WWW.DOC.KNIGI-X.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Различные документы
 

«В.М.Труб Институт украинского языка НАНУ, Киев О семантических эффектах вариативности глагольного вида в императиве В статье рассмотрены особенности функционирования достаточно ...»

В.М.Труб

Институт украинского языка НАНУ, Киев

О семантических эффектах вариативности глагольного вида в

императиве

В статье рассмотрены особенности функционирования достаточно универсального

правила, согласно которому употребление в императиве глагольной формы совершенного

вида указывает на первичность побуждения, тогда как форма несовершенного вида

маркирует его повторный характер. В работе показано, как коррелирует это правило с

употреблением ряда частиц, под влиянием которых оно может модифицироваться.

Проиллюстрированы некоторые грамматические и семантические свойства высказываний, побуждающих к совместным акциям говорящего и слушающего. Рассмотрены критерии идентификации глагольных форм, образующих видовую пару. Проанализированы функции видового варьирования императивных глаголов в случаях, когда первичность / не первичность побуждения выражается с помощью средств, отличных от видового противопоставления.

Как известно, одна из важнейших функций варьирования видовых форм в императиве состоит в маркировании первичности / непервичности идеи побуждения, с которым говорящий обращается к слушающему – [Шатуновский 2002]. Как показано в данной работе, употребление императивной формы СВ нормативно указывает на первичность побуждения, тогда как форма НСВ маркирует его повторный характер – «подталкивание» адресата к непосредственному осуществлению акции, к которой он был побуждён ранее.

Так, в начальной фразе гоголевского «Тараса Бульбы»: (1) А поворотиська, сын! идея первичности побуждения, выраженная формой СВ, плеонастически дублируется употреблением разрывной частицы А-ка, которая, будучи как бы «репортажем» идеи, только что (буквально синхронно речевому акту) родившейся у говорящего, указывает тем самым и на первичность побуждения. Ср. аномальность (1а)*А поворачивайся-ка, сын!, где значение формы НСВ-императива оказывается несовместимым со значением частицы.

При этом речь идёт о побуждении к акции, которая считается вполне контролируемой для её субъекта.

В отличие от частицы А-ка, глагол-частица давай-ка Р, которая выражает побуждение к акции, обозначенной переменной Р, может употребляться с глагольными формами как СВ, так и НСВ. Форма СВ используется для выражения первичного побуждения к выполнению действия, которое общепринято считать вполне контролируемым: (2) Давай-ка принеси воды!;

Давай-ка сходи за хлебом!

Употребление же императивной формы Р в НСВ предусматривает побуждение приступить к действию, необходимость выполнения которого так или иначе уже очевидна для слушающего. В подобных случаях имеет место тот или иной вид нормативно обусловленной деонтической необходимости для адресата [Шатуновский 2002: 290]. Ср., например, (3а) Давай-ка делай уроки!, где употребление НСВ закономерно мотивировано тем, что (3а) адресовано школьнику во время, в течение которого он обязан выполнять свои домашние задания. Ср. в связи с этим странность (3б) ? Давай-ка сделай уроки!

Помимо выражения побуждения, адресованного слушающему (или слушающим), частицы А-ка и давай-ка Р могут использоваться и для указания побуждения к совместной акции говорящего со слушающим. В этом случае обоим коммуникантам как бы предстоит то ли образовать единый множественный субъект предлагаемого действия, то ли выполнять одинаковые роли в однотипных ситуациях, чаще всего проходящих одновременно и в одном и том же месте. При этом для указания побуждаемого действия обычно используется не императивная, а индикативная глагольная форма будущего времени в 1-м лице множественного числа: (4) Выпьем-ка кофейку!; Пойдём-ка спать!; (5) Давай-ка выпьем кофейку!; Давай-ка поспим!

Частица –ка, (А-ка) может использоваться и для выражения самопобуждения говорящего: (6) Выпью-ка я кофейку!; Пойду-ка посплю!

Глагольная же частица давай(-ка) Р в силу своей природы (наличия императивной глагольной формы НСВ давай(те) во 2-м лице не может выражать само-побуждение.

Использование глагольной частицы давай(-ка Р) для выражения побуждения к акции, совместной с говорящим, всегда указывает на первичность этого побуждения. Поэтому в подобных случаях варьирование видовых форм предиката Р (если оно имеет место) не связано с маркированием первичности / непервичности предложения говорящего.

Если говорящий предлагает приступить к совместному процессуальному действию, приводящему к постепенному «накоплению» результата, то глагольная форма Р может фигурировать как в СВ, так и в НСВ:

(7а) Давай-ка слепим снежную бабу!; (7б) Давай будем лепить снежную бабу!

Ср. однако (8а) Давай-ка пойдём в кино! при невозможности (8б) *Давайка будем идти в кино! Ведь здесь речь идёт о предложении осуществить разовое целостное «культурное мероприятие», которое не допускает рассмотрения с точки зрения его протяжённости во времени.

Если же глагольная видовая пара противопоставляется по значению однократности / многократности, то употребление формы НСВ становится вполне допустимым:

(9а) Давай-ка сходим в кино!; (9б) Давай-ка будем ходить в кино!

Выполняя ту же функцию, глагольная частица давай(-ка) Р допускает и инфинитивное обозначение подчинённого предиката Р. В этом случае становится обязательной согласованность видовой формы инфинитива с формой НСВ давай: (10а) Давай-ка лепить снежную бабу!, но (10б) *Давай-ка слепить снежную бабу!

В то же время введение в (1) частицы же (или разрывной ну-же), имеющей значение вторичного побуждения, приводит к противоположному эффекту. В контексте императивного НСВ-глагола происходит плеонастическое дублирование значения вторичного побуждения: (11) Поворачивайся-же, сын! или (11а) Ну поворачивайся-же, сын!. Вместе с тем при введении той же частицы во фразу с формой СВ императивного глагола эффект вторичного побуждения не исчезает, т.е. фраза не становится аномальной: (12) Повернись-же, сын! или (12а) Ну повернись- же, сын! Как видим, частица –ка (А-ка) не может подавить значение вторичности побуждения, выражаемое императивной формой НСВ, что и объясняет аномальность (1а). В отличие от этой частицы, частица –же (ну-же) подавляет значение первичности побуждения в повелительных фразах с глаголом СВ, что и объясняет нормальность фраз типа (12 – 12а). Таким образом, в контексте данной частицы различие между разными императивными глагольными формами нейтрализуется – формы СВ и НСВ выражают значение вторичного побуждения. В подобных случаях незначительное семантическое различие между видовыми формами можно усмотреть в разной степени вежливости побуждения – форма НСВ в (11 – 11а), призывающая адресата начать поворачиваться, представляется менее категоричной, чем форма СВ в (12 –12а).

Ещё одним маркером непервичности побуждения служит нереализация прямого дополнения при переходном императивном глаголе. Как известно, прямое дополнение при глаголе образует его обязательную валентность, без которой предложение обычно становится аномальным [Апресян 1997]. В частности, первичное побуждение, выражаемое переходным глаголом как совершенного, так и несовершенного вида, требует обязательного прямого дополнения: (13а) Поищи мою брошюру; (13б) Ищи мою брошюру. В (13а) употребление императивной формы СВ, нормативно свидетельствующее о первичности побуждения, хорошо согласуется с реализацией прямого дополнения, указывающего на объект поиска – ведь без него побуждение потерпит провал, поскольку будет непонятно, что именно нужно искать. По той же причине сам факт наличия прямого дополнения в (13б) свидетельствует, вопреки реализации императивной формы глагола в НСВ, о первичности побуждения. Другое дело, что (13б), в отличие от (13а), выполняет кооперативную функцию практического рассуждения и фиксирует нахождение говорящим пути выхода из ранее актуализированной проблемной ситуации, в которой оказался слушающий (или слушающий вместе с говорящим). А в (13а) речь идёт о первичной просьбе, преследующей интересы прежде всего говорящего.

В случае же отсутствия прямого дополнения подобные фразы (ср. Поищи;

Ищи) воспринимаются как вторичное побуждение. При этом опущение дополнения (его компрессия [Леонтьева 1969]) выполняет анафорическую функцию, т.е. подобно местоимению указывает на ранее упомянутый объект, к обнаружению которого говорящий повторно побуждает слушающего.

В подобных ситуациях во фразах, побуждающих к поисковой деятельности, часто реализуется локативная валентность, задающая пределы пространства поиска:

Поищи в столе; Ищи в столе. При этом видовое (14а) (14б) противопоставление выполняет иную функцию – оно маркирует разную степень «успешности» побуждаемого действия. Так, форма НСВ в (14б) однозначно задаёт границы поискового пространства, внутри которого по убеждению говорящего должен находиться искомый объект. Форма же СВ в (14а) указывает на границы поискового пространства, которое представляется говорящему более вероятным для успешного поиска брошюры.

В рамках затронутой проблематики полезно также обратиться к рассмотренному в работе [Падучева 2005] широко известному марксистскому лозунгу (15) Пролетарии всех стран, соединяйтесь!. Примечательно, что в его русском варианте императивная форма глагола употреблена в несовершенном виде, хотя, например, в чешской газете «Rude Pravo» в своё время фигурировало «Proletari vsech zemi, spojte se!», букв. «…соединитесь!», т.е.

чешский язык «упрощает дело, сосредотачиваясь на результате» [Падучева 2005]. В то же время не подлежит сомнению, что и в (15) этот призыв исходит из убеждения его авторов, что ранее у пролетариев не было представления о необходимости объединения, т.е. именно благодаря данному призыву им предстоит впервые осознать эту необходимость. Всё дело в том, что в (15) идея первичности выражена другим способом – фактом обращения к пролетариям всех стран. Ведь если во фразе эксплицирован сам факт установления коммуникативного контакта, то, следовательно, и содержащееся в ней побуждение должно восприниматься впервые. А в «обычных» императивных структурах контакт говорящего со слушающим предполагается установленным ранее, т.е. побуждение адресуется уже известному, конкретному участнику коммуникации. (Заметим, что фигурирующее в (1) обращение сын служит средством поддержания уже установленной ранее коммуникации Тараса Бульбы с младшим сыном, но никак не средством первичного установления контакта). Таким образом, употреблённая в (15) форма НСВ выполняет другую функцию. С одной стороны, любой акт соединения кого-то с кем-то нельзя представить как процесс, состоящий из разных фаз – соединение воспринимается как «моментальная» акция. С другой стороны, речь идёт об огромном множестве подобных акций, которые предстоит осуществлять не только в пределах одной страны, но во всех странах. Так что форма НСВ имеет здесь значение многократности выполнения однотипных действий с разными участниками.

Представляет интерес и анализ начальной фразы «Левого марша»

Владимира Маяковского: (16) Разворачивайтесь в марше!, предусматривающей (несмотря на употребление императивной формы НСВ), что её множественный адресат (марширующая колонна) должна впервые узнать, что ей предстоит развернуться. Существенно, что в (16) первичность побуждения обеспечивается совместным употреблением формы НСВ Разворачивайтесь и обстоятельства в марше, которое маркирует прагматическую презумпцию – информацию о том, что адресат побуждения (колонна) в момент, синхронный моменту РА, марширует. Действительно, при самостоятельном употреблении императивная форма НСВ приобретает «каноническое» значение повторного побуждения – ср. (17)Разворачивайтесь!

Точно так же первичность побуждения маркируется самостоятельным употреблением формы СВ: (18) Развернитесь! Но в (16) зафиксирована команда к развороту, который должен быть немедленно выполнен колонной одновременно с её маршем.

Если бы содержащееся в (16) побуждение было выражено формой СВ, то (при сохранении исходной просодической структуры) фраза стала бы аномальной: (16а) * Развернитесь в марше! Дело в том, что в (16а) возникает несовместимость между новизной команды, обозначенной формой СВ (и призывающей к достижению результата – разворота на 180), и исходной известной информацией о текущем продвижении колонны. В этом случае утрачивается значение одновременности команды и шествия колонны.

Подобные фразы становятся допустимыми, если изменить их просодическую структуру – перенести главный акцент только на обстоятельство: (16б) Развернитесь в марше! Но (16б) приобретает другой смысл: ‘Развернитесь, когда будете маршировать!’ (т.е. момент речи предшествует времени ранее запланированных шествия и разворота колонны). При этом форма СВ в (16б) указывает не на первичное, а на повторное побуждение. Между тем в (16) речь идёт о первичном побуждении – команде, которая подаётся во время шествия колонны и подлежит немедленному исполнению.

Это значение (16) обеспечивается комплексом следующих факторов:

1) слабой акцентуацией обстоятельства, благодаря чему оно имеет статус презумптивной информации о шествии колонны, происходящем одновременно с подачей команды;

2) формой НСВ императивного глагола – побуждению к началу осуществления фазового процесса – постепенному развороту на 180, начиная с первого его момента, синхронного шествию и входящему во время говорящего [Апресян 1986], отдающего команду.

Таким образом, в случаях, когда первичность / не первичность побуждения маркируется не за счёт видового противопоставления императивного глагола, видовая форма НСВ реализует одно из своих прототипических значений.

Как известно, установление противопоставленных членов видовой пары должно основываться на следующих критериях:

1) общность морфологической структуры сопоставляемых глагольных форм, прежде всего их корневых элементов;

2) тождество ситуации, разные аспекты или срезы которой отражают оба члена видовой пары.

Этим критериям чаще всего идеально удовлетворяют пары, члены которых отражают видовое соотношение типа инкомплетивность / комплетивность – ср. [Князев 2007: 371] (в частности – деятельность / достижение цели действия) – ср. соответственно соотношение вытекать – вытечь и, с другой стороны, откручивать – открутить.

В то же время невыполнение хотя бы одного из приведенных условий не позволяет относить анализируемые глагольные формы к одной и той же видовой паре. Одним из многочисленных примеров «регулярного» видового соотношения типа «деятельность – достижение результата (цели) действия»

служит однокорневая видовая пара разыскивать – разыскать, маркирующая соотношение типа ‘поиск референтного объекта’ / ‘его обнаружение’. Между тем результативным коррелятом для семантически очень близкого разыскивать глагола искать является СВ найти. Пара искать – найти, удовлетворяя условию (2), т.е. отражая разные «срезы» одной и той же ситуации (поиск объекта / его обнаружение), не удовлетворяет требованию общности морфологической структуры. В качестве противоположной видовой формы для искать естественно рассматривать его словообразовательный дериват – СВкоррелят с делимитативным значением поискать, удовлетворяющий обоим условиям: он имеет тот же корень, что и искать и, с другой стороны, указывает на ту же ситуацию поиска (в данном случае не на достижение его цели, а осуществление порции (кванта) поисковой деятельности). Между тем противоположной видовой формой для глагола найти будет НСВ находить.

Обе формы отражают разные аспекты одинаковых ситуаций (прототипически однократность / многократность обнаружения каких-либо объектов, независимо от того, имело ли это обнаружение целенаправленный характер).

В то же время следует иметь в виду, что идентификация видовой формы глагола часто зависит не только от учёта его морфологической структуры, но и от диатетических особенностей его модели управления. Этот фактор также важен для установления тождества или различия ситуаций, обозначаемых формами СВ и НСВ однокорневых глаголов. Так, форма НСВ раздумывать (над чем) (ср. раздумывать над загадкой (кроссвордом…) указывает на длительное размышление, поиск решения той или иной задачи. В отличие от видовой пары, образуемой НСВ размышлять и его делимитативным СВкоррелятом поразмышлять, раздумывать (над чем) не имеет параллельной видовой формы. Между тем форма НСВ раздумывать (Р или «неР»), (ср. Он раздумывает, ехать или не ехать), модель управления которой имеет дизъюнктивную структуру, указывает на то, что субъект пребывает в состоянии колебания, взвешивания, т.е. ещё не принял решения относительно осуществления определённой акции. Этот НСВ-глагол имеет параллельную СВ-форму раздумать Р, (ср. раздумал ехать), указывающую на то, что стадия взвешивания завершилась принятием решения об отказе от соответствующей акции. (Примечательно, что фигурирующая в модели управления раздумать утвердительная форма Р соотносится с отрицательной формой не Р в модели управления раздумывать).

Ср. также отмеченное ещё в [Апресян 1967] интересное противопоставление, связанное с различиями в модели управления глагола слетать. Диатеза, предусматривающая обязательность заполнения валентности то ли начальной, то ли конечной точки (ср. слетать с дерева (с крыши..);

слетать на подоконник (на землю)) образует форму НСВ, параллельную форме СВ слететь с дерева (с крыши…); слететь на подоконник (на землю…). При этом обязательное заполнение любой из этих валентностей допускает факультативное (необязательное) заполнение противоположной: слетать (с дерева) на подоконник; слетать с крыши (на землю). Вместе с тем обязательное заполнение только одной валентности этого глагола, а именно валентности конечной точки, образует форму СВ, указывающую на однократное двунаправленное перемещение – ср. слетать в Тбилиси. В этом случае данная глагольная форма противопоставляется форме НСВ летать в Тбилиси, имеющей значение многократного двунаправленного перемещения или же общефактического НСВ. Здесь мы сталкиваемся с достаточно редким явлением, когда одна и та же глагольная форма слетать может выражать формы СВ и НСВ. То же самое можно утверждать и относительно формы сходить: НСВ сходить с помоста (трапа); сходить на берег (на землю) в противоположность СВ сойти с помоста (трапа); сойти на берег (на землю) и, с другой стороны, СВ сходить в село в отличие от двунаправленного многократного или общефактического НСВ ходить в село. В то же время для других приставочных глаголов перемещения такая двойственность не выполняется. Они могут обозначать только формы однократного двунаправленного СВ: съездить в Тбилиси, сплавать на тот берег.

Представляет интерес рассмотрение последствий диатетических сдвигов в модели управления, которые возможны для некоторых предикатов при смене наклонения (например, при переходе из изъявительного наклонения в повелительное). Это явление удобно проиллюстрировать на примере ментального предиката думать и его деривативного СВ-коррелята подумать.

Как известно, ментальные предикаты мнения допускают два типа пропозициональных валентностей:

а) прямое выражение пропозициональной валентности в виде пропозиции, эксплицирующей тот или иной «ментальный результат», полученный субъектом – ср. Он считает (полагает…), что приедет Анна;

б) факультативную тематическую валентность, указывающую на общую тему размышления – ср. Он обдумывает рабочий план; Он раздумывает над кроссвордом.

Большинство предикатов мнения допускают только одну из этих валентностей. Так, глаголы типа считать, ждать, надеяться, бояться нормативно реализуют только пропозициональную валентность – ср.

аномальность *Он считает (ждёт, надеется, боится…) о ней. С другой стороны, глаголы типа обдумывать, размышлять и т.д. допускают лишь тематическую валентность – ср. аномальность размышляет *Он (обдумывает…) что приедет Анна.

Между тем ментальный предикат думать допускает обе диатезы, которые являются несоподчинимыми (в смысле [Апресян 1974]): Он думает, что Анна приедет и Он думает об Анне. Тем самым данный глагол реализует две лексемы с разными значениями – ср. 2009: 509].

[Апресян Пропозициональная валентность указывает на ментальный результат (ментальное состояние, возникшее в результате размышления или определённого его этапа). В качестве СВ-коррелята думать в этом значении выступает глагол подумать (что Р), в модели управления которого прямое обозначение ментального результата фиксируется (как бы) в момент его получения – ср. Он подумал, что приехала Анна (что Анна приедет).

А тематическая валентность характеризует размышление как процесс, разворачивающийся во времени. В то же время тематическая валентность может более конкретно выражаться и через косвенный вопрос – ср. Он думает, кто это сделал (как это осуществить, кому бы это поручить, приедет ли Анна…). В подобных случаях косвенный вопрос неявно указывает на цель предпринятого размышления – самостоятельно получить ответ на прямой вопрос, манифестируемый соответствующим косвенным вопросом.

Достижение же этой цели (т.е. получение ответа на вопрос) маркируется употреблением форм СВ предикатов типа придумать, додуматься, догадаться и т.д., при которых ментальный результат также часто неявно обозначается в виде косвенного вопроса, ответ на который уже получен: Он догадался, кто это сделал; Он придумал (додумался), как это осуществить; Он придумал, кому это поручить. При этом параллельными видовыми формами этих глаголов являются соответственно формы НСВ придумывать, додумываться, догадываться и т.д.

В то же время в повелительном наклонении модели управления глаголов думать и подумать видоизменяются. У предиката думать остаётся только одна – тематическая диатеза, чаще всего обозначающая искомый ментальный результат с помощью косвенных вопросов: (19а) Думай, как это осуществить (кому это поручить…). Такая же диатеза появляется и у глагола подумать взамен исходной модели управления с прямым обозначением готового ментального результата: (19б) Подумай, как это осуществить) (кому это поручить…) (ср. *Подумай, что приехала Анна).

Примеры (19а) и (19б) полезно сопоставить с рассмотренными ранее примерами (13б) Поищи мою брошюру и (13а) Ищи мою брошюру. В обеих парах примеров фигурируют противопоставленные императивные видовые формы предикатов, описывающих слабо контролируемые действия: поиск какого-либо объекта не всегда гарантирует его обнаружение, а приложение мыслительных усилий в связи с той или иной проблемой не обязательно приводит к её решению. В этой связи важно обратить внимание на определённую «асимметрию» – разную степень проблематичности достижения преследуемых целей, описываемых одинаковыми видовыми формами предикатов поисковой деятельности, с одной стороны, и предикатов ментальной деятельности – с другой.

В (13б) вероятность успеха – обнаружения брошюры предполагается меньшей, чем в (13а), т.е. употребление императивной формы СОВ поищи предполагает большую, чем в (13а) трудность достижения желаемого результата. Ведь в (13б) содержится побуждение лишь к кванту («порции») поисковой деятельности независимо от того, будет ли она иметь успех. А в (13а) имеется в виду, что слушающий должен прилагать свои усилия до тех пор, пока не обнаружит брошюру.

В то же время анализ пары примеров (19а) и (19б) приводит к противоположным выводам об успешности мыслительной деятельности, обозначаемой разными видовыми формами одного и того же глагола. В (19а), содержащем форму НСВ думай, имеется в виду, что трудность получения нужного решения существенно превосходит трудность мыслительного процесса, к которому побуждает пример (19б) с формой СВ подумай. Ведь (19б) предполагает существенно меньшую затрату мыслительных усилий, чем Очевидно, подобные различия между слабо контролируемыми (19а).

действиями не в последнюю очередь объясняются тем, что в отличие от поисковой деятельности, мыслительная деятельность не поддаётся членению на порции или кванты.

Литература

Апресян Ю.Д. Экспериментальное исследование семантики русского глагола. М., Наука 1967.

Апресян Ю.Д. Лексическая семантика. Синонимические средства языка. М.: Наука, 1974.

Апресян Ю.Д. Дейксис в лексике и грамматике и наивная модель мира // Семиотика и информатика. – М., 1986. – Вып. 28. – С. 5 – 33.

Апресян Ю.Д. Лингвистическая терминология словаря // НОСС 1997. С. 16 -34.

Апресян Ю.Д. Исследования по семантике и лексикографии. Том 1. Парадигматика.

М.: Языки славянских культур, 2009.

Князев Ю.П. Грамматическая семантика. Русский язык в типологической перспективе. Языки славянских культур. Москва 2007.

Леонтьева Н.Н. О смысловой неполноте текста // Машинный перевод и прикладная лингвистика. – М., 1969. – Вып. 12.

Падучева Е.В. Соответствие «смысл текст» в исторической перспективе // Восток – Запад: Вторая междунар. конф. по модели «Смысл Текст». – М.: Языки славянской культуры, 2005. – С. 330 – 349.

Шатуновский И.Б. Несовершенный vs. Совершенный вид в императиве (к проблеме начала) // Логический анализ языка. Семантика начала и конца. Издательство «ИНДРИК»,

Похожие работы:

«СТРАНИЦЫ САКРАЛЬНОЙ ЛИНГВИСТИКИ Олег Ермаков П-Латон Тайна имени — тайна судьбы Тайна жизни Платона проста: он – слуга Луны, Латоны Греков, и сына ее Феба. Отсюда – имя Платон. The mystery of the Plato's life is simple: he is the servant of the Moo...»

«ПРИЛОЖЕНИЕ 5 Бухгалтерская отчетность, составленная в соответствии с Общепринятыми принципами бухгалтерского учета США Открытого акционерного общества "МегаФон" за 2007, 2008, 2009, 2010 годы и 3 и 9 месяцев 2011 года Перевод с оригинала на англ...»

«Социальные льготы в Кыргызской Республике Июль 2009 г. Оглавление Введение 1. Льготы, предусмотренные при оплате за коммунальные услуги, электроэнергию, транспорт. 6 1.1. Льготы как часть унаследованной советской системы социальной защиты 1.2. Законодательство 1.3. Категории льготников 1.4. Виды льгот 1.4.1. Денежные выплаты 1.4.2. Натур...»

«МАРКЕТИНГОВОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ И АНАЛИЗ РОССИЙСКОГО РЫНКА ШТОР ДЕМОНСТРАЦИОННАЯ ВЕРСИЯ Дата выпуска отчета: декабрь 2008 г. Данное исследование подготовлено МА Step by Step исключительно в информационных целях. Информация, представленна...»

«Организованная преступность как социальный институт Комплексная, социологически операциональная и методологически строгая трактовка понятия "социальный институт" позволяет анализировать институциональные аспекты становления и развития такого социального образования как организованная преступность. Обосновать институциональную природу о...»

«Роль угла падения и угловой апертуры входного излучения. Часто считают, что при наклонном падении коллимированного пучка на ФП происходит увеличение задержки ортогонально поляризованных компонент за сч...»

«В.И. Богданов, Т.И. Малова РОЛЬ НЕМЕЦКОЙ НАУЧНОЙ ШКОЛЫ XVIII–XIX СТОЛЕТИЙ В ИЗУЧЕНИИ НАВОДНЕНИЙ НЕВЫ Несомненно научное и практическое значение сведений о наводнениях Невы. Такие сведения необходимы (и востребованы) при изучении вековых изменений природной сред...»







 
2017 www.doc.knigi-x.ru - «Бесплатная электронная библиотека - различные документы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.