WWW.DOC.KNIGI-X.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Различные документы
 


Pages:     | 1 ||

«Вязигина Надежда Викторовна ГЕНДЕРНЫЕ ОСОБЕННОСТИ МЕМУАРНОГО ТЕКСТА специальность 10.02.01 – русский язык Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук ...»

-- [ Страница 2 ] --

Следует заметить, что такая тенденция (репрезентация «начала» жизни мужчин с более позднего этапа) является именно тенденцией, а не правилом, поскольку в проанализированных текстах имеются и исключения, например, в воспоминаниях Яшина Анатолия Семеновича: «Из ярких детских воспоминаний сохранилось такое: заснеженная улица, мне лет пять, я иду навстречу отцу, а он протягивает мне кусочек хлеба и говорит: «Сыночек, на тебе от зайчика». Этот хлебный аромат я ощущаю до сих пор». При этом в дальнейшем тема детства в тексте данного мужчины не поднимается, и основная часть описания начального этапа жизни посвящена школе, причем школа и получение образования эксплицитно оценены информантом как важный этап: «Оказалось, нужно сдавать 11 или 12 экзаменов, а при моей тогдашней подготовке это было проблематично, и я счел за благо бросить школу и не позориться. К счастью, рядом оказалась преподаватель истории, которая пристыдила меня и строго сказала: «Да ты что?! Не вздумай бросать!» В результате я окончил школу всего с одной «тройкой» и сегодня очень благодарен моим учителям за то, что заставили доучиться.

Неизвестно, как без образования сложилась бы моя жизнь».

Было отмечено, что как одна из важных реалий жизни в воспоминаниях мужчин присутствует экстернатура:

«Тогда спасло то, что мы с друзьями пришли на курсы ускоренного обучения (2 класса за полтора года), начальником которых была Огородникова.

Эти курсы размещались в здании бывшего института сельхозмашинострения, недалеко от элеватора» (воспоминания А. С. Яшина).

Наличие упоминаний об этой реалии в мужских текстах и ее отсутствие в женских текстах обусловлено, вероятно, опять же установкой на выполнение маскулинной роли в обществе – приобретение профессии – с одной стороны, и с другой – особенностями исторического периода, послевоенного времени, когда обретение профессии и вхождение в сферу труда для мужчины (а равно и для женщины по причине нехватки рабочей силы) было необходимостью.

Одной из значимых особенностей мужских текстов является инициация рассказа о собственной жизни кратким рассказом об истории своей семьи:

откуда приехали предки, кем они были, кем работали, какой имели достаток и т.д.: «Отец мой Григорий Кузьмич, 1892 г.р., приехал на Алтай после 1910 г. из Курской губернии Смородинской волости, деревни Ольховатка вместе со своим отцом-переселенцем, мачехой и двумя сестрами. Они ехали, как и многие переселенцы, на так называемые вольные земли, но не всем удавалось устроить свою жизнь, как мечталось в дороге. Отец по приезде пошел в батраки к местному богатому мужику, у которого проработал несколько лет, и только после Октябрьской революции получил небольшой надел земли, на котором и работал от зари до зари вместе с моей матерью Екатериной Яковлевной. Поженились они в 1916 г. после возвращения отца по ранению с империалистической войны. Родители моей матери были сибиряками. Дед по матери Яков Сохорев погиб во время колчаковщины, был забит шашками за участие в партизанском движении. Бабушка же Акулина Петровна прожила долго. Родившись в 1870 г., она умерла, когда ей было далеко за девяносто лет».

2.4.2. Оценка исторических событий и фактов Исторические факты, упоминаемые в текстах, как правило, общеизвестны.

Это, если следовать хронологии, переселение крестьян в Сибирь, коллективизация и раскулачивание, Великая Отечественная война, смерть И. В.

Сталина, индустриализация. Представленность тех или иных реалий зависит, естественно, от того, какие события происходили в период жизни конкретного информанта.

Несмотря на то, что речь мужчин, согласно большинству исследований, характеризуется меньшей оценочностью, в исследуемых текстах отмечается противоположная тенденция: женщины более скупы и осторожны в оценке тех или иных исторических реалий, в том время как в мужских текстах оценочность при описании тех или иных фактов обязательно присутствует. При этом мужчинам свойственен не тривиальный способ эксплицитной оценки по шкале «хорошо / плохо», в имплицитное выражение восхищения, недовольства, неодобрения и др. эмоций при помощи экспрессивных средств описания самого события. Сравните описание НКВД в мужском тексте: «Помню такой случай в 1937 г. Приехал из района уполномоченный НКВД, наряжают, как тогда говорили, в сельсовет нашего отца. Мать в слезы, ребятишки тоже. Тогда такие вызовы ничего хорошего не предвещали. Но за что бывшего батрака можно было привлекать? Все были напуганы. Под плач всей семьи пошел отец в сельсовет. Можно понять его состояние. С радостью встречали мы его возвращение домой. Зачем же вызывали? Оказывается, хотели подтвердить вину какого-то односельчанина. Отец ничего не знал и подтвердить обвинение отказался. Но ведь при этом можно было оказаться самому виновным в мнимом укрывательстве» (воспоминания И. Г. Гончарова).

Рассказ о восприятии смерти Сталина И. В. в женском тексте: «Когда в 53м году умер Сталин, мы все собрались в школе у репродуктора и слушали трансляцию. Я искренне переживала и очень плакала (мы были так воспитаны). Девчонки тоже плакали вместе с учителями и родителями, которые пришли в школу. Получилось что-то вроде линейки. А мальчишки – они и есть мальчишки: они же не привыкли видеть плачущих учителей, то пошутят, то засмеются. Девочки подбегут, начинают их стыдить. Поскольку Сталин жил в Москве и я жила там же, дети говорили между собой: «А Нина

Михайловна плачет больше всех потому, что он ее отец». Тогда ведь считали:

Сталин – отец всех детей, всего народа. Вот они и говорили: «А, может, это ее родной отец». У них возникли такие ассоциации. А я их учила: «Да как вы можете смеяться, какие-то игры затевать? КТО умер?» И я объясняла КТО это… Ведь когда мы начинали писать на французском, изучив алфавит, то первая фраза, которую мы учились писать, это «Viv Stalin», то есть «Да здравствует Сталин!» «Viv Lenin» тоже, но начинали со Сталина. И одна из моих учениц мне потом рассказывала про мальчишек: «Они вас слушали, им было стыдно»» (воспоминания Н. М. Вахрушевой).

Рассказ об извозчиках в дореволюционное время: «Центр – как вокзал, кишел пришлыми и приезжими, в нем всегда было шумно и суетливо. Потому и облюбовала себе тут место извозчичья биржа, как раз напротив городского сада. Черным лаком блестели щегольские коляски, а зимой беговые санки на подрезах, с медвежьей полостью. И извозчики, не забывшие старых манер, лихо восседали на облучках, метким глазом высматривая седоков. «Пжалст, гражданин товарищ, мигом домчу. Ты на лошадку взгляни, орловских кровей, ишь как копытами вытанцовывает»» (воспоминания В. Чиликина).

Рассказ о реалиях Великой Отечественной войны: «Во время войны почти в каждом доме жили эвакуированные. В нашем доме жила семья из Москвы – Стахановы. Девочка их училась в музыкальной школе, что для меня равнялось чуду. Однажды она взяла меня с собой на занятие. В классе стоял большой концертный рояль, и я спряталась под него, но пришла преподаватель и не разрешила быть в классе. Это было для меня настоящее горе» (воспоминания Т.

В. Скворцовой).

2.4.3. Дом и быт В женских текстах более ярко описана сфера дома и быта. Например, актуальна в женских текстах жилищная тема: «В Барнауле мне дали комнату на улице Чкалова в доме №23. Это старое деревянное здание когда-то было церковью, но потом его переделали под жилье: посередине коридор, из которого двери вели в комнаты. Дом уже давно снесли, 30 лет как на его месте стоят панельные пятиэтажки». При этом собственное жилье чаще всего описывается как пространство личного комфорта, связанное с радостью, положительными эмоциями: «Комната – 20 квадратных метров, печное отопление, но это была такая радость для нас, что переехали с 6 квадратных метров на 20», «Вот сейчас Хрущева ругают, но тогда это помогло решить жилищный вопрос. Вы знаете, что значило получить такую квартиру в то время! Это было настоящее счастье!». Большое внимание уделяется вопросам быта, подробно описываются процедуры и традиции работы по дому и организации домашнего труда и обихода: «Мама рассказывала про ритуал стирки белья. У них был огромный двухведерный медный самовар. Самовар выглядел так: полость, внутри которой медная труба, а снизу топка. В полости кипела вода. Белье было льняное, толстое. Его сначала замачивали, потом стирали на руках сначала в одном корыте, потом в другом, после чего кипятили в этом самоваре. После кипячения белье вытаскивали из самовара, затем на лошади везли полоскать на Обь.

Оттуда в решетах привозили выполосканное белье, после чего подсинивали, крахмалили и только потом вывешивали на просушку. Белье было белоснежным. Тогда был культ белья», «У нас было две металлические кровати, письменный стол (он всегда был накрыт белой скатертью), белые шторы, комод с белой накидкой. Был культ кровати: мы никогда не садились на кровать. У нас было пикейное покрывало, ему был уже не один десяток лет, но оно все равно было белоснежным», «Интересным воспоминанием является то, как в доме «стежили» одеяла. Был специальный деревянный станок, куда натягивалась основа, затем прокладывался материал – утеплитель – и проводилась вручную работа по изготовлению одеял. Одеяла получались, как фабричные, даже лучше, потому что рисунок «простежки» придумывали сами мастерицы, рисунок наносился мелом на ткань, а потом по нему ткань прошивалась. Одеяла делали из сатина, из атласа, из шелка. Это были настоящие произведения искусства, делались они с наполнителем из пера и из пуха. Позднее их стали заменять шерстяными китайскими одеялами с красивым рисунком, которые стоили достаточно дорого. Интересно было наблюдать и за глажением белья с помощью специальных деревянных катков для «катания» белья», «На улицу в те времена никто не смел выбрасывать мусор или лить помои. Люди, хотя жили и бедно, но имели достоинство и уважение к себе». Интересно, что мир быта в текстах женщин часто терминологически сопрягается с миром искусства, сакральным миром, что отражается в соответствующей лексике:

«ритуал», «культ», «искусство».

В женских текстах имеются практически отсутствующие у мужчин отсылки к вопросам моды, одежды: «В 10 классе я сшила себе костюм, он назывался «хлеб с целины». Белое платье было обшито полосками, где-то мне раздобыли небольшой сноп пшеницы. На голове у меня была красная кубаночка, снопик, перевязанный красной ленточкой с надписью: «Хлеб с целины». Это было тогда очень современно, модно. За этот костюм на городской елке я получила первый приз», «Помню, у меня был такой костюм – льняные чулки, пажики, на которые пристегивались эти чулочки, а сверху красивая приталенная курточка с заячьей опушкой и коротенькая юбочка», «Когда я закончила 10 классов, у меня было белое штапельное платье, голубенькая, носочки беленькие и черные молескиновые (из ткани) туфли на каблучке. Вот такой был у меня наряд, в котором я ходила на танцы», «Бабушка хорошо шила, вышивала вручную и на швейной машинке, делала модные скатерти «Ришелье» и «выбитые» на швейной машинке салфетки, шторы и постельное белье. Скатерти, салфетки и шторы специально не фотографировали, но можно составить представление о женских мастерских руках посмотрев на одежду, которая шилась для меня и на воротничок для школьной формы, который также выполнен дома на швейной машинке вручную», «Носила она черную борчатку из овчины, отделанную мерлушкой черного цвета, и всегда пуховый платок – оренбургскую шаль. На ногах – кукмарские пимы, они были красивы: легкие, мягкие и вышитые красными цветами по черному полю. Разве сейчас такие встретишь! Нам же покупали светлые пимы, но тоже вышитые красными цветами. Я не помню, чтобы мы износили их до дыр», «А какие нам шили школьные формы! Мамина сестра была швеей, шила шапки. Зимой шапки, а летом – военные фуражки. Для шитья головных уборов выдавали тонкое сукно, после раскроя которого оставались лоскутки ткани по 8–10 см, из них мама шила нам школьную форму. Она была такая чистенькая, аккуратненькая. Белые фартучки были из простого ситца, но они были с воланами, кружевом, воротнички белоснежные, платья с оборочками.

Красивые банты на голове. Аккуратность и опрятность были прежде всего».

В мужских текстах тема одежды редко получает подробное развертывание, предметы гардероба описываются исключительно с утилитарной точки зрения:

верхняя одежда- с точки зрения тепла, спортивная форма – с точки зрения удобства и влияния на спортивные результаты.

Сфера утилитарного актуализирована в женских текстах даже в отрыве от темы дома: «Бабушка особенно хлопотала: насобирала мне несколько сумок вещей, разных продуктов, в том числе круп. Мне говорили: «Ты туда приедешь, там же ничего нет». И действительно, когда я приехала, я ни в чем не нуждалась, у меня было все, даже свой тазик и мыло»; «Оказалось, что для того чтобы помыться, надо идти в баню на Никитинской: в гостинице не было даже душа» (воспоминания Н. М. Вахрушевой).

Сравните, например, упоминания об одежде в мужском тексте:

«Пошивочный цех шил добротные полушубки, фуфайки, стеганые брюки, гимнастерки и модные тогда брюки-галифе цвета хаки. Кожцех выпускал прекрасный хром и юфтовые кожи, которые поставлялись обувным предприятиям и артелям», «В цехе холодно (не хватало тепловой энергии), трудно было согреться и в общежитии. Вот и не расставались с фуфайками, а то и с теплыми брюками, которыми тогда владели многие, да часто и другой одежды не имели» где отсутствует личное отношение, какая-либо субъективная оценка костюма, нет оценки с точки зрения красоты, привлекательности. Отсюда соответствующие определения: «добротные», «теплые», в том числе технологического характера – «прекрасный хром и юфтовые кожи».

Следует отметить, что даже достаточно яркие и экспрессивные описания одежды и стиля поколения у мужчин не сопровождаются субъективными оценками:

«Первые стиляги у нас появились примерно в 58–59 гг. Я еще был школьником, и вопросы моды меня как-то мало волновали. Но уже появились в городе парни в брюках дудочкой, т.е. очень-очень узеньких, пестрых рубашках, первоначально в клетку (тогда у нас это была новинка), ботинках или туфлях на толстой каучуковой подошве, лучше рыжего цвета, широких пестрых галстуках, а позже пошли «шнурки», наоборот очень узкие и даже, действительно, в виде шнурков, но главное – прическа – под Элвиса Пресли – короля рок-н-ролла, т.е. со взбитым коком над лбом. Если это была зима, то украшением должен был быть очень яркий шарф. И еще надо было держаться как можно дольше без головного убора, ходить «без головы». «Золотая»

молодежь тусовалась на Ленинском, от площади Октября до площади Советов, называя этот участок проспекта «Бродвеем».

У девиц были свои «приколы». На первом этапе, т.е. в период рок-н-ролла, стиль девушек походил на мужской, т.е. узкие брюки, при этом пестрые блузки, обувь без каблуков на толстой подошве, стрижка «под мальчика». Если кто-то доставал джинсы, а они в те годы были американские и недоступные у нас, то был вообще «писк». Вскоре, с приходом твиста и чарльстона, женская мода стала романтичнее, появляются туфли-«лодочки» на высоком тонком каблуке, юбки-колокола и прически-«халы» – это были сложные сооружения, Злые языки утверждали, что при сооружении прически некоторые девицы использовали посторонние предметы: как-то картон и даже пустые консервные банки» (воспоминания В. А. Скубневского).

Вещная сторона быта в мужских текстах представлена как некая внешняя оболочка жизни, объекты, воспринимаемые визуально, но не представляющие утилитарной ценности и не наполняемые дополнительными смыслами: «Город тихих травянистых улиц, бревенчатых домиков с геранями на окошках и курами во дворах – таким я вижу Барнаул моего детства из сегодняшнего суматошного дня» (воспоминания В. Чиликина).

2.4.4. Досуг, времяпрепровождение, развлечения В воспоминаниях мужчин немалое внимание уделяется теме спорта, спортивных игр: «Кстати, когда сейчас я смотрю на экипировку современных футболистов, то невольно приходит в голову сравнение: наши тогдашние бутсы также отличаются от нынешних, как водолазные боты от пуантов балерины», «Сейчас, когда слышу, в каких благоприятных условиях тренируются спортсмены, выезжают на сборы на юг, вспоминаю, как тренировались мы», «И теперь, когда позади годы и годы, я часто оглядываюсь в прошлое и спрашиваю себя: А если бы все сначала? Пошел бы этим спортивным путем? И сразу отвечаю: да! Я снова пошел бы этой тяжелой и радостной дорогой спорта. Значит, жизненную цель выбрал правильно. Сколько прошло рядом лиц, характеров, судеб! Целые миры! Мир спорта – это не только мир успехов и поражений, радостей и огорчений, это прежде всего познание человека. Познавая личность, ты сам становишься богаче. Сотни и сотни ребят прошли за десятки лет через мою спортивную судьбу, и за редкими исключениями они стали достойными гражданами своей страны и сохранили теплые воспоминания о своей спортивной молодости.

Думаю, что прошел спортивную жизнь не зря. Мне есть что вспомнить», «Зимой ходили кататься на лыжах возле веревочного завода. Здесь была хорошая лыжня с большим перепадом высот. Постоянные тренировки придавали нам уверенности, и мы смело бросались вниз, достигая берега Барнаулки».

Даже воспоминания о городе связаны у некоторых информантов с темой спорта: «И еще хотелось бы сказать несколько слов о спортивном духе города.

Барнаул моей молодости характеризует такое явление, как массовое увлечение физкультурой. Особенно популярен у горожан был стадион «Локомотив». Многие приходили сюда после работы, нередко целыми семьями, чтобы активно подвигаться, поиграть в футбол, волейбол. Как любое травяное поле, площадка регулярно зарастала, и сторож выдавал пришедшим позаниматься косу. Как только трава будет скошена, площадка подготовлена

– пожалуйста, получайте инвентарь и занимайтесь на здоровье. И желающих размяться, от души позаниматься физкультурой всегда было очень много».

Спортивные реалии представлены как часть пространственной организации города: «Стадион «Динамо» того времени внешне, конечно, сильно отличался от нынешнего, трибуны были деревянными. Кстати, Евгений Дорохов (он был заместителем начальника УМГБ, а затем перешел в УВД) сделал хороший подарок городу. Его усилиями примерно в начале 1970-х деревянные скамейки на трибунах были заменены на новые» (воспоминания А. С. Яшина).

Тема спорта как разновидности досуга, т.е. времяпрепровождения, отличающегося от учебы и работы, пожалуй, в исследованных текстах является единственным отличием репрезентации способа организации свободного времени мужчинами и женщинами. В остальном, за исключением каких-то индивидуальных увлечений конкретных информантов, представлены примерно одинаковые способы проведения досуга: танцы, концерты, театр, музыка, самодеятельность, одни и те же зимние развлечения – лыжи, коньки.

Например, воспоминания женщин:

«Летом ходили на танцплощадку в парк Меланжевого комбината. И в Горсад – так тогда назывался парк Центрального района – на танцы ходили.

Зимой очень часто ходили на каток «Динамо» – тогда очень популярно было катание на коньках. Играла музыка, вальсы, и под эти старинные вальсы все катались на коньках – это было очень и очень красиво. Особо тогда, в общемто, было не разгуляться. Клубов «Колизей», «Зебра» и «Пилот» тогда не было»;

«Моя мама очень любила искусство. Она знала всех наших певцов. У нас дома был патефон и чудесные пластинки, и в доме всегда было весело»;

«Ну а потом, в седьмом классе мы начали ходить на стадион «Динамо» и в горпарк. Это было замечательно! Там мы катались на коньках. На «Динамо»

всегда был каток. Все цеплялись друг за друга, образовывался паровозик, этот паровозик вел кто-то сильный. Он ведет, ведет, а потом свернет круто – и все падают».

Воспоминания мужчин:

«Культурная жизнь в городе кипела и бурлила. Сколько знаменитых артистов и творческих коллективов здесь побывало! До сих пор вспоминаю гастроли оркестра Леонида Утесова, ансамбль Игоря Моисеева, хореографический ансамбль «Березка» в изначальном составе (особенно удивительным было, когда они танцевали босиком, для Барнаула это было необычно)»;

«Хорошо, если была радиоточка с черным репродуктором в виде тарелки, у счастливцев мог быть старый патефон, о телевидении вообще мало кто слышал. Все знания мы получали из книг, газет и из общения со знающими людьми – лекторами, докладчиками, в различных кружках. Вот почему заводской клуб был для нас местом встреч и получения знаний»;

«Истинным наслаждением было купание на реке Оби. Спустившись с крутого берега против своей улицы чуть ли не кубарем, бросались в воду»;

«Свободное время любили проводить в парках, где играла музыка, знаменитые тогда вальсы и танго. Гуляли целые семьи, ходили под руку шеренгами, парами, пробегали стайками ребятишки (без них нигде не обойдешься!). Работала вышка аэроклуба, где можно было спуститься на парашюте».

Как ни странно, но анализ репрезентации темы досуга показал одно важное отличие в сфере, которую изначально не предполагалось анализировать.

Этой сферой является тема дружбы, рассказов о друзьях. Так, было отмечено, что в женских текстах тема дружбы не представлена, в то время как в мужских рассказы о друзьях, воспоминания о знакомстве с друзьями, судьбе друзей и т.д.

представлены достаточно широко и подробно, например:

«Одним из самых надежных и любимых моих друзей был Руслан Вертмиллер – исключительно умный, талантливый и порядочный человек! С ним мы познакомились в конце 1940-х – начале 1950-х в хореографическом кружке Дворца культуры меланжевого комбината. Интересна и драматична его судьба. Жизнь его родителей до Барнаула была связана с Веной, Киевом.

Отец Руслана был кондитером, а мать – очень хорошей портнихой. Семье Вертмиллеров пришлось пережить и репатриацию, и репрессии. В 1937 году отец Руслана был расстрелян. Сам же Руслан, несмотря на испытания, трудности, не сломался, остался сильным и благородным, его искренне уважали все, кто был с ним знаком» (воспоминания А. С. Яшина);

«Год 1956-й. Я в составе омской команды еду в Барнаул на чемпионат Сибири, который проводился в зачет 1-й Спартакиады народов РСФСР. И уже в пути замечаю, что разболелся палец ноги, Ступать трудно. Боль усиливалась, а впереди старт на спартакиаде. Ответственность огромная.

Поделился бедой с Эдиком.

– Знаешь, – сказал он, – прими финскую ванну. Налей в два тазика холодной и горячей воды и, массируя ногу, опускай ее поочередно то в один таз, то в другой.

С другом доковылял до дома. Провел все процедуры, как советовал Эдик Лапин. На следующий день вышел на борцовский ковер. Боли как не бывало! А не окажись рядом Эдика?

Когда наши властители развязали в Чечне войну, я часто вспоминал своего друга: спаси его Бог!» (воспоминания Б. П. Вольхина).

Возможно, таким образом в продуктах речевой деятельности отражается гендерно специфичная расстановка ценностей: у женщин репрезентирован приоритет семьи, у мужчин – приоритет дружбы.

Необъемлемой частью «молодежного» досуга в воспоминаниях мужчин является тема драк и потасовок среди детей и подростков, упоминаемая практически во всех текстах мужских воспоминаний:

«С теплотой вспоминаю даже странные обычаи, впрочем, уже в пору моего детства уходившие в прошлое, – обычаи уличных потасовок. Город как бы размежевался по лагерям. Нагорные ополчались на зайчанских и алтайских, а у себя на горе береговские «воевали» с зырянами, – так называли тех, кто жил в сторону Барнаулки от Большой Змеевской, или Троицкого проспекта, нынешней улицы Аванесова. «Воевали» беззлобно. Но носы друг другу все равно расквашивали на совесть. Самыми отчаянными забияками считались береговские, и я гордился тем, что жил на Береговой» (воспоминания В.

Чиликина);

Информация о проведении свободного времени представлена в воспоминаниях мужчин в двух аспектах: как собственное времяпрепровождение и как наблюдения за досугом старшего поколения, как правило, более степенным, размеренным, менее активным:

«А бабы на лавочке щелкают семечки, сдувая под ноги шелуху с губ и судачат о том о сем, посматривая, как мужички на полянке кто сидя, кто лежа на животе, с озорными присказками дуются в лото. Игра копеечная, никто не в обиде, и всем интересно» (воспоминания В. Чиликина).

В женских текстах досуг представлен главным образом с позиции автора как субъекта активного действия.

2.4.5. Профессия, труд Мужские тексты создаются под значительно большим влиянием профессионального фактора, чем женские. Мужские тексты демонстрируют преломление мужского мировосприятия в целом сквозь призму собственной профессии, ставшей буквально стилем и стержнем жизни. Например, так Петр Иванович Захаров, строитель, приводит свои воспоминания о городе как об объекте застройки, заостряя внимание на техническом процессе и финансовой стороне: «Для того, чтобы сделать Поток индустриальным, надо было сделать новый завод силикатного кирпича (его построили около Власихи).

Только это позволило нам строить дешевле и быстрее, потому что силикатный кирпич – это относительно дешевый материал. Он достаточно элегантен по цвету – белый, что позволило сократить стоимость строительства жилья. Сократили много излишеств в архитектуре. Это были, конечно, не излишества, но для того, чтобы красиво строить, нужно финансирование, а если денег нет, то не до красоты, нужно было дать элементарное жилье, которое могло удовлетворить наших граждан».

Воспоминания Михаила Ивановича Воронина, закончившего машиностроительный институт, заполняют хронотоп края различными деталями, касающимися тракторной промышленности : «Это было очень интересное и очень трудное время. Страна приступила к восстановлению и перевооружению тракторной и сельскохозяйственной промышленности. За время войны страна понесла огромные потери в народном хозяйстве, в том числе и в тракторной промышленности: были полностью разрушены Харьковский и Сталинградский тракторные заводы, а Челябинский тракторный завод превращен в танковый. Из тракторных заводов остались Владимирский завод, выпускавший маломощные колесные тракторы, недавно пущенный Липецкий завод, выпускавший дизельные тракторы небольшой мощности, и Алтайский тракторный завод, созданный из остатков Харьковского и Сталинградского заводов». Следует отметить также, что в текстах воспоминаний, написанных сквозь призму профессии, присутствует большое количество специальных терминов из соответствующей сферы.

Женщины в своих воспоминаниях практически не упоминают о своей профессии и сфере деятельности.

Еще одно подтверждение силы профессионального фактора у мужчин было обнаружено при сравнении текстов, в которых автор-мужчина и авторженщина говорят о своей любви к театру. При этом мужчина сам по профессии является актером и объясняет свою любовь удачным выбором профессии, тем, что с театром он сроднился как актер, а женщина – тем, что ее мама играла в театральной труппе, водила дочерей в театр, несмотря на бедность, всегда находила деньги на билеты.

2.4.6. Семья Тема семьи является лейтмотивной для женских текстов: жизнь женщины в линейной последовательности фактически представляет собой цепочку переходов из одной семьи в другую (из родительской – в собственную), из одного матримониального статуса в другой (дочь – невеста – жена – мать – бабушка). Как один из значимых жизненных этапов описывается замужество, причем не только собственное, но и замужество матери, бабушки, сестер и т.д.

В российском обществе начала и середины ХХ века изменение социального статуса женщины с незамужней на замужнюю сопровождалось соответствующей сменой образа жизни.

В соответствии с приобретением статуса жены женщина приобретала порой кардинально новое пространство:

«Родилась я на улице Интернациональной, 176, в двухэтажном четырехквартирном доме. Здесь жили мои бабушка и дедушка, мои родители, прожила и я в этом доме 27 лет. А переехала отсюда в поселок Садоводов (в дом по адресу Змеиногорский тракт, 120), когда вышла замуж» (Данилина Н.

В.), «Говоря о своих воспоминаниях нельзя не сказать о том, кто был рядом и во многом повлиял на мое мировоззрение. Это мой муж …. Замуж за него я вышла, когда он только что получил звание майора и служил в Высшем Военном Авиационном Училище лётчиков имени главного маршала авиации К.А.

Вершинина. … Мне пришлось вместе с мужем за время его службы побывать и пожить на территории Военно-Воздушной академии имени Ю.А.

Гагарина, расположенной в ПГТ Монино под Москвой, послужить в гарнизоне г. Камня на Оби и ст. Калманка» (Кагирова Г. В., здесь и далее цит. по [Барнаул в воспоминаниях старожилов, 2007]).

Сила семейной тематики (если относительно мужских текстов можно говорить о преломлении действительности сквозь призму профессии, то относительно женских – о преломлении действительности сквозь призму семьи) проявляется в женских текстах в том числена уровне дейктических замен единственного числа на множественное («я» на «мы», «моё» на «наше»), например: «В 1951 году наша семья поселилась в Барнауле. … Дорога в библиотеку от дома, где мы жили, шла по Ленинскому проспекту…», «С 1952 года наша семья жила на улице им. В.Чкалова», «Редко, но наша семья ходила в театр драмы» (Степанская Т.М.). Почти обязательным атрибутом женских текстов являются упоминания о других членах семьи, в особенности матери.

Фигура матери в женских текстах соотносится с темой дома и быта: «Помню, к Новому году мы все вместе с мамой дома поздними вечерами делали елочные игрушки», фигура отца – с более широким социальным и пространственным контекстом: «Отец устроился на работу в трест «Алтайлес» главным механиком. Его вскоре отправили в длительную командировку в Боровлянский леспромхоз, где в июле 1939 годы появилась на свет я» (воспоминания Скворцовой Т. В.).

Тема семьи в мужских текстах в большей степени связана с воспоминаниями о родителях, чем о собственной семье: «В декабре 1941 г. мы с мамой переехали в новый дом. Было темно, морозно. Мама на саночках сестру, а я бежал рядом. Сестренке тогда было полтора годика» (воспоминания Вольхина Б. П.). Такой этап, как женитьба, не упомянут ни в одном из исследованных мужских текстов, само упоминание супруги присутствует лишь у двух мужчин: «Пришел эшелон с нашими семьями. Приехала и моя жена Галя с двухмесячной дочкой Таней на руках (сейчас Таня – кандидат технических наук, преподает в Политехническом университете)» (воспоминания Колосова А. З.), «Мы туда проходили, спускались вниз к Болдинской протоке и купались.

Там я в первый раз поцеловал свою будущую супругу. Мне было двадцать четыре года» (воспоминания Захарова П. И.). Достаточно четко прочитывается расстановка авторитетов в тексте Устенко Н. Г.: «Мне было 24 года, я был завидным женихом: неженатый, не покалеченный на войне, с образованием, партийный. Я в партию вступил в 42 году, хотя знал, на что шел: немцы расстреливали без предисловий евреев и коммунистов, но меня это не пугало. Я хотел стать учителем или юристом, потому что в те годы заочная учеба была организована для этих категорий людей» (далее тема создания собственной семьи не поднимается).

Тема детей в женских текстах затрагивает не только воспоминания о рождении и воспитании собственных детей, но и (для женщин самых разных профессий) учеников, пациентов, соседей и т.п. Например, в воспоминаниях Н. М. Вахрушевой: «Когда в 53-м году умер Сталин, мы все собрались в школе у репродуктора и слушали трансляцию. Я искренне переживала и очень плакала (мы были так воспитаны). Девчонки тоже плакали вместе с учителями и родителями, которые пришли в школу. Получилось что-то вроде линейки. А мальчишки – они и есть мальчишки: они же не привыкли видеть плачущих учителей, то пошутят, то засмеются. Девочки подбегут, начинают их стыдить. Поскольку Сталин жил в Москве и я жила там же, дети говорили между собой: «А Нина Михайловна плачет больше всех потому, что он ее отец»»; «С детдомовцами я дружила, даже приводила некоторых к себе домой. Мы пекли вкусные трубочки. Борис Андреевич приносил секундомер, им было так интересно. Это были дети, которые никогда не знали семьи, жили на всем готовом, они даже не знали, что продукты покупают в магазинах».

Упоминания о детях в мужских текстах отличаются формальностью, абстрактностью, например: «Родился сын Николай. Окончил АГУ, подполковник милиции, ветеран военных действий в Чечне, награжден. Но маловато нам сына оказалось, и на свет появилась дочь Инна. Окончила АГУ и институт экономики» (воспоминания Захарова П. И.).

2.4.7. Репрезентация процесса воспоминания Процесс извлечения фактов и их оценок из памяти репрезентирован в мужских и женских текстах в различной степени. Так, в мужских текстах экспликации типа «помню», «как сейчас вижу», «вспоминаю», «приходят на память» и т.п. встречаются чаще, чем в женских текстах. Например:

«Помню деда Кузьму Герасимовича, крепкого старика, никогда не болевшего и умершего в начале тридцатых годов скоропостижно»; «Помню такой случай в 1937 г.»; «Хорошо помню первые плакаты, среди них – «Родина-мать зовет!»»; «К сожалению, теперь я уже не могу вспомнить фамилию этой женщины и ее брата»; «Помню, как мы радовались успехам под Ельней полка И.М. Некрасова, до войны расквартированного в Барнауле»;

«Самые теплые воспоминания остались о директоре завода Николае Григорьевиче Чудненко» (воспоминания И. Г. Гончарова);

«Я вспоминаю песенку А. Миронова о дикарях «На вид они ужасные, но добрые внутри, так и наши дома на потоке»; «Вспоминать нельзя без грусти деревеньку малую» (воспоминания П. И. Захарова);

«Кроме того, это место памятно тем, что здесь, в районе Волчьей Горы, мы встречались стенка на стенку с зайчанскими. И было еще одно место подобных встреч – на «баках»»; «В память врезалось 6 ноября 1943 года, когда во время школьного вечера на сцену выскочила наша географичка и закричала: «Товарищи! Я вас поздравляю! Наши войска освободили мой родной город Киев!»»; «Запомнилось, как однажды нам с пастухом довелось с 5 часов утра перегонять десять быков из Баюново на убой в Новоалтайск»;

«Отчетливо помню забитый в землю рядом с этой лужей кол, к которому была привязана коза»; «Раз уж зашла речь о Копай-городе, вспоминаю свои ощущения от этого района» (воспоминания А. С. Яшина).

Репрезентация процесса воспоминания у женщин проявляется в структурной организации текста: факты и события часто следуют друг за другом не в хронологическом порядке, хронология нарушается экскурсами и пояснениями о более ранних событиях, в том числе тех, свидетелями которых сам рассказчик непосредственно не являлся.

2.5. Гендерные особенности воспоминаний старожилов Барнаула.

Формальный аспект С целью выявления формальных признаков пола тексты были проанализированы по следующим параметрам:

длина текстов (количество слов в каждом тексте; слово – знак от пробела до пробела);

длина предложений (количество слов в каждом тексте; слово – знак от пробела до пробела);

синтаксическое разнообразие;

структура предложений (простые, сложносочиненные, сложноподчиненные, бессоюзные; наличие осложнения причастными и деепричастными оборотами, однородными членами);

лексическое разнообразие;

частотность использования слов разных частей речи;

особенности стилистического оформления текстов (лексика, грамматика).

2.5.1. Длина предложения и синтаксическое разнообразие Средний объем текста устанавливался путем подсчета количества слов (за слово считался знак от пробела до пробела) в тексте средствами программы Microsoft Office Word. Выбор данного параметра был обусловлен тем, что обычно подобные исследования показывают больший объем текстов, продуцируемых женщинами, и большую краткость текстов мужчин.

После этого были установлены средняя длина предложения в мужском и женском тексте и коэффициент синтаксического разнообразия. Средняя длина предложения у женщин составила 13 слов, у мужчин – 15 слов.

Коэффициент синтаксического разнообразия вычислялся по формуле:

Ксинт = 1 – Где Ксинт – коэффициент сложности, П – число предложений, С – число слов во всем тексте. Ксинт колеблется от 0 до 1. Чем больше дробь, тем многословнее предложения в данном тексте, а следовательно, выше возможность разнообразия синтаксических отношений между словами в составе отдельного предложения [Психосемантика слова и лингвостатистика текста, 2000, с. 27].

Коэффициент синтаксического разнообразия у женщин составил 0,074, у мужчин – 0,064. Разница в коэффициенте синтаксического разнообразия представляется незначительной, что подтверждается и результатами сравнения в частотности употребления тех или иных (простых/сложных) синтаксических конструкций. Не было выявлено и предпочтений в использовании конструкций с сочинительной или подчинительной связью. Исключение составила большая частотность использования союза «но» женщинами, чем мужчинами.

Также одной из синтаксических особенностей женских текстов является склонность к использованию распространительных конструкций с союзом «который»:

«После войны она закончила Барнаульское медицинское училище, которое находилось на втором этаже магазина «Красный» на проспекте Ленина (в советское время – универмаг «Юбилейный», до революции 1917 г. – торговый дом купца Полякова)» (воспоминания Славниной Т.И.), «И что очень важно, в каждом доме были парадные окна, которые, как правило, выходили на улицу»

(воспоминания Степанской Т.М.).

Объем текста, лексическое разнообразие, частеречная 2.5.2.

принадлежность Проведенный статистический анализ показал, что средний объем женского текста составляет 4180 слово, средний объем мужского текста – 6009 слов.

Данный результат противоречит результатам других исследователей, причем разница представляется значительной: почти две тысячи слов. Кроме того, в мужских текстах был отмечен и наибольший разброс в объеме текстов: как самый короткий текст воспоминаний (1991 слово), так и самый длинный (13203 слова) принадлежат мужчинам, в то время как в женских текстах не

–  –  –

2.5.3. Особенности стилистического характера Исследование лексики показало наличие ряда особенностей, проецирующихся на пласт бессознательного структурирования действительности. К ним относятся следующие специфические для женских и мужских текстов особенности.

1. Некатегоричность женских текстов и категоричность мужских. Это проявляется, к примеру, в следующем:

- наличие большого числа неопределенных местоимений типа «как-то», «кто-нибудь», «какой-то» и т.п. в женских текстах (приблизительно четыре употребления на 1000 слов). Особенно часто подобные местоимения употребляются в женских тестах при обозначении времени: «В районе Спичфабрики когда-то была краевая библиотека, тогда Шишковки не было, и туда ходили все студенты. Она находилась на углу, на Ползунова, тогда это было очень популярное место, там раньше была канцелярия медеплавильного завода», «Я составляла списки, разнарядку, писала направления на завод, а потом, где-то в 44 году, перешла на работу в отдел социального обеспечения».

Характерно также употребление неопределенного местоимения «что-то» в позиции дополнения при обозначении действия, совершаемого регулярно и по смыслу не требующего обязательного заполнения позиции объекта: «Они с мамой по вечерам шили костюм, что-то красили, крахмалили, утюжили»;

- наличие в женских текстах большего числа вводных слов со значением допущения, вероятности, предположения: «В зрительном зале нас было человек двадцать пять, наверное, не больше», «Наши наряды, видимо, выделяли нас среди других, и это сыграло определенную роль в дальнейших событиях», «Во времена индустриализации приехал на Алтай, вероятно, для оказания помощи, но в 1946 году здесь и умер».

Для сравнения: в мужских текстах число неопределенных местоимений составляет 2-3 употребления на тысячу слов (0,29 % от общего объема текста), а при меньшем количестве вводных слов со значением предположения, допущения наблюдается большее количество вводных слов со значением уверенности: «Очевидно, не без активного участия прогрессивного краевого органа печати».

2. В мужских текстах отмечается устойчивая тенденция к дословной передаче своей и чужой речи, тексты изобилуют диалогами:

«Со своей бедой я проник в кабинет к Баварину. Владимир Николаевич был краток:

- Все вопросы к Романенко.

Я поспешил к его заместителю. Нина Иннокентьевна встретила меня с каменным лицом.

Она сказала примерно так:

- Товарищ главный художник города, не обращайте внимания на прессу.

Продолжайте заниматься памятником Шукшину…» (воспоминания С.А.

Боженко);

«Остановился, женщина – тоже.

– Извините, Вы Евдокия Петровна?

– Да, я Евдокия Петровна, – проговорила она, внимательно глядя мне в лицо. – А вы кто? – спросила.

Сомнений больше не осталось.

– Я учился у вас в 12-й школе.

– А как фамилия?

– Вольхин. Борис Вольхин.

– Ой! Боря! Помню, помню! – воскликнула она, и на ее лице появилось радостное удивление. – Боря Вольхин, помню тебя. Ты был небольшого роста. Да, да. 13-я школа. – Она замолчала и продолжала смотреть на меня»

(воспоминания Б. П. Вольхина);

«Опираясь на клюшку, она обвела рукой полукружье – ей виделось то, что не виделось мне.

– Бывало, кликнешь – айдате, девки, по веники, – а веники – вот они, за огородом, дотянись и ломай.

– А там, – машу в сторону Барнаулки, – до того, как застроились улицы, что было? Тоже, небось, березняк?

– А кто его знает, может, и березняк, а может, сосна. Мой дед – не этот, а который по бате, век углежогом прожил, тут, видно, и рыл свои ямы»

(воспоминания В. Чиликина).

В женских текстах передача чужой речи скорее имеет характер моделирования приблизительного контекста, без стремления к точности: «По пути он рассказал мне, что очень боится, что его отправят в Кулунду, а я ему говорю: «А я боюсь, что меня вон в ту деревню загонят» – и показываю на Гору (я тогда еще не знала, что это часть города)» (воспоминания Н. М.

Вахрушевой).

3. Стилистическая нейтральность женских текстов и стремление к ненейтральности, художественному оформлению в мужских текстах:

«Николай Звонков оказался словоохотливым дядькой. Чёрная борода и кустистые брови делали его похожим на хитроватого разбойника.

Выяснилось, что он работает в бюро эстетики Барнаульского шинного завода:

«БЭШЭЗЭ». Это звучало гордо, но подозрительно» (воспоминания С.А.

Боженко);

«Улица Старо-Береговая очертила город по-над Обью, отступив на квартал от прибрежного крутояра. Была она когда-то светлая и зеленая от берез и сплошь покрывшей ее муравы, в накрапах веселого клеверка, а теперь посмурнела, будто чем-то обиженная» (воспоминания В. Чиликина);

«У девиц были свои «приколы». На первом этапе, т.е. в период рок-нролла, стиль девушек походил на мужской, т.е. узкие брюки, при этом пестрые блузки, обувь без каблуков на толстой подошве, стрижка «под мальчика». Если кто-то доставал джинсы, а они в те годы были американские и недоступные у нас, то был вообще «писк»» (воспоминания В.А. Скубневского).

Для достижения стилистической окраски в мужских текстах наблюдается отступление от норм грамматики: «Народ знает историю о Демидовых еще с Петра Первого, который послал заводчика Никиту Демидова на Урал добывать металл для отечества. Металл был добыт из недров Уральских гор и доставлен российской державе» (воспоминания И.Е. Харина).

4. Склонность мужчин употреблять в своих текстах аббревиатуры и сокращения: «соцстарны», «газвода», «спичфабрика», «партноменклатура», «инфизкульт», «избисполком», «политпресс», «комклуб». В женских текстах сокращения также присутствуют, что служит, очевидно, приметой времени, однако в меньшем количестве.

5. Наличие в женских текстах просторечной лексики, органично используемой в нейтральных контекстах, без очевидной направленности на особое стилистическое оформление текста, как это отмечается у мужчин:

«Садились на лавочки, рассказывали друг другу последние новости, а дети играли в разные игры: «казаки-разбойники», «Из круга вышибало», прятки, классики, подпинушки, футбол» (воспоминания Т.И. Славниной), «Самовольно строили внеплановые дома, а потом уже и хорошие дома стали строить, не то что какие-то копанушки», «Вот идешь, 2 ведра картошки на плечо, мешок перевернешь, туда, на загорбок – одно ведро, другое – сюда» (воспоминания М.Г. Чудиновой).

6. Активное использование в женских текстах такого грамматического средства выражения субъективной оценки, как суффиксы: немножечко, тоненькие, домишки и т.п.

Данные наблюдения в целом совпадают с явлениями, обнаруживаемыми другими авторами при сопоставлении мужских и женских текстов.

Выводы по второй главе Проведенный анализ текстов показал наличие множества значимых особенностей мужских и женских текстов, которые могут быть использованы как для диагностики половой принадлежности автора текста, так и для исследования когнитивных структур, отражающих процесс организации, хранения и извлечения из памяти информации о жизни автора.

Так, явным проявлением когнитивных особенностей мужчин и женщин является отмеченная при анализе репрезентации процесса воспоминания линейная последовательность описания событий у мужчин и нелинейная, с многочисленным дополнительными ретроспективными и проспективными элементами – у женщин. Данная особенность соотносится с такой нейрофизиологической особенностью женщин, как способность к одновременному выполнению нескольких задач, в том числе одновременной обработке нескольких разных информационных потоков.

Другие выявленные особенности репрезентации различных этапов жизни представляются проявлениями существовавших и существующих социальных установок на выполнение мужчиной и женщиной строго определенной гендерной роли. Так, инициация мужчинами рассказа о своей жизни со школьных лет, т.е. с момента получения образования, а затем (в силу исторических условий), актуализация ими же информации о таком социальном явлении в образовании, как экстернатура, в том числе одновременное с работой получение образования в вечерней школе для взрослых, указывают на то, что одним из важнейших этапов становления мужчины как члена общества было получение образования, обретение профессии. Далее вся дальнейшая жизнь представлена в мужских текстах сквозь призму профессии.

В свою очередь, проявлением женской гендерной роли, которое с позиции феминистской лингвистики можно было бы назвать гендерным стереотипом, является обязательное присутствие в женских текстах информации о вступлении в брак. Брак как переход от одного социального статуса к другому представлен как столь же значимое явление в жизни женщины, как получение образования – в жизни мужчины.

Полученные результаты позволяют говорить о существовании типично мужского и типично женского текстов, которые в обобщенном виде можно представить следующим образом (см. таблицу 3).

При этом, выделяя типично мужской и типично женский тип текстов на основании обобщения, следует говорить также о смешанном типе – текстах, в которых наряду с преобладанием мужских признаков присутствуют элементы, свойственные женским текстам (чаще всего это детские воспоминания), и текстах, в которых наряду с преобладанием женских признаков присутствуют элементы мужского текста (чаще всего – описание профессиональных реалий, в особенности среди представительниц профессий, требующих большой личностной отдачи – учителей, врачей). Также среди исследованных присутствуют тексты, которые с позиции тематико-смысловой организации нельзя отнести к указанным трем типам. В своем большинстве это тексты, написанные мужчинами, однако наличие в них ярко выраженного творческого, художественного начала не позволяет говорить об отнесенности к какому-либо типу. Гендерная специфика таких текстов неопределяема и невыраженна.

Таким образом, проведенный анализ показал наличие большого числа гендерных особенностей в текстах мемуарного жанра. Данные особенности имеют различную обусловленность – как нейрофизиологическую, так и социальную, культурную, что позволяют говорить об именно гендерной специфике мемуарных текстов даже без привлечения такого критерия исследования, как гендерный тип. В целом, выделенные типы текстов – типично мужские, типично женские, смешанные и с неопределяемой/невыраженной гендерной принадлежностью – соотносятся с существующими гендерными типами – маскулинным, фемининным, андрогинным и недифференцированным. В связи с этим возможность тестирования и соотнесения гендерной принадлежности автора и типа порождаемого текста представляется особенно актуальной. Формальные статистические признаки представляются менее информативными, чем признаки содержательного характера, однако и здесь можно проследить корреляцию как с теми или иными социальными и культурными особенностями, так и с глубинными психологическими особенностями мужчин и женщин. В целом формальные признаки мужской и женской речи соответствуют особенностям мужского и женского стиля письма, выделенным ранее такими авторами, как Е. И. Горошко, Т. В. Гомон, Т.Б. Крючкова и другие. К таким признакам относится предпочтительное использование женщинами суффиксов субъективной оценки, употребление просторечной лексики, избегание категоричных формулировок путем конструирования «обтекаемых», некатегоричных высказываний и т.д. Однако имеются и значительные расхождения. Во-первых, не нашел своего подтверждения тезис о большей многословности женщин, так как в среднем мужские тексты оказались длиннее. Во-вторых, впервые в гендерных исследованиях отмечается стремление мужчин к точности передачи чужой речи – мужские тексты изобилуют цитатами устных высказываний и диалогов. Подобный результат был бы менее неожиданным для женщин, большая речевая активность которых позволяет предположить и большее внимание к метаречевой рефлексии.

Отражение в явлениях стилистического характера ментальных структур, имеющихся у мужчин и женщин, позволяет заключить следующее:

- ранее внимание и оценка мужчинами речи и речевой деятельности, вероятно, была недооценена: мужчины в целом стремятся к смысловой точности и стилистической оформленности собственной речи;

- как мужчины, так и женщины в равной степени стремятся к приданию собственной речи уровня «престижной» в той или иной среде, при этом употребление мужчинами свойственных языку советской эпохи аббревиатур и сокращений показывает приоритет исторического контекста современности, а употребление женщинами просторечий демонстрирует приоритет исторического контекста прошедшего, уходящего.

Особо следует выделить результаты статистического анализа на пусть и небольшой выборке текстов, но текстов, значительных по объему. Результаты эти в плане различий представляются крайне незначительными и потому не могут использоваться, к примеру, как критерии оценки в автороведческой экспертизе, поскольку на фоне средних показателей даже тексты представителей одной и той же половой группы характеризуются отклонениями, которые в экспертном применении могли бы быть неверно истолкованы: это касается и результатов относительно разницы словарного запаса мужчин и женщин, и результатов частеречной наполненности мужских и женских текстов.

Полученные результаты демонстрируют не только собственную ценность, но и необходимость верификации путем привлечения большего количества эмпирического материала для построения обоснованных статистических данных, и, возможно, изменения его качества.

Заключение Лингвистическая гендерология – направление, которое принято из года в год называть новым, но на самом деле, несмотря на более скромную историю, чем сравнительно-историческое языкознание и структурализм, данное направление накопило не только обширный эмпирический материал, но и глубокие теоретические познания в области проявлений пола в языке.

Развитие гендерной лингвистики происходило достаточно последовательно и соответствовало социальному развитию общества.

Начавшись с феминистской критики языка, гендерная лингвистика в настоящее время полностью соответствует антропоцентрическому подходу к исследованию языка и тенденции к междисциплинарному подходу, совмещая в себе наработки не только лингвистики, но и психологии, социологии, культурологии и других как гуманитарных, так и естественных (например, нейрофизиологии) наук.

Выбранный материал – тексты мемуарного жанра – представляет собой благодатный и представительный тип текстов, исследование которых позволяет выделить гендерные особенности речепорождения не только с широко исследуемой формальной позиции, но и с менее популярной содержательносмысловой, в свою очередь дающей оценить гендерно-маркированный материал с различных позиций: проявлений в тексте социальных, культурных и исторических, а также нейрофизиологических особенностей.

С позиции региональной лингвистики настоящее исследование также представляется новым и актуальным, поскольку ранее региональные тексты и региональный материал вообще никогда не исследовался гендерном аспекте. В связи с этим настоящее исследование дает перспективу для дальнейшего изучения, в том числе в сравнительном аспекте, гендерных особенностей регионального речевого материала.

Настоящее исследование претендует на следование такому наименее, на наш взгляд, разработанному руслу гендерной лингвистики, как лингвокультурологические исследования.

В качестве лингвокультурного впервые в гендерной лингвистике был задействован региональный аспект:

исследование проводилось на материале мемуарных текстов – текстов воспоминаний старожилов города Барнаула, посвященных как собственному жизнеописанию, так и истории, и развитию города. Выбор материала и его предварительный анализ позволили выделить основную идею исследования, впоследствии подтвердившуюся при более подробном рассмотрении текстов:

тексты воспоминаний, продуцированные мужчинами и женщинами, обладают гендерной спецификой, выражающейся на всех уровнях организации текста:

содержательно-смысловом, композиционном, синтаксическом, лексикофразеологическом и т.д.

Наиболее яркие отличия текстов воспоминаний мужчин и женщин были отмечены на содержательно-композиционном и смысловом уровнях, что позволило утверждать следующее:

линейный характер организации повествования мужского текста и нелинейный, скачкообразный характер повествования в женских текстах отражают специфику восприятия, хранения в памяти и воспроизведения информации мужчинами и женщинами, соотносимую с особенностями работу мужского и женского мозга: наличие в женском мозге большего количества каналов передачи информации позволяет воспроизводить в памяти и в речи одновременно более количество линий информации. Мемуарный текст, таким образом, проецируется на нейрофизиологические особенности мужчин и женщин;

содержательно-смысловая организация мемуарных текстов, а именно – представленность в них тех или иных информационных блоков – является результатом влияния социокультурных установок, гендерных стереотипов, как сознательно существующих, так и бессознательно закрепленных. Данные установки касаются различных сфер жизни: этапов жизни, взглядов на семью, дом и быт, профессиональную деятельность и т.д.;

некоторые особенности мужской и женской речи, выявляемые в предшествующих исследованиях, при анализе мемуарных текстов не выявлены либо прямо им противоречат (например, большая многословность женщин нашим исследованием не подтвердилась), что указывает на необходимость и дальше изучать данный параметр и его зависимость от иных факторов:

возрастного, культурно-исторического, жанрового и т.д.;

формально-статистический анализ, касающийся количественных параметров организации текста, менее информативен, чем содержательносмысловой, и его ценность для практических нужд, в частности, нужд классификационной автороведческой экспертизы, уступает ценности содержательно-смысловых особенностей.

В целом проведенное исследование позволило выделить определенные типы текстов с гендерной точки зрения – типично мужские, типично женские, смешанные и немаркированные в свете гендерной оппозиции.

Новизна научного подхода, примененного в настоящем исследовании, а именно – совмещение и учет одновременно трех аспектов, гендерного, жанрового и регионального, – позволили установить приведенные факты, ранее не исследованные и не установленные в лингвистике. Кроме того, научное освещение получил особый материал – тексты воспоминаний, которые ранее ни в Барнауле, ни в иных регионах России не получали, на наш взгляд, должного освещения и исследовательского интереса.

Теоретическая значимость исследования заключается в установлении новых фактов, касающихся гендерных особенностей речепорождения на представительном текстовом материале.

Практическая значимость исследования состоит в возможности применения результатов исследования для практических нужд автороведческой классификационной экспертизы, установления пола автора текста.

Список литературы

1. Абикенова, А. М. Гендерные исследования : проблема терминологического обозначения [Электронный ресурс] : научная статья. – Режим доступа : http : //giacgender.narod.ru/n3m2.htm, свободный. – Загл. с экрана.

2. Абубикирова, Н. А. Что такое «гендер»? / Н.А. Абубикирова // Общественные науки и современность. – 1996. – № 6. – С.123-126.

3. Алексеев, Б. Е. Полоролевое поведение и его акцентуации / Б. Е.

Алексеев. – СПб. : Речь, 2006. – 140 с.

4. Барнаул в воспоминаниях старожилов. ХХ век. Ч. 1-2. / отв. ред. Л. М.

Дмитриева. – Барнаул : Изд-во Алт. ун-та, 2007. – 278 с.

5. Барышникова, Г. В. Гендерные различия эмоциональной компоненты во французской художественной коммуникации (на материале литературы XVII-XX веков) : дис. … канд. филол. наук : 10.02.19 / Галина Валерьевна Барышникова ; Волгоградский государственный педагогический университет. – Волгоград, 2004. – 210 с.

6. Беляева А. Ю. Особенности речевого поведения мужчин и женщин (на материале русской разговорной речи) : дис.... канд. филол. наук : 10.02.01 / Анна Юрьевна Беляева ; Саратовский государственный университет им. Н.Г.

Чернышевского. – Саратов, 2002. – 177 с.

7. Белянин, В. П. Язык и Гендер / В. П. Белянин // Психолингвистика :

учебник. – М, 2003. – Тема 10 : Прикладные аспекты психолингвистики. – С.

201-203.

8. Бем, Сандра Липсиц. Линзы гендера. Трансформация взглядов на проблему неравенства полов / С. Л. Бем. – М. : РОССПЭН, 2004. – 332 с.

9. Берн, Ш. Гендерная психология / Ш. Берн. – СПб. : изд. Дом «Нева», 2001. – 318 с.

10. Бианки, В. Л. Асимметрия мозга и пол / В. Л. Бианки, Е. Б. Филиппова.

– СПб. : Изд-во С.-Петербургского ун-та, 1997. – 328 с.

11. Бободжанова, Р. М. Гендерные Аспекты Национальной Культуры [Электронный ресурс] : опубликовано в сборнике Российского гуманитарного университета «Восток и культура» // Электрон. версия печат. публ. – Режим доступа : http : //mediart.ru/blog/monografii/990-1-gendernie-aspekti-natsionalnoikulturi.html, свободный. – Загл. с экрана.

12. Бочкарева, И. Н. Гендерный аспект подростковой делинквентности [Электронный ресурс]. – Режим доступа : http://anthrosocwork.narod.ru/publ/gend_sb_www/chapter_3/bochkareva.htm, свободный. – Загл. с экрана.

13. Вайнингер, О. Пол и характер / О. Вайнингер. – М. : Фолио, 2011. – 480 с.

14. Введение в гендерные исследования. : учеб.пособ. / под ред. И. В.

Костиковой. – М. : Аспект Пресс, 2005. – 235 с.

15. Введение в гендерные исследования. Ч. 1 : учеб.пособ. / под ред. И. А.

Жеребкиной. – СПб. : Алтейя, 2001. – 708 с.

16. Вильданова, Г. А. Гендерный аспект эвфемизации (на материале английского языка) : автореф. дис. … канд. филол. наук : 10.02.04 / Гузель Агзамовна Вильданова ; Башкирский государственный университет. – Уфа, 2008. – 22 с.

17. Виноградова, Н. В. Компьютерный жаргон в аспекте гендернолингвистических исследований (исследование по славянским языкам) [Электронный ресурс]. – Режим доступа :

http://www.philology.ru/linguistics2/vinogradova-02.htm, свободный. – Загл. с экрана.

18. Виноградова, Т. М. Сравнительное исследование познавательных процессов у мужчин и женщин : роль биологических и социальных факторов. / Т. М. Виноградова, В. В. Семенов // Вопросы психологии. – 1993. – № 2. – С.

63-71.

19. Вязигина, Н. В. Ассоциативная структура языкового сознания в гендерном измерении (экспериментальное исследование) / Н. В. Вязигина //

Труды молодых ученых Алтайского государственного университета :

Материалы XXXVI научной конференции студентов, магистрантов и аспирантов и учащихся лицейных классов. – Барнаул : Изд-во Алт. ун-та, 2009.

– Вып. 6. – С. 163-164.

20. Вязигина, Н. В. Гендерный аспект письменной речи / Н. В. Вязигина // Молодежь – Барнаулу. Материалы XI научно-практической конференции молодых ученых (17-20 ноября 2009 г.) : в 2 тт. – Барнаул, 2010. – Т.1. – С.499Вязигина, Н. В. Гендерный аспект языкового сознания (на материале ассоциативного эксперимента) / Н. В. Вязигина // Природные условия, история и культура Западной Монголии и сопредельных регионов : Материалы Х международной конференции, г. Ховд, 20-21 августа 2011 г. – Ховд-Томск, 2011. – Т. II «Общественные науки». – С. 409-411.

22. Вязигина, Н. В. Гендерный фактор восприятия и создания письменного текста (экспериментальное психолингвистическое исследование) / Н. В.

Вязигина // Вестник Ишимского государственного педагогического института им. П.П. Ершова. Серия «Филология». – 2012. – №1. – С. 91-102.

23. Вязигина, Н. В. Гендерный фактор языкового сознания индивида (экспериментальное психолингвистическое исследование) / Н. В. Вязигина // Филология и человек. – 2013. – №1. – С. 146-153.

24. Вязигина, Н. В. Диагностика пола автора как задача автороведческой экспертизы / Н. В. Вязигина // научно-практический журнал «Юрислингвистика». – 2013. – №2 (13). – С. 49-55.

25. Вязигина, Н. В. Женские гендерные роли, зафиксированные в диалектной лексике Алтая / Н. В. Вязигина // Язык, литература и культура в региональном пространстве : материалы II Всероссийской (с международным участием) научно-практической конференции, посвященной памяти проф. И. А.

Воробьевой, Барнаул, 6-9 окт. 2010 г. – Барнаул, 2011. – Вып. 2. – С. 51-55.

26. Вязигина, Н. В. Особенности проявления вербальной агрессии у мужчин и женщин (на материале судебных лингвистических экспертиз по ст.

130 УК РФ «Оскорбление») / Н. В. Вязигина // Юрислингвистика-11 : Право как дискурс, текст и слово : межвузовский сборник научных трудов / под ред. Н. Д.

Голева и К. И. Бринева; Кемеровский государственный университет. – Кемерово, 2011. – С. 197-202.

27. Вязигина, Н. В. Проект гендерного ассоциативного словаря / Н. В.

Вязигина // Молодежь – Барнаулу : материалы XII городской научнопрактической конференции молодых ученых (15-22 ноября 2010 г.) / отв. ред. Б.

А. Черниченко. – Барнаул : Изд-во ААЭП, 2010. – Т. 1. – С. 166-168.

28. Вязигина, Н. В. Языковая личность в гендерном измерении / Н. В.

Вязигина // Язык. Культура. Коммуникация : материалы V международной научно-практической конференции студентов и аспирантов / отв. ред. Е. В.

Пономарева. – Челябинск : Цицеро, 2010. – С. 42-45.

29. Вязигина, Н. В. Гендерная специфика воспоминаний старожилов города Барнаула / Н. В. Вязигина // Филология и культура в межрегиональном пространстве : материалы III Международной научно-практической конференции, посвященной памяти проф. И. А. Воробьевой. Барнаул, 15-17 мая 2013 г. / под ред. Л.М. Дмитриевой. – Барнаул : Изд-во Алт. Ун-та, 2013. – С.

121-124.

30. Вязигина, Н. В. Фрагменты языковой картины мира старожилов города Барнаула : гендерный аспект / Н. В. Вязигина // Речевая коммуникация в современной России : материалы III Международной научной конференции (Омск, 26-29 июня 2013 г.) / Под ред. О. С. Иссерс. – Омск : Изд-во Ом. гос. унта, 2013. – С. 27-36.

31. Вязигина, Н. В. Гендерные особенности мемуарного текста / Н. В.

Вязигина // Известия АлтГУ. – №2-2(78). – 2013. – С. 141-144.

32. Вязигина, Н. В. Мужской и женский стиль письма в мемуарном тексте / Н. В. Вязигина // Филология и культура. Philology and Culture. – №1(43). – 2016.

– С. 30-35.

33. Гендер как инструмент познания и преобразования общества / Материалы международной конференции «Гендерные исследования : люди и темы, которые объединяют общество», Москва, 4-5 апреля 2005 г. / Редакторысоставители : Е. А. Баллаева, О. А. Воронина, Л. Г. Лунякова. – М, РОО МЦГИ при участии ООО «Солтекс», 2006. – 304 с.

34. Гендер : общедоступный словарь-справочник // сост. Белоусова М. П. – Барнаул, 2001. – 92 с.

35. Гендерная теория и историческое знание : Материалы второй международной научно-практической конференции / Отв. ред. А. А. Павлов, В.

А. Семенов. – Сыктывкар : Изд-во СыктГУ, 2005. – 250 с.

36. Геодакян, В. А. Мужчина и женщина. Эволюционно-биологическое предназначение / В. А. Геодакян // Женщина в аспекте физической антропологии / отв. ред. Г. А. Аксянова, – М. 1994. – С. 8.

37. Гетте, Е. Ю. Речевое поведение в гендерном аспекте : проблемы теории и методики описания : дис. … канд. филол. наук: 10.02.19 / Елена Юрьевна Гетте ; Воронежский государственный университет. – Воронеж, 2004. – 268 с.

38. Гингер, С. Лекция : женский мозг – мужской мозг [Электронный ресурс]. – Режим доступа : http://www.invika.ru/M_W_mozg, свободный. – Загл с экрана.

39. Глейтман, Г. Основы психологи : Пер. с англ. /Под ред. В. Ю.

Большакова. – СПб. : Изд-во «Речь», 2001. – 1247 с.

Голев, Н. Д. Лингвоперсонология: проблемы и перспективы / Н. Д.

40.

Голев // Вопросы лингвоперсонологии. – Барнаул, 2007. – Ч. 1. – С. 7-12.

Голев, Н. Д. Лингвоперсонологическая вариативность языка / Н. Д.

41.

Голев // Барнаул : Известия Алтайского государственного университета, – 2004.

– № 4. – С. 41-45.

Голев, Н. Д. Опыт лингвоперсонологического описания 42.

производных текстов (к типологии антропотекстов) / Н. Д. Голев // Естественная письменная русская речь: исследовательский и образовательный аспекты. Часть III: Письменная речь в психолингвистическом, лингводидактическом и орфографическом аспектах: Материалы конференции / под ред. Н.Д. Голева. – Барнаул : Изд-во АлтГУ, 2004. – С. 58-63.

43. Гомон, Т. В. Судебно-автороведческая экспертиза текстов документов, составленных с намеренным искажением письменной речи : дис. … канд. юрид.

наук : 12.00.09 / Татьяна Владимировна Гомон. – М., 1992. – 239 c.

44. Горошко, Е. И. Гендерные исследования в языкознании (к проблеме становления метода) [Электронный ресурс] / Текстология.Ру : Елена Горошко.

– Режим доступа : http://www.textology.ru/article.aspx?aId=83, свободный. – Загл с экрана.

45. Горошко, Е. И. Электронная коммуникация (гендерный анализ) [Электронный ресурс] / Текстология.Ру : Елена Горошко. – Режим доступа :

http://www.textology.ru/article.aspx?aId=86, свободный. – Загл с экрана.

46. Горошко, Е. И. Гендер и блоггика Интернета (психолингвистический анализ) [Электронный ресурс] / Текстология.Ру : Елена Горошко. – Режим доступа : http://www.textology.ru/article.aspx?aId=75, свободный. – Загл с экрана.

47. Горошко, Е. И. Гендерная проблематика в языкознании [Электронный ресурс] – Режим доступа :

/ Open Women Line.

http://www.owl.ru/win/books/articles/goroshko.htm, свободный. – Загл с экрана.

48. Горошко, Е. И. Гендер и язык в свете учения о функциональной асимметрии мозга [Электронный ресурс] / Текстология.Ру : Елена Горошко. – Режим доступа : http://www.textology.ru/article.aspx?aId=79, свободный. – Загл с экрана.

49. Горошко, Е. И. Гендерные особенности русскоязычного Интернета [Электронный ресурс] / Текстология.Ру : Елена Горошко. – Режим доступа :

http://www.textology.ru/article.aspx?aId=84, свободный. – Загл с экрана.

50. Горошко, Е. И. Проблемы проведения свободного ассоциативного эксперимента (методологические аспекты) [Электронный ресурс] /

Текстология.Ру : Елена Горошко. – Режим доступа :

http://www.textology.ru/article.aspx?aId=74, свободный. – Загл с экрана.

51. Горошко, Е. И. Гендерное пространство Интернета : анализ мужских и женских сайтов или анализ наших гендерных стереотипов? [Электронный ресурс] / Текстология.Ру : Елена Горошко. – Режим доступа :

http://www.textology.ru/article.aspx?aId=87, свободный. – Загл с экрана.

52. Горошко, Е. И. Мужской и женский стили письма / Е. И. Горошко // Словарь гендерных терминов / Под ред. А. А. Денисовой / Региональная общественная организация "Восток-Запад : Женские Инновационные Проекты". – М. : Информация XXI век, 2002. – 256 с.

53. Горошко, Е. И. Особенности мужского и женского вербального поведения : (Психолингвист. анализ) : автореф. дис.... канд. филол. наук :

10.02.19 / Елена Ивановна Горошко; РАН. Ин-т языкознания. – М., 1996. – 27 c.

54. Горошко, Е. И. Особенности мужских и женских ассоциаций / Е. И.

Горошко // Пол и его маркировка в речевой деятельности / Под ред. Е. Н.

Шовгеля. – Кривой Рог : МИЦ ЧЯКП, 1996. – С. 65-88.

55. Горошко Е. И. Пол, гендер, язык / Женщина, гендер, культура. – М. :

МЦГИ, 1999. – с. 98-111.

56. Горошко, Е. И. Изучение вербальных ассоциаций цвета / Е. И. Горошко // Языковое сознание и образ мира. – М. : ИЯ РАН. – 2000. С. 291-312.

57. Горошко, Е. И. Язык и гендер / Гендерные исследования :

феминистская методология в социальных науках. – Харьков : ХЦГИ, 1998. – №1. – с. 292-299.

58. Горошко, Е. И. Языковое сознание : гендерная парадигма / Е. И.

Горошко // Методология современной психолингвистики, – М., Барнаул, 2003.

C. 190-193.

59. Горошко, Е. И. Русский ассоциативный словарь в гендерном измерении / Е. И. Горошко, И. Э. Яковенко // Языковое сознание. Теоретические и прикладные аспекты. – М, Барнаул, 2004. – С. 190-198.

60. Гриценко, Е.С. Язык как средство конструирования гендера : дис. … канд. филол. наук : 10.02.19 / Елена Сергеевна Гриценко ; Нижегородский государственный лингвистический университет им. Н.А. Добролюбова. — Нижний Новгород, 2005. — 405 с.

61. Грошев, И. В. Психофизиологические различия мужчин и женщин / И.

В. Грошев. – М. : Моск. психол.-соц. ин-т., 2005. – 463 с.

62. Грошев, И. В. Рекламные технологии гендера / И. В. Грошев // Общественные науки и современность. – 2000. – № 1. – С.172-187.

63. Грэтч, А. Секретный язык мужчин : как понять «ботаника» и «мачо» / А. Грэтч. – М. : Эксмо, 2004. – 383 с.

64. Гумбольдт В. Избранные труды по языкознанию / В. Гумбольдт. — М.

: Прогресс, 2000. — 400 с.

65. Джонсон, Р. А. Он. Глубинные аспекты мужской психологии / Р. А.

Джонсон. – М. : Когито-Центр, 2005. – 170 с.

66. Дмитриева, Л. М. Методические основы изучения городской языковой личности / Л. М. Дмитриева, Е. Ю. Позднякова // Университетская филология – образованию : человек в мире коммуникаций : материалы Междунар. науч.практ. конф. "Коммуникативистика в современном мире : человек в мире коммуникаций", Барнаул, 12-16 апреля 2005 г. / [редкол. : А. А. Чувакин (отв.

ред.) и др.]. – Барнаул : Изд-во АГУ, 2005. – С. 89-90.

67. Дмитриева, Л. М. Региональное языковое пространство Алтая :

структура, содержание, место в российской культуре / Л.М. Дмитриева // Язык, литература и культура в региональном пространстве. Материалы II Всероссийской (с международным участием) научно-практической конференции, посвященной памяти профессора И. А. Воробьевой. – Барнаул, 2011. – Вып. 2. – С. 107-117.

68. Дмитриева, Л. М. Тексты воспоминаний старожилов как источник для изучения региональной языковой системы и истории Алтая / Л. М. Дмитриева // Устная история : теория и практика, 2007. – С. 296-303.

69. Дмитриева, Л. М., Вязигина, Н. В. Репрезентация культурных ценностей жителей региона в мемуарном тексте: гендерный аспект / Л. М.

Дмитриева, Н. В. Вязигина // Международный научно-исследовательский журнал. – 2013. – №10 (17). – Ч. 2. – С. 99-103.

70. Добровольский, Д. О., Караулов, Ю. Н. Ассоциативный фразеологический словарь русского языка. – М., 1994. – 116 с.

71. Доценко, Т. И. Влияние фактора "пол" на внутренний лексикон подростка // Русский язык сегодня. – М., 2000. – Вып. 1. – С. 78-84

72. Земская, Е. А., Китайгородская, М. А., Розанова, Н. Н. Особенности мужской и женской речи // Русский язык в его функционировании. Под ред. Е.

А. Земской и Д. Н. Шмелева. – М. : Наука, 1993. – С. 90-136.

73. Зуйкова, Е.М. Ерусланова, Р.И. Феминология и гендерная политика :

учеб. пособ. / Е. М. Зуйкова. – М. : Издат.-торгов. корпорац. «Дашков и К», 2007. – 298 с.

74. Ильин, Е. П. Дифференциальная психология мужчин и женщин / Е. П.

Ильин. – СПб. : Питер, 2002. – 544 с.

75. Ильин, Е. П. Пол и гендер / Е. П. Ильин. – СПб. : Питер, 2010. – 688 с.

76. Ильин, И. П. Постструктурализм. Деконструктивизм. Постмодернизм / И. П. Ильин. – М., 1996.

77. Иванова, Е. Гендерные исследования в психологии / Е. Иванова // Введение в гендерные исследования. Ч. 1. учеб. пособ. / под ред. И. А.

Жеребкиной. – СПб. : Алтейя, 2001. – С. 312-346.

78. Кавинкина, И. Н. Психолингвистика : учебное пособие / И. Н.

Кавинкина. – Гродно : ГрГУ, 2010. – 284 с.

79. Караулов, Ю. В. Российский Ассоциативный Словарь / Ю. В. Караулов.

– М., 1996. – Т. 1. – С. 5-8

80. Кирилина, А. В. Гендер : лингвистические аспекты / А. В. Кирилина. – М., 1999. – 189 с.

81. Кирилина, А. В. Гендерные исследования в российской и зарубежной лингвистике / А. В. Кирилина // Общественные науки и современность. – 2000.

– № 1. – с.138-144.

82. Кирилина, А. В. Гендерные стереотипы, речевое общение и «деловая»

лексика / А. В. Кирилина // Имидж женщины-лидера. – Иваново, 1998. – С. 65Кирилина, А. В. Исследование гендера в лингвистических научных дисциплинах [Электронный ресурс]. – Режим доступа : http://www.gendercent.ryazan.ru/kirilina.htm, свободный. – Загл. с экрана.

84. Кирилина, А. В. Категория gender в языкознании / А. В. Кирилина // Женщина в российском обществе. – 1997. – №2. – С. 15-20.

85. Кирилина, А. В. Мужская и женская речь [Электронный ресурс]. –

Словарь гендерных терминов. – Режим доступа : http :

//www.owl.ru/gender/112.htm, свободный. – Загл. с экрана.

86. Кирилина, А. В. Развитие гендерных исследований в лингвистике / А.

В. Кирилина // Филологические науки. – 1998. – №2. – С. 51-58.

87. Кирилина, А. В., Томская, М. В. Лингвистические гендерные исследования [Электронный ресурс]. – Режим доступа :

http://magazines.russ.ru/oz/2005/2/2005_2_7.html, свободный. – Загл. с экрана.

88. Козлова, Н. Н., Сандомирская, И. И. Я так хочу назвать кино. Наивное письмо: опыт лингво-социологического чтения / Н. Н. Козлова, И. И.

Сандомирская. – М. : Гнозис. – 1996. – 256 с.

89. Колесов, Д. В. Нравственность и пол : психологические аспекты / Д.В.

Колесов. – М. : Флинта, 2000. – 227 с.

90. Комаров, Е. И. Брейнбилдинг, или Как накачивают свой мозг профессионалы / Е. И. Комаров. – М. : Эксмо, 2009. – 192 с.

91. Крейдлин, Г. Е. Мужчины и женщины в невербальной коммуникации / Г. Е. Крейдлин. – М. : Языки славянской культуры, 2005. – 223 с.

92. Крючкова, Т. Б. Некоторые экспериментальные исследования особенностей использования русского языка мужчиной и женщиной / Т. Б.

Крючкова // Проблемы психолингвистики. М., 1975. – С. 186-200.

93. Куляпин, А. И. Сибирский миф в творчестве Ивана Ефремова / А. И.

Куляпин // Язык, литература и культура в региональном пространстве.

Материалы II Всероссийской (с международным участием) научнопрактической конференции, посвященной памяти профессора И. А.

Воробьевой. – Барнаул, 2011. – Вып. 2. – С. 181-186.

94. Лакофф, Робин. Язык и место женщины / Р. Лакофф // Введение в гендерные исследования (хрестоматия). – Харьков-СПб., 2001. – С. 251-254.

95. Лебедева, Н. Б. Мемуары как письменно-речевой дискурс рядового носителя русского языка: ценностно-концептный анализ / Н. Б. Лебедева // Вестник Кемеровского государственного университета. – Кемерово, 2015. – С.

92-100.

96. Лебедева, Н. Б. Понятие письменно-речевой личности – носителя естественной письменной речи: исходные посылки / Н. Б. Лебедева // Филология и культура в межрегиональном пространстве: материалы III Международной научно-практической конференции, посвященной памяти проф. И. А. Воробьевой. Барнаул, 15-17 мая 2013 г. / под ред. Л.М. Дмитриевой.

– Барнаул: Изд-во Алт. Ун-та, 2013. – С. 210-212.

97. Лебедева, Н. Б. Мемуары советского человека как моделирование мира ушедшей эпохи / Н. Б. Лебедева // Ностальгия по советскому. – Томск :

Издательство Томский государственный университет, 2011. – С. 194-214.

98. Лебедева, Н. Б. Естественная письменная русская речь как проявление повседневной народной культуры / Н. Б. Лебедева // Антропотекст: сборник научных статей, посвященных 60-летию профессора Николая Даниловича Голева, в 2-х т. – Томск, 2006. – С. 295-303.

99. Летневская, Е. И. К вопросу о гендерной маркированности рекламы :

отражение в рекламных текстах мужской и женской речи / Е. И. Летневская // Вестник МГУ. Сер.9. Филология. 2006. № 3. – с. 62-70.

Лауретис де Т. Американский Фрейд / Т. де Лауретис // Гендерные 100.

исследования. – Харьков, 1998. – № 1. – С. 136.

Лингвоперсонология: типы языковых личностей и личностноориентированное обучение / под ред. Н. Д. Голева, Н. В. Сайковой, Э. П.

Хомич. – Барнаул; Кемерово: БГПУ, 2006. – 435 с.

Лингвоперсонология и личностно-ориентированное обучение языку 102.

: учеб. пособие / под ред. Н. В. Мельник; ГОУ ВПО «Кемеровский государственный университет». – Кемерово, 2009. – 384 с.

Лорбер, Д., Фаррел, С. Принципы гендерного конструирования / Д.

103.

Лорбер, С. Фаррел // Хрестоматия феминистских текстов. Переводы. – Спб., 2000. – С. 186.

Манзуллина, З. А. Языковая категоризация гендерных стереотипов :

104.

сопоставительный аспект : дис. … канд. филол. наук : 10.02.20 / Зульфия Анваровна Манзуллина ; Башкирский государственный университет. – Уфа, 2005. – 179 с.

Михайлин, В. Ю. Русский мат как мужской обсценный код :

105.

Проблема происхождения и эволюция статуса / В. Ю. Михайлин. Тропа звериных слов : Пространственно ориентированные культурные коды в индоевропейской традиции. – М. : НЛО, 2005. – С. 331-360.

Нерознак, В. П. Языковая личность в гендерном измерении / В. П.

106.

Нерознак // Гендер, язык, культура, коммуникация. Тезисы первой международной конференции. – М. 1999. – С. 70-71.

Огдонова, Ц. Ц. Социокоммуникативная ситуация в регионах 107.

Сибирского Федерального округа / Ц. Ц. Огдонова // Университетская филология – образованию : человек в мире коммуникаций : материалы

Междунар. науч.-практ. конф. "Коммуникативистика в современном мире :

человек в мире коммуникаций", Барнаул, 12-16 апреля 2005 г. / [редкол. : А. А.

Чувакин (отв. ред.) и др.]. – Барнаул : Изд-во АГУ, 2005. – С.89-90.

Ожгихина, Е. С. Концептуальный анализ рекламного текста с 108.

позиции гендера : дис. … канд. филол. наук : 10.02.04 / Екатерина Сергеевна Ожгихина ; Башкирский государственный университет. – Уфа, 2006. – 196 с.

Ощепкова, Е. С. Идентификация пола автора по письменному 109.

тексту (лексико-грамматический аспект) : автореф. дис. … канд. филол. наук :

10.02.19 / Екатерина Сергеевна Ощепкова ; Московский государственный лингвистический университет. – М, 2003, – 24 с.

Он и Она. Женско-мужской словарь [Электронный ресурс] :

110.

ABBYY LingvoClub. Проекты. Режим доступа : http : //www.lingvo.ru/valentine/, свободный. – Загл. с экрана.

Орлова, Н. А. Речевой жанр «мемуары» и его реализация в текстах 111.

носителей разных типов речевой культуры : автореф. дис. … канд. филол. наук : 10.02.01 / Наталья Александровна Орлова ; Омский государственный университет. – М., 2004. – 22 с.

Осипов, Б. И. Война и армия в «народных мемуарах» / Б. И. Осипов 112.

// Материалы Всероссийской научно-практической конференции, посвященной 190-летию Омского кадетского корпуса, 13-14 марта 2003 / Ом. гос. ун-т [и др.].

– Омск, 2003. – С. 111-116.

Палуди, М. Женская психология / М. Палуди. – СПб. : Прайм 113.

ЕВРОЗНАК, 2007. – 286 с.

Перехвальская, Е. Гендер и грамматика [Электронный ресурс] :

114.

ЯЗЫК – ГЕНДЕР – ТРАДИЦИЯ : Материалы международной научной конференции 25-27 апреля 2002 года.

– Режим доступа :

http://folk.ru/Research/Conf_2002/perehvalskaya.php, свободный. – Загл. с экрана.

Пермякова, О. В. Явление гендерной стилизации в современной 115.

женской литературе : на материале французского и русского языков : дис. … канд. филол. наук. : 10.02.19 / Оксана Владимировна Пермякова ; Пермский государственный университет. – Пермь, 2007. – 176 с.

Петрова, Р. Г. Гендерология и феминология : учеб. пособ. / Р. Г.

116.

Петрова – М. Издат.-торгов. корпорац. «Дашков и К», 2006. – 232 с.

Пиз, А. Язык взаимоотношений мужчина – женщина / А. Пиз. – М. :

117.

Эксмо, 2002. – 399 с.

Порядина, В. А. Гендерная психология : конспект лекций / В. А.

118.

Порядина; Чуваш. ун-т. Чебоксары, 2006. – 72 с.

Потапов, В. В. Многоуровневая стратегия в лингвистической 119.

гендерологии / В. В. Потапов // Вопросы языкознания. – М. : «Наука», 2002. – №1. – С. 103-130.

Потапова, Р. К. Язык, речь, личность / Р.К. Потапова, В. В. Потапов.

120.

– М. : Языки славянской культуры, 2006. – 491 с.

Потапова Р. К. Сексолект как объект исследования в 121.

криминалистике / Р.К. Потапова // Доклады Первой Международной конференции «Гендер : язык, культура, коммуникация» 25–26 ноября 1999 г. – М. : МГЛУ, 2001. – С. 302–313.

Потапова Р. К. Сексолект как составляющая экспертной 122.

фоноскопии в криминалистике / Р. К. Потапова // Гендер как интрига познания :

Сборник статей. – М. : Рудомино, 2000. – С. 137–150.

Психосемантика слова и лингвостатистика текста : Методические 123.

рекомендации к спецкурсу / Сост. А. П. Варфоломеев; Калинингр. ун-т. – Калининград, 2000. – 37 с.

Пушкарева, Н. Л. Гендерные исследования : рождение, 124.

становление, методы и перспективы в системе исторических наук / Н. Л.

Пушкарева // Женщина. Гендер. Культура. – М., 1999. – С. 15-34.

Пушкарева, Н. Л. (Москва) Что такое «гендер»? (Характеристика 125.

основных концепций) / Н. Л. Пушкарева // Гендерная теория и историческое знание : Материалы второй международной научно-практической конференции / Отв. ред. А. А. Павлов, В. А. Семенов. – Сыктывкар : Изд-во СыктГУ, 2005. – С. 8-20.

Рабенко, Т. Г. Благодарность в жанровом пространстве русской 126.

культуры / Т. Г. Рабенко // Вестник ВГУ. Серия: Филология. Журналистика. – Воронеж : Воронежский государственный университет. – 2014. – №1. – С. 81Рабенко, Т. Г. Жанр мольба и средства его языковой реализации / Т.

127.

Г. Рабенко // Вестник Кемеровского государственного университета. – Кемерово : Кемеровский государственный университет. – 2015. – Вып. №4-4 (64). – С. 198-203.

Рабенко, Т. Г. Клятва как фидеистический речевой жанр / Т. Г.

128.

Рабенко // Вестник Челябинского государственного университета. – Челябинск : Челябинский государственный университет. – 2010. – Вып. №13 (194). – С.

122-126.

Рабенко, Т. Г. Ссора: речевые тактики жанра и средства их 129.

языковой реализации / Т. Г. Рабенко // Вестник Самарского государственного университета : Самарский государственный университет. – 2013. – №8/1 (109).

– С. 83-88.

Рабенко, Т. Г. Жанр утешение и средства его языковой реализации / 130.

Т. Г. Рабенко // Вестник Кемеровского государственного университета. – Кемерово : Кемеровский государственный университет. – 2012. – №4 (52). Т.4.

– С. 107-111.

Рабенко, Т. Г., Лебедева, Н. Б. К соотношению жанров 131.

естественного и художественного дискурсов: постановка проблемы (на примере жанра «письмо в редакцию») / Т. Г. Рабенко, Н. Б. Лебедева // Вестник Томского государственного университета. Филология. – Томск : Национальный исследовательский Томский государственный университет. – 2016. №1 (39). – С. 50-61.

Разумникова, О. М. Проявление половых различий в творческой 132.

деятельности / О. М. Разумникова // Вопросы психологии. – 2006. – № 1. – С.

105-112.

Рассохина, И. Б. Объект желания в рекламе. Гендерный аспект 133.

[Электронный ресурс] : Виртуальное пространство культуры. Материалы научной конференции 11-13 апреля 2000 г. СПб. : Санкт-Петербургское философское общество, 2000. С.144-148. – Режим доступа :

http://anthropology.ru/ru/texts/rassohina/virtual_52.html, свободный. – Загл. с экрана.

Речевая деятельность. Языковое сознание. Общающиеся личности.

134.

ХV международный симпозиум по психолингвистике и теории коммуникации. / Тезисы докладов. – Калуга, изд-во «Эйдос», 2006. – 366 с.

Ростова, А. В. Методология изучения гендерных отношений / А.В.

135.

Ростова // Вестник СамГУ. – 2008. – № 4 (63). – С. 221-226.

Семиколенова, Е. И., Шилина, А. Г. Гендерные исследования как 136.

новый вектор современной лингвистики [Электронный ресурс] / Е.И.

Семиколенова, А.Г. Шилина. – Режим доступа :

http://librar.org.ua/sections_load.php?s=philology&id=391, свободный. – Загл. с экрана.

Словарь ассоциативных норм русского языка [Электронный ресурс] 137.

/ Под ред. А. А. Леонтьева. – М., 1977. – Режим доступа : http :

свободный. – Загл. с //www.philippovich.ru/Projects/ASIS/Leont/Index.htm, экрана.

Стернин, И. А. Некоторые жанровые особенности мужского 138.

коммуникативного поведения / И. А. Стернин // Жанры речи : сборник научных статей. Саратов : Изд-во Государственного учебно-научного центра "Колледж".

– 1999. – № 2. – С.178-185.

Супрун, О. А. Гендерные аспекты в рекламном тексте 139.

[Электронный ресурс]. – Режим доступа : http://archvuz.ru/2005_2/49, свободный. – Загл. с экрана.

Сухотерина, Т. П. Жанры естественной письменной речи :

140.

Народные мемуары : монография / Т. П. Сухотерина, Н. Б. Лебедева, Н. Г.

Воронова и др. – Барнаул : АлтГПА, 2012. – 550 с.

Табурова, С. К. Эмоциональный уровень мужской и женской 141.

языковой личности и средства его выражения (на материале пленарных дебатов Бундестага) : дис. … канд. филол. наук : 10.02.19 / Светлана Константиновна Табурова ; Московский ордена дружба народов государственный лингвистический университет. – Москва, 1999, – 214 с.

Теория и методология гендерных исследований : курс лекций. – М.

142.

: Б.и., 2001, – 416 с.

Токарева, Е. Н. Специфика выражения оценки в гендерном 143.

дискурсе : дис. … канд. филол. наук : 10.02.04 / Елена Николаевна Токарева ;

Башкирский государственный университет. – Уфа, 2005. – 204 с.

Троицкая, О. Г. Некоторые проблемы коммуникации с точки зрения 144.

гендерного анализа [Электронный ресурс]. – Режим доступа : http :

//www.isuct.ru/konf/antropos/section/1/troitskaya.htm, свободный. – Загл. с экрана.

Уэст, Кэндес, Зиммерман, Дон. Создание гендера / К. Уэст, Д.

145.

Зиммерман // Хрестоматия феминистских текстов. Переводы. Под ред. Е.

Здравомысловой, А. Темкиной. – СПб. : Издательство "Дмитрий Буланин", 2000. – С. 193-220.

Фомин, А. Г. Психолингвистическая концепция моделирования 146.

гендерной языковой личности / А. Г. Фомин. – Кемерово, 2003. – 236 с.

Фуко, М. Воля к истине : по ту сторону знания, власти и 147.

сексуальности. Работы разных лет / М. Фуко. – М., 1996.

Хакимова, Г. Ш. К вопросу о методологии гендерных исследований 148.

в лингвистике [Электронный ресурс]. – Режим доступа :

http://bsunet.ruevrazia/fs/fhakimova.rtf, свободный. – Загл. с экрана.

Харченко, В. К. Лингвосенсорика. Фундаментальные и прикладные 149.

аспекты / В. К. Харченко. – М. : Книжный дом «Либроком», 2012. – 216 с.

Холод, А. М. Речевые картины мира мужчин и женщин :

150.

Монография / А.М. Холод. – К., 1997. – 229 с.

Чайковская, М. Р. Гендерный анализ аргументации [Электронный 151.

ресурс] / М. Р. Чайковская. – Режим доступа:

iais.kemsu.ru/conf_web1/GetDocsFile?id=37213&table=papers_file&type=1, свободный – Загл. с экрана.

Чучин-Русов, А. Е. Гендерные аспекты культуры / А. Е. ЧучинРусов // Общественные науки и современность. – 1996. – № 6. – С. 141-153.

Юнаковкая, А. А. Разговорная речь носителей массовой городской 153.

культуры (на материале г. Омска. Хрестоматия / А.А. Юнаковская. – М. : Языки славянский культур, 2007.

Юнаковкая, А. А. Условия формирования региона и пути их 154.

исследования (на материале среднего Прииртышья) / А. А. Юнаковская //

Языковая концепция регионального существования человека и этноса :

материалы II Всерос. конф., посвящ. памяти проф. И. А. Воробьевой (Барнаул, 7-9 окт. 2004 г.) : к 75-летию со дня рождения / под ред. Л. И. Шелеповой. – Барнаул : Изд-во АГУ, 2005. – С. 206-212.

Юнаковкая, А. А. Формирование лингвокультурного поля 155.

сибирских городов одного региона : Тара и Омск (на основании лингвистических данных) : монография / А.А. Юнаковкая. – Омск : Изд-во Ом.

гос. ун-та, 2008, – 304 с.

Языковая личность: моделирование, типология, портретирование.

156.

Сибирская лингвоперсонология: коллективная монография. – М. : Ленанд, 2014. – 525 с.

Языковое сознание и образ мира : сборник научных статей / отв.

157.

ред. Н. В. Уфимцева. – М., 2000. – 320 с.

Ярославкина, Е. В. Исследование особенностей ценностносмысловой сферы женщин с разной гендерной идентичностью / Е. В.

Ярославкина // Электронный научно-образовательный журнал ВГПУ «Грани познания». – 2009. – №3(4).

159. Michard, C., Viollet, C. Sex and gender in linguistics : Fifteen years of feminist research in the United States and Germany // Gender Issues : Volume 11,

Number 1, 53-88, March 1991. [Электронный ресурс] : Режим доступа : http :

//www.springerlink.com/content/j76547p6757314lj/, свободный. – Загл. с экрана.

160. Stoller R. Sex and Gender : on the Development of Masculinity and Femininity. – N.Y., 1968.



Pages:     | 1 ||
Похожие работы:

«КЫРТЕПЕ Акбике Мураталиевна МАКРОЕДИНИЦЫ СЛОВООБРАЗОВАНИЯ КАК ФОРМЫ ЯЗЫКОВОЙ ОБЪЕКТИВАЦИИ КОНЦЕПТА (на материале словообразовательных гнезд и словообразовательной категории со значением женскости в р...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования "Алтайская государственная акад...»

«Электронный научно-образовательный журнал ВГСПУ "Грани познания". №1(35). Февраль 2015 www.grani.vspu.ru В.А. БУРЯКОВСКАЯ (Волгоград) ТРАНСФОРМАЦИЯ СЕМАНТИКИ НЕКОТОРЫХ ЯЗЫКОВЫХ ЕДИНИЦ КАК ИДЕНТИФИКАТОР ЦЕННОСТНЫХ СДВИГОВ В ОБЩЕСТВЕ Рассматриваются примеры семантическ...»

«Ю. Ю. Черноскутов КОНТЕКСТ И ЛОГИЧЕСКИЕ ТЕОРИИ ПРЕСУППОЗИЦИИ* Введение О контексте. Понятие контекста начало свое победное шествие в философии и прикладных разделах логики вскоре после Второй мировой войны. Новое ответвление лингвистической философии реабилитировало естественный язы...»

«Azizova M. E. On the Way of Conveyance of Russian Verbal Prefix c-/со into Tajik ББК 81.2Р-2 М.Э. АЗИЗОВА УДК 4Р(075Н) А 12 О СПОСОБАХ ПЕРЕДАЧИ РУССКОЙ ГЛАГОЛЬНОЙ ПРИСТАВКИ С-/СОНА ТАДЖИКСКИЙ ЯЗЫК (на материале локального и общерезультативного значения) Интерес к глагольным приставкам существует в лингвистик...»

«АКАДЕМИЯ НАУК^СССР ЯЗЬ1КА ОТДЕЛЕНИЕ ЛИТЕРАТУРЫ I* ВОПРОСЫ ЯЗЫКОЗНАНИЯ ТЕОРЕТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ п о ОБЩЕМУ И СРАВНИТЕЛЬНОМУ ЯЗЫКОЗНАНИЮ 0ДУ ЖУРНАЛ ОСНОВАН В 1952 Г ВЫХОДИТ 6 РАЗ В МАРТ —АПРЕЛЬ "НАУКА" ИЗДАТЕЛЬСТВО МОСКВА — 1989 Главный редактор: Т. В. ГАМКРЕЛИДЗЕ Замести...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Новокузнецкий институт (филиал) федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования "Кемеровский государственный университет" Факультет иностранных языков Кафедра философии "УТВЕРЖДАЮ" Декан И.Д. Лаптева _ "" 20_ г. Рабочая...»

«ВОПРОСЫ ЯЗЫКОЗНАНИЯ №3 2004 © 2004 г. А. А. ЗАЛИЗНЯК, Е. Н. НОСОВ, В. Л. ЯНИН * БЕРЕСТЯНЫЕ ГРАМОТЫ ИЗ НОВГОРОДСКИХ РАСКОПОК 2003 г. В Новгороде на Троицком раскопе продолжались работы на 13-м участке (руководитель работ А. Н. Сорокин) и на 14-м участке (руководитель работ А...»

«ЖДАНОВА Татьяна Алексеевна ЯЗЫКОВАЯ РЕПРЕЗЕНТАЦИЯ ОРУДИЙ ТРУДА В СОЦИАЛЬНОЙ ПАМЯТИ НАРОДА (НА МАТЕРИАЛЕ РУССКОГО И АНГЛИЙСКОГО ЯЗЫКОВ) Специальность 10.02.19 – теория языка Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических на...»

«Наталья Николаевна Романова 22 урока идеальной грамотности: Русский язык без правил и словарей http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=583325 Наталья Романова. 22 урока идеальной грамотности: Питер; Санкт-Пе...»

«Ицкович Татьяна Викторовна ЖАНРОВАЯ СИСТЕМАТИЗАЦИЯ РЕЛИГИОЗНОГО СТИЛЯ НА КОММУНИКАТИВНО-ПРАГМАТИЧЕСКОМ И КАТЕГОРИАЛЬНО-ТЕКСТОВОМ ОСНОВАНИЯХ Специальность 10.02.01 – русский язык ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени докт...»

«Филология ФИЛОЛОГИЯ УДК 811.161.1’271.12 А. С. Бочкарёва1 Языковая норма и печать В статье рассматриваются нарушения языковых норм в печати. Объектом исследования являются региональные газеты: анализируются и частично комментируются морфологические, синтаксические, лексические и орфографические ошиб...»

«Новый филологический вестник. 2016. №3(38). В.И. Заботкина (Москва), М.Н. Коннова (Калининград) К ВОПРОСУ ОБ ОСОБЕННОСТЯХ ЭКСПЛИКАЦИИ ТЕМПОРАЛЬНЫХ СМЫСЛОВ В СТИХОТВОРЕНИИ Б.Л. ПАСТЕРНАКА "РОЖДЕСТВЕНСКАЯ ЗВЕЗДА" Аннотация. Исследуются характерные черты вербализации темпоральных смыслов в стихотвор...»

«ГРАММАТИКАЛИЗОВАННЫЕ И ЛЕКСИКАЛИЗОВАННЫЕ КОМПОНЕНТЫ В КОНСТРУКЦИЯХ ИДИОМАХ РУССКОГО ЯЗЫКА Н.А. Пузов Кафедра современного русского языка Приднестровский государственный университет им. Т.Г. Шевченко ул. 25 Октября, 128, Тирасполь...»

«Н.В. Мельник Кемеровский государственный университет Языковая личность и текст как предмет лингвоперсонологии русского языка Аннотация: В статье представлены два исследовательских лингвоперсонологических направления, имеющих в качестве предмета изучения языковую личность и персонотекст, и приве...»

«Полякова Н. В. Объективация реки в языковой картине мира селькупского этноса Полякова Н. В. ОБЪЕКТИВАЦИЯ РЕКИ В ЯЗЫКОВОЙ КАРТИНЕ МИРА СЕЛЬКУПСКОГО ЭТНОСА1 Представлено исследование профанной и сакральной роли реки в языковой картине мира селькупского этноса. Исследуются наимен...»

«Московская филологическая олимпиада – 2013 Очный тур. 10 класс I.Прочтите текст и выполните задание. Борис Шергин. Любовь сильнее смерти У Студеного моря, в богатой Двинской земле, жили два друга юных, два брата названых, Кирик да Олеша. И была у них дружба милая и любовь заединая. Столь крепко братья крестовые друг...»

«ПРИОРИТЕТНЫЙ НАЦИОНАЛЬНЫЙ ПРОЕКТ "ОБРАЗОВАНИЕ" РОССИЙСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ ДРУЖБЫ НАРОДОВ О.А КРЫЛОВА, Е.Н. РЕМЧУКОВА Г.Н. ТРОФИМОВА, О.С. ИССЕРС СОВРЕМЕННЫЕ ПРОБЛЕМЫ ФИЛОЛОГИИ Учебное пособие Москва Раздел 1. Понятие коммуникативной деятельност...»

«ВОПРОСЫ ЯЗЫКОЗНАНИЯ №3 2005 © 2005 г. А. А. ЗАЛИЗНЯК, Е. В. ТОРОПОВА, В. Л. ЯНИН БЕРЕСТЯНЫЕ ГРАМОТЫ ИЗ РАСКОПОК 2004 г. * В НОВГОРОДЕ И СТАРОЙ РУССЕ Статья представляет собой предварительную публикацию берестяных грамот, найденны...»

«159 sel. Zum Wert des Kunstwerkes, hg. v. Susanne Anna u.a., Kln: Verlag der Buchhandlung Walter Knig, 2001, S. 245-263.ЛИНГВОПОЛИТОЛОГИЯ Меркурьева Вера Брониславовна Доктор филологических наук,профессор кафедры немецкой филологии ФГБОУ ВПО "ИГЛУ", г. Иркутск, Россия Костин...»

«Вестник Томского государственного университета. Филология. 2016. №4 (42) УДК 821.161.1+82.0 DOI: 10.17223/19986645/42/10 А.Е. Козлов НАРРАТИВНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ РОМАНА В.А. СЛЕПЦОВА "ТРУДНОЕ ВРЕМЯ": ПРОБЛЕМЫ "ТАЙНОПИ...»

«актуализируются, а во-вторых, взаимодействуют с другими единицами. Так возникают элементы текста это такие его составляющие, которые суть результат актуализации языковых единиц и результат взаимодействия одних языков...»

«УДК 8142:8136 ББК 81.0 К 17 Калашаова А.А. Доцент кафедры иностранных языков Адыгейского государственного университета, e-mail: habekirov@yandex.ru Вербальные компоненты рекламного текста как прагматически о...»

«Вестник Томского государственного университета. Филология. 2014. №6 (32) УДК 821.161.1.09 "18" DOI 10.17223/19986645/32/8 Г.А. Ахметова Л.Н. ТОЛСТОЙ О ТВОРЧЕСТВЕ И РЕМЕСЛЕ ("АННА КАРЕНИНА", "ЧТО ТАКОЕ ИСКУССТВО?") Роман "Анна Каренина" и эстетический трактат "Что такое искусство?" анализируются в статье с...»

«УДК 81’23 ФАКТОР ВОЗРАСТА ПРИ ИССЛЕДОВАНИИ СОЦИАЛЬНОЙ РЕКЛАМЫ А. В. Анненкова Аспирант кафедры иностранных языков e-mail: Antonina-1984@yandex.ru Юго-Западный государственный университет В статье рассматривается влияние фактора возраста на эмоциональну...»







 
2017 www.doc.knigi-x.ru - «Бесплатная электронная библиотека - различные документы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.