WWW.DOC.KNIGI-X.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Различные документы
 

«КОННОТАЦИЯ ИМПЕРАТИВА ...»

На правах рукописи

МЕЛЕХОВА Любовь Александровна

КОННОТАЦИЯ ИМПЕРАТИВА

Специальность 10.02.01 – русский язык

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата филологических наук

Москва – 2012

Работа выполнена на кафедре современного русского языка

Московского государственного областного университета

Научный руководитель: Лекант Павел Александрович,

доктор филологических наук, профессор

Официальные оппоненты: Чернова Любовь Афанасьевна, доктор филологических наук, профессор (Московский государственный областной социально-гуманитарный институт) Бирюкова Елена Анатольевна, кандидат филологических наук (Рязанское высшее воздушно-десантное командное училище имени генерала армии В.Ф. Маргелова) Мичуринский государственный

Ведущая организация:

педагогический институт

Защита состоится 1 марта 2012 года в 15:00 часов на заседании диссертационного совета Д 212.155.02 по защите докторских и кандидатских диссертаций (специальности: 10.02.01 – русский язык, 13.00.02 – теория и методика обучения и воспитания [русский язык]) при Московском государственном областном университете по адресу: 105005, г. Москва, ул. Энгельса, д. 21-а.



С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Московского государственного областного университета по адресу: 105005, г. Москва, ул. Радио, д. 10-а.

Автореферат диссертации размещён на сайтах vak.ed.gov.ru и mgou.ru.

Автореферат разослан « » января 2012 г.

Учёный секретарь диссертационного совета доктор филологических наук, профессор В.В. Леденёва

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Коннотация императива – это добавочная семантика побуждения, дополняющая его предметно-понятийное и грамматическое содержание.

Например: Александр Петрович, пойдёмте! – побуждение + вежливость;

Саша, пойдём-ка! – побуждение + оттенок дружеского приглашения (или фамильярного); Ну пойдём же, Саша! – побуждение + семантика настойчивой просьбы, нетерпеливости. Коннотацию императива в семантическом плане составляют эмоционально-экспрессивные и стилистические оттенки. Грамматический план такого «окрашенного»

императива имеет систему специфичных средств на лексикоморфологическом и синтаксическом уровнях.

Объект данной работы – средства коннотации императива на разных языковых уровнях и коннотативные смыслы побуждения.

Предмет исследования – механизмы реализации средств коннотации в императивном высказывании и условия влияния структурных показателей на семантику побуждения.

Актуальность исследования обусловлена следующими факторами.

1. В современном русском языке наблюдается активизация средств коннотации императива. В публицистике, рекламе, СМИ появляются новые формы экспрессивных побуждений. Императив становится продуктивным средством выражения субъективной оценки говорящего. Этим обусловливается необходимость всестороннего и комплексного исследования способов коннотации императива, изучения системы коннотативных смыслов и средств их выражения.

2. Понятие коннотации в научных трудах интерпретируется неоднозначно, что доказывает необходимость более глубокого его осмысления на разных языковых уровнях. Специальных работ, посвящённых коннотации императива, не имеется.



3. Изучение коннотации императива важно для выявления тенденций развития императивной сферы, а также для открытия перспектив употребления волеизъявлений в коммуникативно-прагматическом аспекте.

Процессы образования коннотативных смыслов глагольной формы императива требуют новых методик исследования, теоретического обоснования, более точной систематизации и интерпретации.

Сложность явления коннотации и необходимость его изучения подчёркивает П.А. Лекант: «…коннотативные смыслы опираются на синтаксические, формальные показатели. Эта область синтаксиса представляет особый предмет исследования …» [Лекант: 1987, 6]. При этом П.А. Лекант отмечает малоизученность данной области, что остается актуальным и в настоящее время. Проблема экспрессивных возможностей глагола в последние годы активно поднимается в языкознании (Н.Н. Кузнецова, 2009; Т.Р. Ходжаян, 2009; Т.С. Горохова, 2008), это подтверждает важность детального изучения коннотативной сферы императива.

Цель – многоаспектный анализ коннотации императива (КИ) на разных языковых уровнях и установление сферы коннотативных смыслов побуждения для определения функционально-семантического статуса КИ.

Конкретные задачи:

1. Классификация средств КИ на уровне лексики и морфологии современного русского языка.

2. Классификация средств КИ на синтаксическом уровне языка.

3. Определение экспрессивных функций КИ.

4. Установление степени продуктивности тех или иных средств КИ.

5. Анализ императива как грамматической инновации.

6. Рассмотрение КИ в прагматическом аспекте.

7. Описание типов коннотативных моделей побуждения в функциональных стилях.

8. Установление связи понятия КИ с категорией оценки и семантикой адресата.

9. Координация явления коннотации с семантическим потенциалом императива.

10. Выявление тенденций развития императивной сферы по результатам исследования средств коннотации.

Решение этих задач позволит представить комплексную картину КИ и проверить наши теоретические предположения.

Гипотеза исследования: коннотация – это обязательное условие реализации императива в речи. КИ представляет собой актуальное и развивающееся явление, так как отвечает задаче нашего времени: выразить волю говорящего в предельно динамичной, экспрессивной, привлекательной форме для достижения ответной реакции адресата, максимального успеха в общении. КИ имеет в русском языке набор специальных лексических, морфологических и синтаксических средств выражения. В функциональносемантическом плане КИ – это система особых семантических характеристик на экспрессивном уровне, в том числе через градацию и мотивацию императива.

Научная новизна диссертации проявляется в том, что:

1) впервые предпринято комплексное изучение средств коннотации применительно к одной грамматической форме;

2) предложен новый подход к понятию «коннотация» с учётом не только семантических, стилистических, но и синтаксических показателей;

3) выявлены основные коннотативные модели императива и описаны особенности их формирования и функционирования;

4) дифференцированы сферы коннотативных смыслов на основе эмоционального, экспрессивного и оценочного компонентов;

5) разработана классификация средств КИ на лексикоморфологическом и синтаксическом уровнях языка;

6) проанализирован экспрессивный синтаксис побудительного высказывания: показатели контекста на уровне простого предложения, мотивация и градация на уровне сложного предложения;

7) исследован коммуникативно-прагматический потенциал императивной сферы за счёт анализа креативных способов передачи волеизъявления (язык рекламы, СМИ, общемолодёжный сленг).

Теоретическая значимость исследования состоит в обращении к продуктивному явлению русского языка, которое охватывает основные уровни: лексику, морфологию и синтаксис. Поставленная проблема расширяет представления о функционально-семантических возможностях императива. Многоаспектный анализ средств КИ позволяет наметить тенденции развития императивной сферы. Каждое направление данных наблюдений связано с общетеоретическими вопросами: создание банка семантических характеристик единиц языка с учётом эмоциональных и экспрессивных добавочных оттенков, развитие теории речевых актов, систематизация средств экспрессивного синтаксиса в современном русском языке.

Практическая ценность работы заключается в возможности использования её результатов в преподавании современного русского языка в вузе и школе, при разработке отдельных тем в учебных курсах по лексике, морфологии, стилистике, синтаксису; при обучении принципам построения письменного текста; при филологическом анализе текста; при написании пособий по культуре речи для СМИ, а также создании конкретных рекомендаций для успешного общения с адресатом. Возможно использование положений и результатов диссертационной работы в дальнейших исследованиях этой области.

Основные положения, выносимые на защиту.

1. КИ – это компонент побудительного высказывания, с помощью которого осуществляется связь императивной формы как языковой единицы с контекстами её употребления, с теми коммуникативными ситуациями, в которых она функционирует. Коннотация императива представляет собой экспрессивно-стилистическое явление русского языка, имеющее структурносемантическое и функциональное своеобразие. Коннотация выражает отношение говорящего к обозначаемому и, следовательно, является индикатором субъективности высказывания. Коннотация – обязательный компонент семантической структуры любого императивного высказывания.

2. Компоненты коннотативной матрицы императива образуют три группы: эмоциональная, экспрессивная и оценочная. Элементы каждой из групп актуализируются как в совокупности, так и по отдельности.

3. Эмоциональный компонент КИ включает разновидности чувственной окраски (мелиоративная КИ, пейоративная КИ, депретативная КИ, аффективная КИ и др.). Оценочный компонент КИ основан на модальных значениях, оттенках по общей шкале «положительноеотрицательное» (желательность, нежелательность, запрет, угроза, превентив, уверенность, неуверенность и др.). Экспрессивный компонент КИ реализует выразительный потенциал побуждения и связан с императивной функцией воздействия (торжественная КИ, интенсивная КИ, экстенсивная КИ;

этическая КИ, мотивированная КИ и др.).

4. Сфера экспрессивной семантики императива разграничивается на отдельные поля по степени выразительности: высокая, средняя и низкая.

Каждая степень выразительности определяется по сумме используемых выразительных средств: интонации, художественных тропов, синтаксических приёмов. Экспрессивность императива может быть ингерентной и адгерентной. Ингерентная экспрессивность внутренне присуща побудительному элементу и проявляется вне зависимости от внешних условий. Адгерентная экспрессивность приобретается формой или выражением только в данном контексте, речевой ситуации. Экспрессивные функции КИ направлены на перлокуцию волеизъявления.

5. Функционально-семантические модели коннотативных смыслов императива (приказ, совет, просьба, призыв, предложение) детерминированы эмоционально-экспрессивными и оценочными компонентами значения. Их взаимосвязь отражает системный характер явления КИ.

6. Лексико-морфологический уровень языковой системы включает группу слов, лексемы которых выражают экспрессивно-окрашенное побуждение (обладают ингерентной экспрессивностью), а также формы слов, за которыми закреплены определённые коннотативные смыслы побуждения.

7. Синтаксический уровень КИ располагает средствами контекста, проявляющими определённый добавочный смысл побуждения. Например, обращения позволяют квалифицировать оттенки волеизъявления (превентивный, пермиссивный, адхортативный, мелиоративный, пейоративный, интимный) и установить его стилистическую принадлежность. Лексический повтор выступает как средство градации императива. Эти и другие средства способствуют ориентации адресата в выборе соответствующей формы ответной реакции в плане согласия или несогласия выполнить обозначенное действие.

8. КИ в сложном предложении – это мотивированный и градационный императивы, характеризующиеся снижением категоричности побуждения, но повышением уровня коннотативной насыщенности. Мотивации и градации императива способствуют семантико-грамматические отношения между частями высказывания.

9. Императив выступает как грамматическая инновация в силу креативного (оригинального, неожиданного) характера коннотативных смыслов и средств их организации в современном языке. Сфера креативного побуждения – молодёжный сленг и язык рекламы. Основу такого императива составляет принцип языковой игры, позволяющий достигнуть максимального воздействия на адресата.

10. Прагматический аспект КИ проявляет строгую зависимость выбора формы окрашенного побуждения от социального статуса как говорящего, так и адресата. Чем выше статус участников коммуникативной ситуации побуждения, тем сдержаннее средства императивной экспрессии.

Следовательно, средства КИ отражают общую культуру коммуникации.

Методы исследования определяются целью и задачами работы.

Используются структурно-семантический и функционально-семантический подходы, привлекаются сведения из прагматики, в частности, теории речевых актов. Применяются общенаучные методы: индукция, наблюдение, интерпретация, моделирование и (частично) эксперимент. Практикуются частные лингвистические методы: анализ тождества и различия явлений языка и речи, контекстуальный метод, трансформация, методика языковой и речевой дистрибуции. Тот или иной метод избирается в зависимости от конкретных задач исследования и характера фактического материала. Анализ КИ в представленной работе производится в синхронном плане.

Материал исследования собирался методом сплошной выборки из произведений художественной литературы от А.С. Пушкина до наших дней.

Привлекались примеры из СМИ (периодическая печать, реклама, данные Интернет), а также из разговорной речи. Собранный языковой материал составляет более 5 тысяч примеров.

Апробация исследования. Основные положения отражены в 12-ти публикациях, из них 3 статьи – в изданиях, рекомендованных ВАК РФ.

Материалы работы представлялись в виде докладов и сообщений на научных конференциях: Международная научная конференция «Язык, культура, общество» (Москва, РАН, 2009); Международная научно-практическая конференция «ХI Невские чтения», «ХIII Невские чтения» (СПб, Невский институт языка и культуры, 2009, 2011); Международная научнопрактическая конференция «Наука и образование ХХI века» (Рязань, СТИ, 2010); III Селищевские чтения: Международная науч.-практич. конф. (Елец, 2011 г.); V Международная науч.-практич. конф., посвящ. 300-летию со дня рожд. М.В. Ломоносова (Москва, филологический факультет МГУ имени М.В. Ломоносова, 2011).

Структура диссертации включает Введение, три главы (с вводными замечаниями и выводами), Заключение, Список использованной литературы (260 наименований), Список источников языкового материала (101 наименование), Приложение.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Во Введении определены объект и предмет исследования, обоснован выбор темы, её актуальность, определена научная новизна, сформулированы цель, задачи; перечислены положения, выносимые на защиту; указаны методологическая и теоретическая базы исследования, представлены источники фактического материала, теоретическая значимость и сфера применения практических результатов.

Глава 1 «Коннотация императива как экспрессивностилистическое явление русского языка» представляет собой исследование КИ в аспекте экспрессивных и стилистических возможностей побудительной семантики. Определяется понятие коннотации императива и его связь с категорией оценки и семантикой адресата, выявляются тенденции развития семантического поля императива; рассматривается КИ в прагматическом аспекте. Решение этих задач позволило проследить степень продуктивности императивных форм относительно выражения коннотации и регулярность составляющих коннотативных смыслов побуждения.

Компоненты коннотативной матрицы императива образуют три группы: эмоциональная, экспрессивная и оценочная. Элементы каждой из групп актуализируются как в совокупности, так и по отдельности.

включает разновидности Эмоциональный компонент КИ чувственной окраски: мелиоративная (возвеличивающая, положительная) типа Восстань, пророк, и виждь и внемли… (А. Пушкин); Да здравствует солнце! (А. Пушкин); Вставай же, Русь! (С. Есенин); пейоративная (уничижительная) типа Не подходи ко мне, вражина! (В. Розов); Эй! Петька, не завирайся! (А. Блок); Брысь! Фу! (по отношению к человеку);

депретативная (бранная) – Провались ты пропадом! (фразеолог.); Разрази тебя гром! (фразеолог.); аффективная – Уходи, пока цел!; Не сметь!

Возможны и другие проявления эмоций, допустимо смешение чувств, и проявление данных в разной степени, и отсутствие чётких границ между приведёнными характеристиками.

Экспрессивный компонент КИ реализует выразительный потенциал побуждения и связан с императивной функцией воздействия. К этой сфере относятся, например, такие типы: торжественная КИ – Подымем бокалы, содвинем их разом! (А. Пушкин); интенсивная КИ – Пой же, пой на проклятой гитаре… (С. Есенин); экстенсивная КИ – Следи за собой, будь осторожен (В. Цой); этическая КИ – Филипп Филиппович, прошу вас: не волнуйтесь! (М. Булгаков); мотивированный императив – Не бойся, не обижу её! (К. Симонов); Возьми на память обо мне (А. Куприн).

Экспрессивный императив – это побуждение с добавочным средством выразительности с целью наибольшего воздействия на адресата и максимальной вероятности достижения ожидаемой ответной реакции.

Сфера экспрессивной семантики императива разграничивается на отдельные поля по степени выразительности. Каждая степень экспрессии определяется по сумме используемых выразительных средств: интонации, художественных тропов, синтаксических приёмов. Выделяются побуждения высокой, средней и низкой степени экспрессивности.

Высокая степень экспрессии характерна для художественнопоэтического императива, имеющего значение гипотетической модальности

– Храни меня, мой талисман! (А. Пушкин), для приказов – Приказываю:

немедленно сдайте оружие (К. Симонов), призывов – Пока сердца для чести живы, мой друг, отчизне посвятим души прекрасные порывы! (А. Пушкин), лозунгов – Даёшь молодёжь! (название ТВ-передачи), интимной просьбы и мольбы – Прошу тебя, умоляю, позволь мне уехать! (А. Чехов). Средняя степень экспрессии присуща, как правило, сфере приглашений, предложений, пожеланий: Посетите выставку в музее!; Будьте взаимно вежливыми!; Пусть беды тебя обойдут стороной! Низкая степень экспрессии наблюдается в официально-деловой сфере и научном стиле: При попадании шампуня в глаза промойте их тёплой водой (из инструкции);

Принимайте по одной таблетке три раза в день (из аннотации);

Рассмотрите следующие предложения (из сборника упражнений).

Экспрессивные функции коннотации императива в большей или меньшей мере реализуются в любом побудительном акте, однако низкая степень экспрессии – это отнюдь не обязательный признак слабой воздействующей силы побуждения, а повышенная экспрессивность – отнюдь не обязательное условие сильного воздействия на адресата. Необходима координация выбора экспрессивных средств побуждения с определенным типом речевой коммуникации.

Экспрессивность императивного высказывания может быть ингерентной и адгерентной. Ингерентная экспрессивность внутренне присуща побудительному элементу и проявляется вне зависимости от внешних условий. Например, междометие айда обладает ингерентной экспрессией побуждения со значением быстрого отправления куда-либо, закреплённой стилистической коннотацией «просторечное», используется в непринуждённом общении: Айда к нам в избу! (Д. Мамин-Сибиряк) – побуждение со значением императива адресата к немедленному выполнению действия (без раздумий и сомнений). Адгерентная экспрессивность приобретается формой или выражением только в данном контексте, речевой ситуации: форма типа идите может иметь различные коннотативные оттенки в зависимости от контекста: совет – Ольга Ивановна, советую вам: идите домой!; приказ – Идите за мной!; приглашение – Ольга, идите на сцену!;

превентив – Идите уж пораньше, а не то опоздаете!; пренебрежение – Идите отсюда, не мешайте! Экспрессивные функции КИ направлены на перлокуцию волеизъявления. Грамматический план такого «окрашенного»

императива имеет систему специфичных средств на уровне лексики, морфологии и синтаксиса русского языка.

Оценочный компонент КИ основан на модальных значениях, оттенках по общей шкале «положительное-отрицательное». На этом основании разграничиваются: императив согласия (Конечно, возьми!);

несогласия (Нет, не бери!); неуверенности (нерешительности) – Может быть, давай пойдем!; Возьми, но обещай вернуть вовремя; Сходи, если не устала; уверенности (решительности) – Непременно давай пойдём!;

желательности (Скажи, чтобы открыли окно!; Приходи уж пораньше!;

Сходил бы к врачу!); нежелательности (Не буди того, что отмечталось, не волнуй того, что не сбылось…; Не говори уж ей!..); запретительный императив (Не курить!; Костры не разводить!); превентивный (Смотри не простудись!; Не вздумай подходить!); угрожающий (Только попробуй не прийти!) и др. КИ связана с категорией оценки, так как языковые средства, имеющиеся в распоряжении говорящего для побуждения собеседника к определённому действию, имеют оценочный характер, а потому позволяют анализировать КИ с позиций категории оценки. Через императивное предложение оценивается отношение говорящего к адресату, которое выстраивается по шкале «хорошо-плохо» и сопровождается соответствующими эмоциями (положительными или отрицательными).

Например, разрешение по функциональной сущности предрасположено к положительной эмоциональной окраске, а запрещение – к отрицательной.

Оценочная семантика как компонент коннотативного смысла императива обязательно присутствует в любом побудительном предложении и является необходимым условием организации побуждения в речи.

Функционально-семантические модели коннотативных смыслов императива (приказ, совет, просьба, призыв, предложение) детерминированы эмоционально-экспрессивными и оценочными компонентами значения.

Коннотация и степень категоричности побуждения находятся в отношениях взаимозависимости и взаимообусловленности. Их взаимосвязь отражает системный характер явления КИ. Мы считаем вполне правомерным рассматривать степень категоричности как компонент коннотативного смысла императива. Результат анализа императива по степени категоричности показывает, что всем перечисленным видам побуждений в речевой практике соответствуют определенные типы побудительных речевых актов. Эти значения при любых реализациях императива в речи выступают в качестве коннотативных смыслов, сопровождающих денотативную функцию повелительной формы.

Стилевая принадлежность императивного высказывания является одним из существенных компонентов его коннотативного смысла.

Разговорный императив имеет ряд признаков, проявляющихся на всех языковых уровнях. К средствам выражения КИ, отражающим специфику разговорной речи относятся: 1) побудительные междометия: Айда!; Вон!;

Брысь!; Полно!; Бис!; Тс-с!; Бай-бай!; 2) императивные формы глаголов разговорной лексики: Не тараторь!; Не вопи!; Вздремни часок!;

3) неимперативные формы глаголов и другие части речи в функции побуждения: «Пошли!», – резко вдруг приказал Цветков (Ю. Герман); От винта! – команда к взлёту + информация о готовности говорящего к действию; 4) частицы -ка, же, знай себе, да, пускай, пусть себе, не, оформляющие соответствующие оттенки побуждения: Надень-ка, брат Елдырин, на меня пальто...! (А. Чехов); Полина, иди же к нам, веди к нам своего друга (А. Толстой). Все эти показатели служат чёткой дифференциации ярких коннотативных смыслов (мелиоративного, пейоративного, аффективного, пермиссивного, драматического и др.), обусловленных, как правило, бытовой интенцией говорящего и соответствующими показателями коммуникативной ситуации.

Художественно-поэтический императив отличается преимуществом обобщённой семантики лица, афористичностью, относительной отвлечённостью от конкретного ответного действия: Приди, о Муза, благодатна… (А. Блок); Отворите мне темницу, дайте мне сиянье дня...

(М. Лермонтов); Сыпь ты, черёмуха, снегом…(С. Есенин). Поэтические призывы характеризуются коннотацией торжественности, эмоциональной приподнятости, экспрессией воодушевления.

Публицистический императив представлен в основном формами 2-го лица единственного и множественного числа, а также формой совместного действия с обобщённо-личным значением: Подари себе жизнь! (призыв в тексте социальной рекламы); Давайте посмотрим на нас глазами иностранцев (Н. Писарчук). Общее экспрессивное ядро коннотаций императива в СМИ – импульс к положительным эмоциям адресата.

Коннотации совета, рекомендации, приглашения заключаются в низкой степени категоричности, в модальности целесообразности, долженствования или необходимости выполнения обозначенного действия в интересах говорящего или обоюдном интересе говорящего и адресата. Именно в публицистическом стиле активно используется «интригующий» императив

– побудительное высказывание в функции предельно лаконичного приглашения, пояснение к которому содержится лишь в контексте.

Например, рекламы: Звони!; Зайди!; Попробуй!; Свяжитесь с нами!; Не проходите мимо! При этом пояснение может быть в графической форме, языковом воплощении, аудио- и видеосопровождении, но императив включён в структуру простого предложения минимальной структурной схемы. Краткое побуждение служит стимулом для поиска ответа на закономерно возникающие вопросы: Звони! (А зачем звонить?); Попробуй!

(А что попробовать?); Приходите! (А куда и зачем?..). Императив в рекламе и заголовках статей наделён дополнительной экспрессией (интрига, ирония, динамика) и представляет собой развивающееся явление русской публицистики, основанное на реализации креативного потенциала побудительного высказывания.

Специфика коннотаций официального императива заключается в следующем: 1) передача модальных оттенков долженствования, необходимости, целесообразности; это чаще всего опосредованный императив, то есть волеизъявление без императивной формы, с использованием перформативных слов или модальных элементов.

Примеры: Прошу направить материалы... (вместо Направьте материалы...);

Следует обратить внимание... (вместо Обратите внимание...); Приглашаем принять участие... (вместо Примите участие...); 2) использование инфинитива в значении императива (повелительного наклонения). Например, назначить, рекомендовать, разрешить, обязать и т.п.: такие глаголы квалифицируют степень категоричности и вид побуждения. Инфинитив является показателем коннотации волевого решения говорящего;

3) зависимость выбора побудительных средств от вида и назначения документа, а также от общих и частных прагматических факторов: одни виды документов располагают к включению императива, а другие – не располагают (и даже исключают) использование побуждения. Например, постановления, приказы, распоряжения, заявления, инструкции благоприятствуют выражению соответствующих коннотаций императива, а законы, уставы, постановления, расписки, объяснительные записки не нуждаются в побудительных высказываниях: их целевая установка препятствует употреблению императивных форм.

Научный императив ограничен как в лексико-семантическом, так и в функциональном плане.

Коннотации побуждений в научном стиле заключаются в оттенках некатегоричных просьб, выраженных формами типа решим, решите; в низкой степени экспрессии; в обращении к группе лиц (множественность адресата) без их номинации или к обобщённому лицу (в научных трудах); в этичности с оттенками вежливости; во включении адресата в совместное с говорящим действие с помощью форм типа рассмотрим (оттенок сопричастности) – коммуникативная эмпатия:

Рассмотрим следующий вопрос...; Подытожим наши наблюдения...; в формуле авторской скромности и роли посредника в систематизации элементов рассуждения.

Креативный императив, т.е. оригинальный, «неожиданный», прямым образом связан с явлением коннотации языковых средств и охватывает преимущественно три сферы речевых явлений: 1) окказионализмы в художественной литературе (Ты скорей, адмирал, Отколчакивай (С. Есенин); Перья-облака, закат расканарейте! (В. Маяковский);

2) молодёжный сленг (Не грузи своими проблемами!; Пни по электронке!);

3) реклама в современных СМИ (Забей на жажду. Живи по своим правилам (Sprite, газировка. Россия, 2008); Не тормози, сникерсни! (Snickers, реклама шоколадного батончика). Именно эти сферы представляют потенциал развития семантического поля императива. Возникновение потребности в креативной передаче волеизъявления объяснимо стремлением к выражению максимума смысла при минимуме языковых средств. Креативный императив характеризуется высокой степенью экспрессии и семантической многомерностью.

Коннотация императива в прагматическом аспекте отражает взаимоотношения говорящего и адресата. Коннотативным смыслам императивных высказываний соответствуют иллокутивные и перлокутивные средства выражения значений. Одной из составляющих коннотативной окраски побудительного высказывания является семантика адресата.

Семантика адресата в узком понимании включает грамматические значения императивного предложения: «лицо (определённое, неопределённое, обобщённое)», «число», «отношение к действию (активное, пассивное)»;

«отношение к говорящему (прямое, косвенное)»; «отношение говорящего к собеседнику» (на «ты» или «вы»). Семантика адресата в широком понимании добавляет к этим значениям эмоционально-экспрессивные, стилистические, оценочные характеристики, а также показатели степени категоричности выражаемого побуждения. Любой контекст императива так или иначе соотносит адресат с оттенками повелений. Одна и та же императивная форма обретает соответствующий коннотативный смысл в зависимости от семантики адресата, которая определяется в основном по грамматическим, лексическим и прагматическим признакам.

Глава 2 «Коннотация императива на лексико-морфологическом уровне языка» представляет собой анализ добавочных оттенков семантики побуждения на уровне лексики и морфологии. Определена взаимосвязь категориальной побудительной формы и императивной коннотации.

Рассмотрены слова, лексическое значение которых заключается в окрашенной императивной семантике, и формы слов, грамматическое значение которых способствует организации соответствующего коннотативного смысла побуждения.

I. Лексические средства выражения коннотации императива.

Лексический уровень русского языка включает сравнительно немногочисленную группу слов, словарное значение которых имеет экспрессивное императивное содержание.

Среди них выделяются два вида:

1) побудительные междометия и частицы; 2) перформативные слова (глаголы или существительные).

1. Побудительные междометия и частицы принадлежат к лексике разговорного стиля (нередко к просторечным словам) и относятся к лапидарным средствам выражения императива. Коннотативные смыслы лексических средств с общей семантикой побуждения имеют индивидуальный характер для каждого конкретного слова. Однако устанавливаются и некоторые типовые свойства отдельных групп слов. Так, императивные междометия и частицы (айда, ну, на, полно, брысь, вон и др.) организуют динамику действия. Их способность передавать побуждение в предельно краткой форме проявляет закономерность, сопоставимую с «законом сохранения энергии»: чем лаконичнее императив, тем выше степень его экспрессии; то есть сжатость, компрессия структуры компенсируется повышенной эмоционально-экспрессивной окраской. «В распоряжении» междометий и частиц все выразительные возможности, принадлежащие разговорной речи. Рассмотрим ряд примеров.

Междометие айда выражает побуждение к быстрому отправлению куда-либо (в значении иди или пойдём) и является просторечным: И тогда встал лейтенант. И шагнул по планете. Выкрикнув не по уставу: «Айда!!!»

(Р. Рождественский) – коннотация призыва с оттенком совместного действия.

Междометие брысь означает окрик, которым прогоняют кошку, однако иногда наблюдается употребление этого окрика по отношению к человеку с пейоративной коннотацией крайне пренебрежительного (грубого) отношения и со значением побуждения к немедленному «исчезновению с поля зрения»

(вместо убирайся отсюда): Брысь! – шикнула на Фёдора Алина (Т. Устинова).

Частица вон (эквиваленты – долой, прочь) означает требование уйти, убраться, часто сопровождает конструкции с семантикой угрозы: Вон отсюда! Ловите! Бейте! Режьте её! (А. Чехов) – депретативная коннотация, экспрессия гнева. Говорящий как бы отстраняется от собеседника.

Междометие полундра обладает ингерентной экспрессией, служащей в качестве предостерегающего крика, призыва на помощь: Робя, полундра!

Спасайся, кто может! (Б. Лавренев) – экспрессивная коннотация превентива. Междометие полно (функциональные эквиваленты – шабаш, баста, довольно!) в значении перестаньте! давайте прекратим! обозначает команду, предложение или просьбу прекратить какое-либо действие: Полно, полно, Люба, Варя (А. Чехов). Междометие ну выражает побуждение с коннотацией стимула к началу действия: Ну, давайте мириться (А. Чехов) – приглашение к началу совместного действия. Лексические значения рассмотренных междометий и частиц содержат коннотативные семы императива и вне контекста, потому данные единицы можно считать лексическими средствами ингерентной экспрессивности КИ.

2. Перформативные слова – это глаголы (реже – существительные и причастия), в семантической структуре которых содержится указание на вид побуждения. Такие слова каузируют действие, выраженное императивом.

Примеры: Рекомендую: пейте настойку на целебной осиновой коре (В. Солоухин) – речевой акт рекомендации; Прошу вас: передайте ему мой искреннейший привет и моё восхищение... (К. Федин) – речевой акт просьбы.

Коннотация таких высказываний заключается в акценте на виде побуждения, что обеспечивает усиленное воздействие на адресата.

Наиболее употребительны глагольные перформативы: просить, разрешать, советовать, требовать, умолять, призывать, приказывать, запрещать, предлагать, приглашать, рекомендовать, настаивать.

Перформативную функцию выполняют не только глаголы, но и некоторые существительные (совет, просьба, наказ, приказ, приглашение и др.) и причастия (велено, приказано, разрешено и др.). Среди существительных, образованных от перформативных глаголов, наиболее употребительными являются «совет» и «просьба»: эти имена действий каузируют побуждения средней степени категоричности, что соответствует назначению большинства типичных побудительных ситуаций. Примеры: Мой совет, Алла Кузьминична: заплатите добром, не позорьтесь (В. Шукшин); У меня к вам большая просьба: никогда не говорите со мной об этом (Л. Толстой).

Определения «мой» (совет), «большая» (просьба) и дополнения «у меня», «к вам», распространяющие перформативное существительное, смягчают обращение к адресату, акцентируя внимание на восприятии совета, просьбы.

Реализация перформативов в речи связана с условиями контекста, которые касаются и грамматических форм слова, и сочетаемости с другими словами в составе предложения.

II. Морфологические средства коннотации императива.

Морфологический уровень языка включает систему средств побуждения с характерными коннотативными смыслами. Это некоторые формы слов и отдельные части речи, грамматическая природа которых располагает к употреблению с соответствующей императивной окраской.

1. Формы парадигмы императива с целью коннотации. Типизация определённых речевых ситуаций привела к устойчивому использованию соответствующей повелительной формы с закреплённым добавочным содержанием, заданным прагматическими факторами (например, отношениями между говорящим и адресатом). В ряде случаев это объяснимо национальными и культурными традициями русского народа (в частности, соблюдением правил речевого этикета). Установлены следующие соотношения форм парадигмы повелительного наклонения и коннотативных значений:

– форма типа иди реализует инвариантный коннотативный смысл отношений на «ты» со всеми функционально-семантическими оттенками (дружественность, фамильярность, снисходительность и др.): Ты запой мне ту песню... (С. Есенин); Приходи, моя милая крошка, приходи посидеть вечерок (А. Фет); Спи, моё дитя! (А. Фет);

– формы с аффиксом -те (идите, идёмте, давайте пойдём) передают коннотацию вежливости (как показатель отношений на «вы») при обращении к одному лицу: Филипп Филиппович, прошу вас, не волнуйтесь (М. Булгаков);

Да говорите же, Андрей Ильич, ради бога, что с вами случилось?

(А. Куприн). При обращении к группе лиц (в том числе с обобщённой семантикой лица) коннотация вежливости совмещается с категориальным значением множественности: Мужайтесь, боритесь, о храбрые други...

(Ф. Тютчев);

– формы совместного действия типа решим, давайте решим являются этикетным выражением «авторской скромности» и коммуникативной эмпатии, семантической интроекции. Побуждения с этими формами отражают нормы научной речи (устная речь лектора, научные статьи, доклады): Давайте рассмотрим следующий вопрос...; Подтвердим наши положения фактами...; Скажем несколько слов о достижениях..., а также свойственны речи врача (докторское «мы» в значении «ты» при обращении к ребёнку): Ну, как мы себя чувствуем? Давай встанем на ножки, выпьем лекарство (А. Чехов) – коннотация сопричастности говорящего к действиям адресата, его готовности помочь («встань на ножки, выпей лекарство, а я тебе помогу»), сочувствия, сопереживания;

– формы типа пусть войдёт(ут) выражают пермиссивную коннотацию: разрешение, согласие или сознательное допущение со стороны говорящего: Передай ей, что пусть братья останутся (А. Приставкин);

Напиши ты ему, что пускай женится хоть завтра (Л. Толстой); Пускай наносит вред врагу не каждый воин, но каждый в бой иди (Н. Некрасов).

Категориальное значение данных форм приспособлено к определённым речевым ситуациям и побудительным актам. Типовая коннотация формы императива проявляется при обязательном окружении прагматическими и синтаксическими факторами в конкретном высказывании со своим потенциалом семантических оттенков.

2. Транспозиция неимперативных форм глагола, выражающих в той или иной речевой ситуации побуждение, обусловливает возникновение ряда ярких коннотативных смыслов. При таком функциональном переносе наблюдается диффузия компонентов семантики императива и грамматического значения неимперативной формы. Коннотация категоричного приказа, призыва или общий оттенок официальности побуждения соотносятся с транспозицией инфинитива (Молчать!; Не курить!; Действовать согласно уставу). Коннотация непринуждённого приглашения разговорного стиля достигается формами индикатива типа пошли (Ну, поплыли!; Пошли со мной!). Распоряжение с акцентом на модальном оттенке уверенности говорящего в целесообразности и необходимости потенциального поступка предрасположено выражению формами индикатива типа пойдёшь(ёте) (Пойдёшь со мной! = Иди со мной!) и т.д. Правомерность описания средств выражения императива на уровне морфологии за пределами парадигмы повелительного наклонения глагола доказывает тот факт, что близкие по структуре предложения имеют разную КИ в зависимости от формы выражения главного члена.

3. Другие части речи в функции императива. Экспрессивная речь способна превращать слова различных грамматических категорий в функциональные эквиваленты императива. Прямое лексическое значение таких слов не имеет отношения к побуждению, но отдельные компоненты их семантической структуры косвенно способствуют репрезентации волеизъявления. Выражение императивной семантики неглагольными средствами обеспечивает множество дополнительных оттенков с общей коннотацией призыва к немедленному выполнению действия, динамики побуждения, эмоционально-экспрессивной команды.

Наречия могут заменять повелительные формы глагола и передавать семантику побуждения даже при отсутствии глагола, однако императивную функцию способны выполнять только те наречия, которые могут сочетаться с формой императива. Ср.: Быстрей! = Бежим быстрей!; Тише! = Разговаривай тише! При этом наблюдается усиленная побудительная функциональность. Значения качества и сравнительной степени настолько естественны для побудительных ситуаций, что даже при отсутствии повелительного глагола свободно выполняют императивную функцию, например: Осторожней, народ, осторожней! (В. Липатов); Скорее в Москву! (А. Чехов). Коннотация таких побуждений заключается в настолько сильном акценте на значении образа действия, что глагол становится факультативным.

Имя существительное в функции побуждения выражает коннотацию динамики действия, эмоционально-экспрессивной насыщенности и актуализации объекта или обстоятельства действия. Существительные способны передавать побуждение как в форме именительного, так и косвенного падежа: Перекур! – крикнул за его спиной Цветков (Ю. Герман);

Тут Андрей Тимофеевич командует – батальон, в атаку! (К. Симонов).

Коммуникативная значимость обстоятельственного или объектного значения, обозначенного существительным, создаёт семантическую ёмкость побуждений, перекрывает необходимость присутствия глагола.

Продуктивность замещения функции глагольного императива проявляется в существовании множества побудительных устойчивых сочетаний, отражающих модели рассматриваемых структур, например: Шире круг!; Руки за голову!; К столу!; От винта!; К барьеру!; Всем на пол!; Руки вверх!; По коням! Такая коннотация функционирует по закону экономии языковых средств.

Местоимения 1-го лица (единственного или множественного числа) в творительном падеже с предлогом за употребляются для коннотации призыва к немедленному следованию за объектом с общей семантикой направленности действия: За нами, князь! Прошу (А. Грибоедов); Отряд, за мной! (Н. Погодин). Здесь наблюдается совмещение значений императива адресата и императива совместного действия. При этом лексическая значимость местоимения ослаблена, грамматическое значение 1-го лица не актуализируется, а информативно важным является сам призыв с общей семантикой направленности действия.

4. Роль частиц для выражения коннотации императива. Частицы же(ж), -ка, ну, да, уж, ли, бы, не, пожалуйста актуализируют интегральный признак побуждения и вносят в высказывание коннотацию, устанавливающую степень категоричности побуждения, стилистическую окраску и эмоционально-экспрессивную насыщенность.

Активную роль в императивном высказывании играет частица не, которая оформляет запрет (Не курите!; Не копать!) или превентивную коннотацию (Не простудись!). Такой императив употребителен в назиданиях обобщённого характера. Частица не в превентивных высказываниях сопровождается нередко формой смотри(-те), которая выполняет в таких случаях функцию частицы и выражает актуализированный коннотативный смысл предостережений и предупреждений: Ты не проговорись, смотри...

(А. Толстой); Смотри же, Павлуша, учись, не дури и не повесничай (Н. Гоголь). Присоединение смотри усиливает предостережение, следовательно, данная форма выполняет основную функцию превентива.

Усилительная частица же(ж) употребляется при напоминании об ожидаемом действии, передаёт субъективную окраску говорящим своего желания: «Приди ж, отвергни чувств обман...» (Ф. Тютчев). Частица же(ж) употребляется с поэтическим императивом, оформляет мелиоративно эмоциональный призыв, привносит коннотацию воодушевления: Вставай же, Русь! (Ф. Тютчев); Так пей же из неё, любимый наш певец... (А. Фет);

Пой же, пой на проклятой гитаре (С. Есенин). Основная роль частицы же(ж) при императиве – выражение дополнительного оттенка интенсивного побуждения. Установлена организация КИ также следующими частицами: с помощью частицы ли достигается модальная коннотация неуверенности;

побудительные частицы организуют мелиоративную да, пусть эмоциональность поэтического и аффективного императива (энтузиазм, торжественность, воодушевление); частица ну выражает согласие после тех или иных возражений (Не проститься ли нам? (И. Тургенев); Пусть сильнее грянет буря (М. Горький); Да святится имя твое! (И. Куприн); Ну, давай переговорим, если так нужно (Л. Толстой).

Если проследить изменения в оттенках побудительного значения в синонимическом ряду высказываний, то можно сделать вывод о зависимости КИ от морфологического выражения предикативной основы. Ср.: Иди за мной!; Иди-ка за мной!; Иди же за мной!; Пошли за мной!; Идёшь за мной!;

Не пойти ли тебе за мной?; Марш за мной!; За мной!; Айда за мной!;

Быстрей за мной! Идентичное синтаксическое окружение возможно при передаче различных дополнительных эмоционально-экспрессивных семантических наслоений под влиянием морфологических показателей.

Продуктивность и широкие функциональные возможности форм глагольной парадигмы повелительного наклонения объясняют появление новых образований (грамматических инноваций) по наиболее активным императивным моделям. Речевое пространство побудительных ситуаций активно расширяется: Банкуй!; Зацепи и зацени!; Приколись по-кислому!;

Давай зашоколадим молоко!; Оттянись со вкусом! Императив как грамматическая инновация показывает тенденции развития функциональносемантического поля коннотативных смыслов в современном русском языке.

Глава 3 «Коннотация императива на синтаксическом уровне языка» содержит описание средств выражения коннотативных смыслов императива на уровне простого и сложного предложения, а также анализ коннотаций побудительной семантики, выраженных синтаксическими показателями.

Коннотативные смыслы императивного высказывания реализуются в предложении. Участие синтаксических средств в организации добавочных оттенков побуждения проявляется как на уровне простого, так и сложного предложения.

С КИ связан любой структурный признак предложения:

односоставность и двусоставность, распространённость и нераспространённость, осложнённость и неосложнённость, полнота и неполнота. Эти признаки находятся в отношениях взаимодействия с каждым из модальных значений высказывания: утверждение, отрицание, оптативность, вопросительность, повествовательность и др. Одни структурные признаки благоприятствуют выражению побуждения (например, наличие обращения, нераспространённость и неполнота структуры), а другие – препятствуют (например, осложнение вводными компонентами).

На уровне простого предложения актуализация коннотативного смысла императива, определение его степени категоричности, семантической и эмоционально-экспрессивной окрашенности, стилевой принадлежности достигается такими средствами, как обращение; слова и обороты, описывающие речевую ситуацию побуждения; лексический повтор; инверсия;

содержание второстепенных членов. Примеры: Гуляй, ребята, без вина!

(А. Блок) – насмешливая призывность, коннотация сарказма, пренебрежительности (на основе нарушения координации форм обращения и императива); Давай лучше спать! – с досадой проговорил Аркадий (И. Тургенев) – коннотация просьбы с чувством раздражения, неудовольствия вследствие обиды; Поедем, Оля, поедем! (А. Чехов) – оттенок уговаривания, упрашивания, просьба к интенсивному началу действия. Лексический повтор глаголов организует нарастание побудительной функциональности с соответствующими коннотациями необходимости быстроты реакции, интенсивности действия, поучительности.

При инверсии возникают оттенки совета, назидания, торжественной призывности на фоне снижения общей побудительной функциональности:

Гнева не пугайся, на ласку не кидайся (посл.); Дорогая, с чадрой не дружись...

(С. Есенин); Ты прохладой меня не мучай... (С. Есенин). Наличие указанных коннотаций докажем методом трансформации высказывания на примере: На заре ты её не буди (А. Фет) – коннотация очень личного, интимного совета, акцент на нежелательности осуществлять действие в указанное препозитивным обстоятельством время. Сравним: Ты не буди её – восстановление прямого порядка слов, при котором дополнение занимает положение после сказуемого, изменяет коннотацию всего побудительного высказывания: в данном случае это просьба или рекомендация в зависимости от интонации. Продолжим: Ты её не буди на заре – перестановка обстоятельства также заметно влияет на коннотативную модель, это совет, но более категоричный, так как наблюдается усиление побудительной функциональности за счёт снятия акцента с компонента «на заре» и т д.

Усиление или ослабление императивности зависит от лексического содержания второстепенных членов синтаксической конструкции:

(Обязательно запишите...; Непременно зайдите...; Во что бы то ни стало добейтесь своей цели!) Чем более распространена структура предложения, тем менее категорична побудительная функциональность: распространённая структура как бы «размывает» побудительную функциональность по всему высказыванию. Поэтому структура нечленимых побудительных предложений предрасполагает к выражению таких добавочных смыслов императива, как решительность, согласие, непринуждённость.

Интонация выступает как средство дифференциации КИ, так как добавочные эмоционально-смысловые оттенки (например, требование, приказание, разрешение, назидание, приглашение, просьба, удивление, недоумение, назидание) выражаются определённой интонационной структурой высказывания.

Таким образом, каждый синтаксический показатель побудительного высказывания добавляет к общей императивной семантике тот смысл, который мы называем коннотативным.

Сложное предложение распространяет семантику и функциональность императива отношениями между предикативными частями, а также не исключает всех синтаксических средств КИ на уровне простого предложения. Установлено существование мотивированного и градационного императива.

Мотивация императива используется в тех случаях, когда в интенции говорящего входит не только стремление вызвать ответное действие, но и убедить собеседника в целесообразности или необходимости совершения данного поступка: При этом мотивирующий компонент привносит в предложение следующие коннотативные смыслы:

1. В сложном предложении на основе сочинительной связи – настоятельная просьба, угроза, предостережение: Жди меня, и я вернусь (К. Симонов); Костя, закрой окно, а то дует (А. Чехов).

2. В сложном предложении на основе подчинительной связи – убедительные просьбы, советы, предложения.

Примеры: Не будьте равнодушны, ибо равнодушие смертоносно для души человека (М. Горький); Берегись бед, пока их нет (посл.); Если хочешь быть здоров, закаляйся (В. Лебедев-Кумач); Пожалуйста, Денисов, возьми мои деньги, ведь у меня есть (Л. Толстой). Оттенки мотивации императива можно усматривать почти при всех типах придаточных, так как в них мотивируется возможность, необходимость, желательность или целесообразность выполнения действия, обозначенного в главной части;

обосновывается обращение волеизъявления к адресату. Однако общая императивная функциональность снижается.

3. В сложном предложении с бессоюзной связью – просьба (в форме отрицания), предупреждение, разрешение, согласие.

Сфера мотивации в бессоюзном предложении на современном этапе значительно шире, чем у союзной связи: императив способен выражать следствие, не теряя, а актуализируя свою побудительность и семантическую самостоятельность. Мотивирующая часть при этом содержит сообщение причины, которая должна стимулировать адресата к совершению императивного действия: Не плюй в колодец – пригодится воды напиться (посл.); Учись, мой сын: наука сокращает нам опыты быстротекущей жизни (А. Пушкин); Не говорите со мной так: я не стою этого!

(Л. Толстой); Не беспокойся, я скоро вернусь (В. Шукшин). В целом такой вид повеления приспособлен для выражения настойчивой, но некатегоричной просьбы. При этом сложная структура может оформлять как презентно-футуральную, так и футуральную побудительную ситуацию.

Градация как нарастание побудительной функциональности отчётливо проявляется при лексическом повторе с коннотацией уговаривания или мольбы и однородном ряду императивных форм с коннотацией призыва или заповеди: Жди, когда снега метут, жди, когда жара, жди, когда других не ждут, позабыв вчера (К. Симонов). Однородный ряд может дополняться придаточными частями и приобретать коннотацию интимной просьбы. Такая же коннотация возникает при распространённых однородных императивах в моносубъектной конструкции с перечислительной семантикой.

В сложном предложении градации императива способствуют семантико-грамматические отношения между частями. Например, интенсификаторами побуждения служит препозитивный императив с глаголом обязательного управления в однофункциональных бессоюзных сложных полисубъектных предложениях: Ну, придумай, ну пойдём куданибудь (А. Солженицын); Решайся, давай напишем ей письмо (В. Шукшин).

Участие синтаксических средств в организации коннотативных смыслов императива покажем на одном примере: О, друг мой, Аркадий Николаич!.. Об одном прошу тебя: не говори красиво (И. Тургенев). Каждый компонент этой просьбы служит для коннотации. Междометие «о» создаёт повышенную эмоциональность. Обращение друг мой окрашивает просьбу как дружескую. Обращение Аркадий Николаич дистанцирует говорящего и сам факт побуждения. Местоимение 2-ого лица тебя, а также личная форма глагола говори, не соответствующие обращению по имени и отчеству, обозначают стремление говорящего сблизиться с собеседником.

Перформатив об одном прошу тебя акцентирует настойчивость просьбы.

Императив не говори красиво актуализирует обстоятельственное значение при общей семантике нежелательности действия. И всё это вместе взятое представляет собой эмоциональное и крайне экспрессивное высказывание.

Стоит изъять хотя бы один компонент, как коннотация будет другая.

Таким образом, побудительный контекст обязательно включает такие средства экспрессивного синтаксиса, которые выражают коннотативные смыслы в зависимости от интенций говорящего. Если императивная форма превращается в высказывание, то она непременно попадает в синтаксическое окружение, а значит, и в область коннотации.

В Заключении диссертации подводятся итоги проведённого исследования, излагаются основные выводы, подтверждающие гипотезу и положения, выносимые на защиту.

В ходе исследования была описана система коннотативных смыслов императива, средства выражения КИ на уровне лексики, морфологии и синтаксиса современного русского языка. КИ представляет собой специфичное явление русского языка, имеющее определённые структурносемантические и функциональные свойства.

Система средств и функционально-семантических свойств КИ отражает не только общие закономерности русской коннотации, но и частные, присущие только императивной сфере. Например, явления транспозиции форм в пределах глагольной парадигмы и употребление слов других частей речи с императивной семантикой служат в качестве специфичной репрезентации побудительной окраски.

Тенденции развития императивной сферы по результатам исследования коннотации наблюдаются в следующих направлениях: а) появление новых императивных слов, форм слов и выражений с инновационным коннотативным смыслом; б) расширение области применения окрашенных побуждений (СМИ, заголовки); в) открытие возможностей построения коннотативной матрицы императива.

В результате исследования нами было установлено, что КИ является обязательным экспрессивно-стилистическим компонентом семантической структуры любого императивного высказывания.

Синхронный план изучения КИ показал, что данное явление находится в динамике развития: появляются иные формы и сферы употребления окрашенных побуждений. В связи с этим намечаются перспективы исследования коннотации в разных аспектах. Например, малооосвещёнными остаются: КИ в диахронии; проблема коннотации индикатива и конъюнктива; коннотация вопросительных высказываний; коннотация утверждения и отрицания; коннотация в сфере категории личностибезличности; коннотация с позиции теории речевых актов; вопрос о коннотативном потенциале грамматических категорий. Научное описание коннотации должно опираться на более углублённый анализ прагматического плана. Положения дискуссионного характера, изложенные в нашем исследовании, могут быть решены при условии комплексного, многоаспектного изучения явления коннотации на всех уровнях современного русского языка.

Основные положения диссертации отражены в следующих публикациях:

–  –  –

1. Мелехова Л.А. Креативный императив // Вестник Тамбовского университета. Серия: Гуманитарные науки. – Тамбов, 2010. Вып. 11(91).

С. 53-59.

2. Мелехова Л.А. Коннотация императива в публицистическом стиле // Вестник Сургутского государственного педагогического университета. – Сургут: Изд-во СурГПУ. 2011, №4(15). – С. 42-47.

3. Мелехова Л.А. Коннотация императива на лексикоморфологическом уровне // Вестник Череповецкого государственного университета. – №4, т. 3. – 2011. – С. 90-94.

в других изданиях:

4. Мелехова Л.А. Коннотация императива совместного действия // Язык и общество: проблемы, поиски, решения // Материалы международ.

науч.-практ. конф. науч. сессии «XI Невские чтения» (22-24 апреля 2009 г.). / Под общ. ред. Д. Г. Ищук. – Спб.: Изд-во Невского ин-та языка и культуры, 2009. – С. 113–117.

5. Мелехова Л.А. Градация русского императива // V Международная научная конференция «Язык, культура общество» (24-27 сентября 2009 г.). – М.: РАН, МИИЯ, РАЛН, 2009. – С. 106–107.

6. Мелехова Л.А. Коннотации императива в речи педагога // Наука и образование XXI века: Материалы IV-й Международной научнопрактической конференции (29 октября 2010 г., СТИ, г. Рязань). В 4-х томах:

Том 1. Часть 1. «Секция гуманитарных наук»/ Под общей редакцией А.Г. Ширяева, доц. А.В.Барановского. – Рязань, СТИ. – 2010. – С.72–75.

7. Мелехова Л.А. Эмоциональный потенциал императива // Язык и общество: проблемы, поиски, решения // Материалы международ. науч.практ. конф. науч. сессии «XIII Невские чтения» (20-22 апреля 2011 г.)./ Под общ. ред. Н.И. Озеровой. – СПб.: Изд-во Невского ин-та языка и культуры, 2011. – С. 140–144.

8. Мелехова Л.А. Рекламный императив // Студенческий научный поиск – науке и образованию ХХI века: Материалы III-й межрег. студ.

научно-практической конференции СТИ / Под общей ред. А.Г. Ширяева. – Рязань, СТИ, 2011. – С. 114–117.

9. Мелехова Л.А. Сфера экспрессивной семантики императива // Актуальные вопросы гуманитарных наук глазами студентов: материалы 6-ой международной научной практической конференции студентов и молодых учёных, 14 апреля 2011 года/ отв. ред. О.И. Пузырева; Ряз. гос. ун-т им.

С.А. Есенина. – Рязань, 2011. – С. 46–50.

10. Мелехова Л.А. Интонация как средство дифференциации коннотаций императива // Лингвистика в современном мире // Материалы IV Международной научно-практической конференции (31 августа 2011 г.)/ Под ред. канд. филол. наук Е.В. Шутовой. – М.: Издательство Перо, 2011. – С. 84–88.

11. Мелехова Л.А. Лексические средства выражения коннотации императива // III Селищевские чтения: материалы Международной науч.практич. конф., посвящ. 125-летию со дня рожд. А.М. Селищева (Елец, 22-23 сентября 2011 г.). – Елец: ЕГУ имени И.А. Бунина, 2011. – С. 200–206.

12. Мелехова Л.А. Коннотация императива в научном тексте // Текст:

проблемы и перспективы. Аспекты изучения в целях преподавания русского языка как иностранного: Материалы V Международной науч.-практич. конф., посвящ. 300-летию со дня рожд. М.В. Ломоносова: Москва, филологический факультет МГУ имени М.В. Ломоносова, 24-26 ноября 2011 г. – М.: МАКС Пресс, 2011. – С. 197–198.






Похожие работы:

«173 DOI: 10.15393/j9.art.2012.349 Рима Ханифовна Якубова, доктор филологических наук, профессор кафедры русской литературы и издательского дела филологического факультета, Башкирский государственн...»

«УДК 82.0(470.64) ББК 83.3(2=Каба) Х 16 Хакуашева М.А. Доктор филологических наук, ведущий научный сотрудник отдела адыгской филологии КБИГИ при Правительстве КБР и КБНЦ РАН e-mail: aliya199...»

«ВЕСТНИК БУРЯТСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО УНИВЕРСИТЕТА 8/2015 УДК 811.512,374 doi: 10.18097/1994–0866–2015–0–8–30–34 Личные имена монголов и бурят © Васильева Дугвэма Натар-Доржиевна кандидат филологических наук, доцент кафедры филологии Центральной Азии Бурятского государственного университета...»

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ АВТОНОМНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ "БЕЛГОРОДСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ НАЦИОНАЛЬНЫЙ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ" (НИУ "БелГУ) УТВЕРЖДАЮ И.о. де...»

«АХМАТОВСКИЕ ЧТЕНИЯ ВЫПУСК II ТАЙНЫ РЕМЕСЛА РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК ИНСТИТУТ МИРОВОЙ л и т е р а т у р ы ИМ. А.М. ГОРЬКОГО АХМАТОВСКИЕ ЧТЕНИЯ ВЫПУСК 2 МОСКВА "НАСЛЕДИЕ" ББК 83.3(0)5 Ц 19 Редакторы-составители: кандидат филологических наук Н.В. Королева, доктор филологических наук С.А Коваленко. Рецензенты: С....»

«ВЕСНІК МДПУ імя І. П. ШАМЯКІНА =========================================================================== УДК 811.111:811(043.3) Е. В. Сажина, Л. С. Прокопенко ИНТЕРТЕКСТОВЫЕ ВКЛЮЧЕНИЯ КАК СРЕДСТВО ДИАЛОГИЗАЦИИ ПОЛЕМИЧЕСКОГО ДИСКУРСА ПЕЧАТНЫХ СМИ (на примере англоязычной прессы) Настоящая статья посвящена установлению языковых средств реализации межтекстовых связей...»

«Московский государственный университет им. М. В. Ломоносова Филологический факультет Гусева Софья Сергеевна Номинативная парадигма единиц, обозначающих лица, и ее функционирование в тексте (на примере текстов А.П. Чехова)...»

«1. Элементы языка Object Pascal. Язык программирования Object Pascal является последней версией семейства языков Pascal, реализующей принципы объектно-ориентированного программирования. Этот язык является основой системы визуального программирования Delphi. Наибол...»

«Язык, сознание, коммуникация: Сб. статей / Отв. ред. В. В. Красных, А. И. Изотов. – М.: МАКС-Пресс, 2000. – Вып. 13. – 84 с. ISBN 5-317-00037-8 Коболок: сказка: комментарий первый и последний © доктор филологических нау...»

«Таврический научный обозреватель www.tavr.science № 2 (октябрь), 2015 УДК 811.111 Монахова Е.В. К.фил.н., Российский государственный социальный университет ЛИНГВИСТИЧЕСКИЕ СРЕДСТВА И КОГНИТИВНЫЕ ОСНОВАНИЯ ВЫРАЖЕНИЯ КОНТРАСТА В р...»

«Ивлиева Полина Дмитриевна РОМАНЫ ИРМТРАУД МОРГНЕР В КОНТЕКСТЕ НЕМЕЦКОЙ ГИНОЦЕНТРИЧЕСКОЙ ПРОЗЫ ГЕРМАНИИ ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ ХХ ВЕКА Специальность 10.01.03 – литература народов стран зарубежья (немецкая) Автореферат...»







 
2017 www.doc.knigi-x.ru - «Бесплатная электронная библиотека - различные документы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.