного) содержания в высказывании может варьироваться, вернее, меняется характер информации и способы ее выражения (напр., у перформативов, экспрессивов). Одним из основных средств формулирования иллокутивного значения речевого акта является категория модальности. Эта категория – область пересечения нескольких дейктических показателей. С интенциями субъекта соотносится модусный компонент высказывания, формирующий иллокутивное значение высказывания за счет категорий лица, залога, модальности. С координатой времени – модусный компонент, формирующийся за счет категорий модальности, времени, вида. Категория модальности является элементом, участвующим одновременно в формировании временной и субъективной дейктической оси. Посредством этой категории происходит квалификация действий, событий, свойств на основании их реальности, отнесенности к временному плану или ирреальности. Высказывания, относящиеся к ирреальной модальности, оказываются вне характеристики по временному аспекту, но являются носителями субъективной (ментальной) квалификации событий, признаков, свойств.

Средства выражения категории модальности подразделяют на два типа:

внутрисинтаксические (или грамматические), к ним относится категория наклонения, которая выражает наиболее абстрактное значение (объективное) – реальную/ирреальную квалификацию предикативного признака с точки зрения говорящего; и внешнесинтаксические (лексические) средства – метапредикаты, перформативные глаголы, слова, содержащие субъективную квалификацию, отношение к сообщаемому, адресату и т.д. Проблема возникает при определении имплицитной модальной рамки высказывания. Для ее решение предлагается использовать типологию перформативных глаголов, которые соответствуют типам речевых актов русского языка [Апресян 1995, т. 2, с. 200–202]. Однако в нарративном режиме предложенная классификация не охватывает все типы речевых актов, поэтому предлагается ее дополнить для речевых актовсообщений, выражающих фактологическую информацию, модусом повествования, который соответствует предикатам рассказывать, сообщать, информировать.

Г.Е.Крейдлин

Русские и финские модели невербального поведения – проблемы интерпретации и ошибки понимания Различение культур и особенностей внутри- и межкультурной коммуникации часто никак не отражает разный вклад и разную роль в процесс коммуникации невербальных параметров коммуникативного акта и их сочетаний. А ведь a priori может оказаться (и замечу сразу, что так на самом деле и происходит), что даже в низко-кинетических культурах в тех диалогах, где ведущими являются, скажем, признаки, 'социальное положение', 'возраст' или 'гендер', невербальный компонент нередко становится основным и решающим для успешной реализации коммуникативных целей. Во многих случаях, как писал еще польский писатель Ежи Лец, больше говорят те слова, которые люди не употребляют, чем те, которыми они злоупотребляют.

Я бы еще добавил сюда, что естественное поведение человека в западном обществе и культуре – это его неестественное поведение. Уж слишком суровыми бывают санкции за нарушение строгих норм и правил невербального этикетного поведения, не говоря уже о правилах телесной этики (о понятии телесной этики см. Крейдлин 2002).

В докладе в сопоставительном плане рассматриваются особенности русской и финской невербальной (в основном, жестовой и позовой) коммуникации, интерпретации отдельных единиц и моделей невербального поведения.

Е.И.Круглякова

Ослышки дошкольников при восприятии стихотворений Возможность различных интерпретаций непосредственно заложена в языке поэзии. И так как опыт дошкольника не совпадает с опытом взрослых поэтов, так как велики различия между языком классических стихотворений и языковой системой ребенка, так как ребенок недостаточно искушен в восприятии стихотворной речи – неизбежно возникают ослышки.

Помехи на пути адекватного восприятия создаются как его условиями, так и некоторыми особенностями текстов, в которых встречается много устаревших и редких слов, морфологических форм и синтаксических конструкций,. Ослышки могут быть связаны и с тем, что ребенку известно только одно значение полисеманта, встретившегося в стихе. Легче для восприятия также оказывается текст, лишенный отступлений от норм или канонов. Тропы, ритмические сбои, enjambement, вызывающие деавтоматизацию восприятия взрослых слушателей, могут вообще не восприниматься детьми.

Возможны две стратегии восприятия сложного текста. Во-первых, ребенок может удовлетвориться установлением фонологической структуры слова без идентификации полученного результата с единицей ментального лексикона. И так как многие дети предполагают, что наличие неизвестных слов и нарушение звучания и грамматических характеристик известных является неотъемлемой частью поэзии, в течение длительного времени сохраняется ориентация на пословное понимание, при котором не ставится задачи найти рациональные связи между словами в тексте и определить значение всех составляющих его элементов.

Другая стратегия состоит в стремлении уловить общий смысл текста, но при его воспроизведении многие элементы оказываются утраченными. Выбор определенной стратегии зависит от возраста исполнителя, условий запоминания и воспроизведения текстов и индивидуальных особенностей детей.

С. А.Крылов

Металингвистическое понимание: методы обучения и усовершенствования «Металингвистическое понимание» («МП») текстов читателями-лингвистами, трактуемое как неотъемлемая часть профессиональной лингвистической компетенции, может рассматриваться по аналогии с пониманием текстов на языке Я2.

Есть два типа МП: МП-1 и МП-2.

(МП-1) - это умение «разобрать» речевой отрезок (РО) на некотором языке Я1, то есть соотнести этот РО и все его составные части с фрагментами долговременных знаний о языке Я1, а именно, (МП-1а) со сведениями, хранимыми в долговременной памяти лингвиста (ср. разбор словоформ по частям речи, разбор предложения по членам предложения, разбор слова по составу и т.п.) или (МП-1б) со сведениями, хранимыми в грамматиках и словарях языка Я1 и, шире, в справочниках по языку Я1 (орфографическом, пунктуационном; энциклопедическом...). Обучение умениям МП-1а и МП-1б происходит путём выполнения достаточного количества соответствующих упражнений.

(МП-2) - это умение понять специальный (научный) текст по лингвистике. Оно включает:

(1) идентификацию встреченных в тексте терминов с исходным терминологическим запасом читающего, в том числе:

(1.1.1.) распознавание внешних оболочек терминов;

(1.1.2.) выявление в тексте незнакомых терминов;

(1.2.1.) идентификацию встреченных контекстных значений терминов с известными значениями, зафиксированными в словарях;

(1.2.2.) выявление в тексте незнакомых (новых) значений «внешне знакомых» терминов;

(2) идентификацию встреченных в тексте лингвонимов с исходным лингвонимическим запасом читающего;

(3) идентификацию встреченных в тексте имён лингвистов с исходным запасом энциклопедических знаний об этих учёных.

Обучение умению МП-2 происходит в ходе составления предметных указателей к текстам по лингвистике.

Н.В.Кузина

Синкрет как субъективная допонятийная форма обобщения и понимание Синкрет (С.), по Л. С. Выготскому, – допонятийное образование, в котором элементы относятся к одной структуре субъективно, по принадлежности к эмоционально значимой ситуации;

«круг детского синкретизма определяется строго детским опытом, а в зависимости от этого в самом синкретизме нужно найти прообраз, прототип, зародыш будущих причинных связей» (Выготский Л.С. Мышление и речь // Выготский Л.С. Собр. соч.: В 6 т. Т. 2. М., 1982). Ж. Пиаже указывает на С. как характерную особенность детского мышления и сновидений. С. составляют основу спонтанной речи и художественного текста. С., хранящиеся в долговременной памяти, программируют поведенческие реакции (акцептор результата действия по П.К.Анохину). Набор С.

определяет уникальность ассоциативного ряда носителя сознания.

Поскольку данные типы значений индивидуальны, для возникновения понимания они нуждаются в декодировании, переводе на индивидуальный язык воспринимающего сознания (возможен перевод через функциональную, эмоциональную аналогию).

Три основных «пункта» несовпадения:

1) модальность (в значении «сенсорная система») основного запускающего стимула, являющегося маркером ситуации;

2) эмоциональное значение ситуации и запускающего стимула;

3) встроенность ситуации в предшествующий опыт (место и индивидуальная значимость, формирующиеся субъективные причинно-следственные связи, связи- аналогии и т.п.).

С. являются стойкими образованиями, так как закрепляются в том числе с участием подкорковых структур (лимбическая система), и, в случае дезадаптивного влияния на поведение, эффективно корректируются при регрессионном гипнозе, семантическом кодировании, в гештальттерапии, бихевиоризме, нейролингвистических техниках.

В.А.Курдюмов

Структура понимания как процесса. Невозможность понимания в коммуникации. Абсурдность «смысла» как статики Понимание суть восприятие: высказывания, текста, некий частный и абстрагированный вариант нахождения / движения человека в Языке. Язык понимается нами как совокупность предикационных цепей: процессов порождения и восприятия, в (принципиально недостижимом) идеале, зеркальных. В рамках предикационной концепции языка, представленной в наших работах, элементарная предикация суть трансформация бинарной топиковой структуры в следующую, изоморфную ей бинарную структуру, ПРЕДИКАЦИЯ как процесс — совокупность частных предикаций.

Поток предикации или предикационная цепь может быть смоделирован в виде горизонтальной оси с условными нулем («материальный», т.е. внесубъектный знак, подлежащий как порождению, так и восприятию), отрицательным (цепь порождения) и положительным (цепь восприятия) направлениями. Исходным при порождении является (от-)визуальный образ, затем осознаются связи между составляющими, переходящие в сначала в полные, а затем, частично, свернутые предикативы. Предметы преобразуются в актанты, один из которых становится синтаксическим топиком высказывания (он же или какой-либо другой преобразуется в формальное подлежащее во «флективных» предложениях), остальные — вербализуются как зависимые позиции. Следовательно, предицируемый компонент ментальной предикативной структуры в становлении — топик — суть один из выдвинутых (коммуникативно значимый, подлежащий характеризации) актант, предицирующий — комментарий — (характеризующий, готовящий характеризацию к вербальному утверждению) — суть предикатив с зависимыми актантами. При дальнейшем движении группировки актантов неизбежно меняются, дополняются, входят во взаимодействие с параллельными цепями, но остаются изоморфными — принципиально бинарными структурами «топик-комментарий».

Вербализованный внесубъектный знак при отражении есть стимул к дальнейшей предикации: «положительному» восприятию. В идеале требуется итоговая «картинка», «представление», «денотат» ситуации, идентичные исходному при порождении.

Знак не «сообщает информацию», «информация» — абсурд с лингвистической точки зрения, в лучшем случае, — неудачная метафора, искажающая сущность Языка. Он лишь стимулирует предикационные процессы, якобы «понимание» в собственном сознании второго коммуниканта.

Разные коммуниканты представляют разные дискурсы (личности, языки). Идентичное воспроизводство цепей исключено. Отражение знака «перемещается» в совершенно «иную»

среду.

Исключается «зеркальность», исключается и понимание. Структура языка как процесса его исключает. Что делает невозможной идеальную координацию последующей деятельности.



Pages:   || 2 | 3 |
Похожие работы:

«ISSN 2307—4558. МОВА. 2013. № 20 ПИТАННЯ ОНОМАСТИКИ УДК 811.161.1’373.21Пушкин ГУКОВА Лина Николаевна, кандидат филологических наук, доцент кафедры русского языка Одесского национального университета им. И. И. Мечникова; Одесса, Украина; e-mail: gukowa@inbox.ru; тел.: +88(048)776-84-07; моб.: +88-098-28-77-116 ФОМИНА Лю...»

«Ученые записки Таврического национального университета им. В.И. Вернадского Серия "Филология. Социальные коммуникации" Том 27 (66). № 1. Ч.1 – С. 95-99 УДК 811.161.1373.23(476.5) Неофициальный именник жителей белорусского поозерья в этнолингвистическом аспекте Лисова И.А. Витеб...»

«ДАРЗАМАНОВА Резеда Заудатовна МНОГОПОЛЯРНЫЙ ОБРАЗ МИРА В ПУБЛИЦИСТИКЕ ХУГО ЛЁЧЕРА Специальность 10. 01.10 – Журналистика АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание учёной степени кандидата филологических наук Казань 2010 Работа выполнена на кафедре зарубежной литературы Государственного образовательного учреждения "Казанский государственный универси...»

«ИНСТРУКЦИЯ ПО ПОСТАНОВКЕ НА ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УЧЁТ В ГОСУДАРСТВЕННЫЙ РЕЕСТР ОБЪЕКТОВ, ОКАЗЫВАЮЩИХ НЕГАТИВНОЕ ВОЗДЕЙСТВИЕ НА ОКРУЖАЮЩУЮ СРЕДУ И ПОЛУЧЕНИЮ КАТЕГОРИИ НЕГАТИВНОГО ВОЗДЕЙСТВИЯ НА ОКРУЖАЮЩУЮ СРЕДУ (на основании требований Федерального закона от 10.01.2002 № 7-ФЗ "Об охране окружа...»

«А.И. Лунева магистрант 2 года обучения факультета иностранных языков Курского государственного университета (г. Курск) научный руководитель – Деренкова Н.С., к.ф.н., доцент кафедры немецкой филологии ТЕКСТ...»

«Токмакова Светлана Евгеньевна Эволюция языковых средств передачи оценки и эмоций (на материале литературной сказки XVIII-XXI веков) Специальность 10.02.01. – русский язык Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук Воронеж – 2015 Работа вы...»

«1 ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования "Уральский государственный университет им. А.М. Горького" ИОНЦ "Русский язык" Филологический факультет Кафедра риторики и стилистики русского языка РИТОРИКА Программа дисциплины П...»

«Вестник Томского государственного университета. Филология. 2014. №3 (29) УДК 821.161.1 – 82. 3 DOI 10.17223/19986645/29/9 Г.А. Жиличева ТЕМА ВРЕМЕНИ И ВРЕМЯ ПОВЕСТВОВАНИЯ В РУССКОМ РОМАНЕ 1920–1950-х гг. Статья посвящена описанию форм времени повествования в русском романе эпохи постсимволизма. В русле традиций наррат...»

«Белорусский государственный университет УТВЕРЖДАЮ Декан филологического факультета профессор И.С. Ровдо (подпись) (дата утверждения) Регистрационный № УД-/р. Функционально-коммуникативное описание русского языка как иностранного (спецсеминар) Учебная п...»

«Аннотация рабочей программы дисциплины "Иностранный язык" Цель курса – достижение практического владения языком, Цель изучения дисциплины позволяющего использовать его в научной работе. В результате освоения дисциплины обучающийся должен Знания, умения и навыки, приобрести навык...»

«Мензаирова Екатерина Алексеевна АКТУАЛИЗАЦИЯ КОНЦЕПТОВ "ЛЮБОВЬ" И "ЖЕНЩИНА" В ПЕСЕННОМ ДИСКУРСЕ Специальность 10.02.19 – теория языка АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук Ижевск – 2010 Работа выполнена на кафедре романских языков государственного образовательно...»

«МАСЛОВА ЭЛЬМИРА ФИЗАИЛОВНА Структурно-семантические и функциональные особенности антропонимов в романах Людмилы Улицкой "Даниэль Штайн, переводчик" и "Искренне Ваш Шурик" Специальность 10.02.01 – русский язык АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук Елаб...»

«Босый Петр Николаевич Современная радиоречь в аспекте успешности / неуспешности речевого взаимодействия специальность 10.02.01 – русский язык Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук Томск – 2006 Работа выполнена на кафедре русского языка ГОУ ВПО Томский государственный университет. Научн...»

«Симашко, Т. В. Сопоставительный анализ слов с генетически родственными корнями в составе денотативного класса [Текст] / Т. В. Симашко // Проблемы концептуализации действительности и моделирования языковой картины мира : сборник научных трудов / Поморский гос. ун-т им. М.В. Ломоносова. Северодвинский филиал ; [сост., отв. ред. Т. В....»

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ АВТОНОМНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ "БЕЛГОРОДСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ НАЦИОНАЛЬНЫЙ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ" (НИУ "БелГУ) УТВЕРЖДАЮ И.о. декана...»

«Кочетова Ирина Владимировна Регулятивный потенциал цветонаименований в поэтическом дискурсе серебряного века (на материале лирики А. Белого, Н. Гумилёва, И. Северянина) Специальность 10.02.01 – русский язык АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание учёной степени кандидата филологических наук Томск – 20...»

«Игорь Степанович Улуханов, Татьяна Николаевна Солдатенкова. Семантика древнерусской разговорной лексики (социальные названия лиц) Данная статья является продолжением описания лексики языка Древней Руси XI XIV вв., начатого в Улуханов, Солдатенкова 2...»

«Зарегистрировано в Минюсте РФ 22 марта 2012 г. N 23568 ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ЛЕСНОГО ХОЗЯЙСТВА ПРИКАЗ от 10 января 2012 г. N 1 ОБ УТВЕРЖДЕНИИ ПРАВИЛ ЛЕСОРАЗВЕДЕНИЯ В соответствии со статьей 63 Лесного кодекса Российской Федерации (Собрание законодательства Российской Федерации, 2006, N 50, ст....»

«СООБЩЕНИЯ КОНВЕРСИВЫ В РУССКОМ И АРМЯНСКОМ ЯЗЫКАХ РАНУШ М АРКАРЯН Конверсия, как явление переходности в сфере частей речи, пред­ ставляет собой один из типов языковых изменений. Факт "неизмен­ ности" и устойчи...»

«Министерство образования и науки РФ Алтайский государственный университет Научное студенческое общество ТРУДЫ МОЛОДЫХ УЧЕНЫХ АЛТАйскОгО гОсУДАРсТвЕННОгО УНивЕРсиТЕТА МАтеРиАлы XXXIX НАучНой коНФеРеНции студеНтов, МАгистРАН...»

«Сидорова Анна Геннадьевна ИНТЕРМЕДИАЛЬНАЯ ПОЭТИКА СОВРЕМЕННОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ПР ОЗЫ (литература, живопись, музыка) Специальность 10.01.01 – русская литература Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук Научный руководитель: доктор филологических наук, профессор Козлова Светлана Михайловна Барнаул – 2006 ОГЛАВЛЕНИЕ Список условных...»

«Аспекты лингвистических и методических исследований : сб. науч. тр. — Архангельск: ПГУ им. М.В.Ломоносова, 1999. А.А.Худяков Понятийные категории как объект лингвистического исследования Введение Вопрос о мыслительной основе языковых структур и их речевых реализаций рассматривается в современной...»

«Ученые записки Таврического национального университета им. В.И. Вернадского Серия "Филология. Социальные коммуникации". Том 24 (63). 2011 г. №2. Часть 1. С.393-397. УДК 82-21(410.1):81’42 ОБЪЕКТИВАЦИЯ КОНЦЕПТА РЕБЕНОК И ФОРМИРОВАНИЕ ПЕССИМИСТИЧЕСКОЙ ТОНАЛЬНОСТИ В АМЕРИКАН...»








 
2017 www.doc.knigi-x.ru - «Бесплатная электронная библиотека - различные документы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.